Сергей Извольский – Северное Сияние. Том 2 (страница 73)
– Сейчас мы втроем, Эльвира, Валера и я, сойдем с борта в тайне ото всех…почти ото всех, и отправимся по делам на день, может два. Вместо нас дальше полетят куклы-андроиды, которых и довезут в гостиницу, а после они примут участие в выходе команды…
Сделав паузу, я обернулся назад. Взглядом показав Ольге туда, где через несколько рядов сидений как раз об этом сейчас – о координации андроидов, и о действиях в случаях, если что-то пойдет не так, Эльвира разговаривала с Модестом, Ильей и присоединившейся к ним Наденькой.
– Куда и зачем мы отправляемся, – вновь повернулся я к Ольге, – я могу тебе сказать и рассказать, но… есть одна очень, очень важная вещь.
– И какая же? – негромко поинтересовалась Ольга, которая явно восприняла происходящее всерьез.
– Добровольно делиться подобной информаций с тем, кого люблю и ценю я бы не стал из-за опасения за его жизнь и здоровье.
Только облекая мысли в слова я понял, что сейчас возможно совершил серьезную ошибку. Вдруг Ольга сделает акцент на слове «люблю», и примет его в более глубоком контексте? Более глубоком от подразумевавшегося мною дежурного смысла признания ее важной роли в моей жизни.
К счастью, мы с ней видимо уже давно на одной волне. И как-то обращать внимания на эту ремарку, и тем более просить прояснить какого именно рода любовь я к ней испытываю, Ольга не стала.
Обдумывая мои слова, она посидела десяток секунд в глубокой задумчивости, потом едва заметно кивнула, выражая благодарность за откровенность. И, едва-едва улыбнулась, глядя мне прямо в глаза прикрыв веки – словно желая удачи. После этого Ольга отвернулась к иллюминатору, словно больше интересуясь бугристым ковром облаков снизу, чем продолжением беседы.
Я замер на пару секунд, ожидая возможного продолжения, а Ольга, словно перезагружаясь от разговора, закинула руки за подлокотник и потянулась. Изящно выгнувшись – так, что я невольно зацепился взглядом за линии силуэта ее идеальной фигуры. С удовольствием потянувшись, она еще и зевнула – теперь уже точно показывая, что ковер облаков в моменте сейчас ей интересен больше, чем я.
Вот нравится мне Ольга. Красива как богиня, спокойна как Тихий океан, умна невиданно, так еще и… ладно, это сейчас к делу не относится – заставил я мысли сдать назад и поменять дорогу на развилке ассоциаций. И вдруг почувствовал мягкое и теплое касание на щеке, словно едва коснувшись кожи незримой ладонью провели.
После этого мне оставалось только извиняющееся хмыкнуть – из-за остаточной связи нашего бессловесного разговора последние мои мысли Ольга прекрасно услышала. Хорошо еще не заглянула на дорогу к тем картинкам, куда эта мысль поворачивала – с облегчением подумал я, как можно быстрее уходя, стараясь чтобы это не выглядело торопливым бегством.
С остальной командой и задачами по андроидам разобрались без меня, так что чуть больше трех часов получилось поспать. Причем провалиться в сон пришлось заставлять себя упражнениями из ментальных практик. Потому что все время после разговора с Мустафой у меня подсудно пульсировала мысль о том, что возможно прямо сейчас Барбару Завадскую, девушку-горничную которую случайно свела со мной судьба, распускает на ремни литератор Филипп Горбунов – живодер с хорошим светлым лицом и ироничным прищуром глаз.
К сожалению, быстрее попасть на место событий у меня никак не получалось; если сорваться сразу и по прямой, то Завадскую просто убьют и утилизируют в биодеструкторе, скрывая следы и улики. Кроме того, подобный кавалерийский наскок может стоить жизни и мне, и моим спутникам – поэтому мысли о судьбе горничной я отогнал далеко на задворки сознания.
Оставалось только утешать совесть надеждой, что жертвоприношение начнется не сразу. Все же, насколько обрывочно знаю эту кухню, у ни о чем не подозревающей жертвы сначала тщательно формируется состояние абсолютного счастья реализовавшейся мечты – так эффект от пыток и получаемая в ходе жертвоприношения энергия много сильнее.
Проспал до того момента, пока меня не разбудил импульс от ассистанта. Поднявшись, я прошел через закрытые шторки, и оказался в самом начале салона, откуда заранее попросили удалиться бортпроводников. Здесь уже Ира и Анжела Шиманская, которая последняя время неотступно сопровождала Валеру в качестве телохранительницы, вскрывали люк в полу, ведущий в багажное отделение самолета.
И Ира, и Шиманская оставались с командой – именно они обе должны были выполнить непростую задачу, а именно проконтролировать отсутствие навязчивого внимания к тем куклам, которые вместо нас поедут в гостиницу. По планируемой к использованию легенде мы втроем должны были почувствовать легкое недомогание и из номеров никуда не выходить. До того момента, как мы не вернемся. Если вернемся.
Когда я появился в отгороженном занавеской начале салона, люк уже лег на пол в стороне. Быстро спрыгнув в практически пустой грузовой отсек, мы прошли вглубь, где нас уже ожидали четверо конфедератов во главе с капитаном Измайловым. Все они были в бронекостюмах без знаков различий и с опущенными забралами, так что кто из них кто понять было невозможно. У всех четверых за спинами виднелись закрепленные блоки системы десантирования.
Куклы, настроенные Накамурой еще в Архангельске, также уже были здесь, пробуждаясь из гибернации. На андроидов я старался не смотреть – настолько неприятен контраст между тем, как живо, но при этом механически они выглядят, еще не полностью очнувшись.
Очень неуютно себя чувствую при взгляде на них. Это остальные к андроидам привыкшие, для меня же это явление из разряда непривычных технологических чудес нового мира.
– You will have problеms, Arthur, – обещая мне грядущие проблемы, шепнул Валера, когда я оказался рядом с ним.
Говорил он неожиданно на английском, и с характерным, специально воспроизведенным русским акцентом «Лондон из зе капитал оф Грейт Британ».
– What’s wrong? – машинально на английском ответил я.
– Куклы Эльвиры – это боевые тренажеры, а не вот это вот все о чем ты подумал в меру своей испорченности. В последнем спарринге оба ее гладиатора получили повреждения, и именно поэтому она просила мне помочь их донести, а вовсе не для сохранения приватности.
– Я подумал?! То есть только один я подумал, а ты просто в сторонке постоял? И кстати, как Эльвира узнала о том, что об этом именно я подумал, хотя помогал ей ты?
– Ой все, – только отмахнулся Валера. – Наш капитан в холодной ярости, просто прими как данность.
– Так, подожди… То есть ты налажал, расчехлившись ментально, а сейчас пытаешься приписать меня к своему косяку? Знаешь что, так дело не пойдет…
– Артур, ты теперь принадлежишь к русской аристократии, заканчивай со своим плебейской манерой общения, столь низменный говор режет слух, – поморщился Валера, пытаясь переменить тему. – Хочешь, я порекомендую тебе ритора?
– Нет, я хочу чтобы ты…
Закончить не получилось – прерывая нашу беседу, один из конфедератов дал отмашку, вскрывая контейнеры с системами десантирования, а другой выкатил наши транспортировочные кейсы с экипировкой.
Чуть больше минуты нам троим понадобилось, чтобы облачится в свои бронекостюмы. Эльвира, кстати, никак не показывала «холодной ярости», о которой говорил Валера. Но иллюзий я не питал – она, как я успел заметить, не из злопамятных. Просто злая и память у нее хорошая – так что к вопросу о наших предположениях о принадлежности ее кукол наверняка еще вернемся.
Но вообще-то, по уму, могла бы сразу уточнить, что у нее не секс-куклы, а боевые тренажеры. Практика использования нелегальных кукол-андроидов вполне распространена и в этой ипостаси, только с учетом наших тренировок – стрелковых с Андре, и рукопашного боя с Мустафой, я не думал, что у нее находится время еще и для индивидуальных занятий.
После того как мы экипировались, загрузившись полным комплектом оружия, я опустил забрало и оказался в мире дополненном информацией из тактической сети. Сразу стало понятно кто из безликих конфедератов кто: в грузовом отсеке присутствовали штабс-капитан Измайлов, веселый и неунывающий поручик Файнзильберт, укравший в Высоком Граде у английских гвардейцев конвертоплан, а также обычно работающие в паре Семенов и Накамура.
Кроме того, мне стала известна высота и скорость полета, появились – если сфокусироваться взгляд на значках на периферии зрения, метки нашего маршрута с привязкой к рельефу местности, характеристики брони и носимых систем вооружения как моего, так и остальных спутников.
Еще несколько минут потребовалось конфедератам для закрепления у нас крыльев за спиной и тестовый прогон систем. За это время и Ира, и Шиманская также облачились в бронекостюмы. Им десантироваться не предполагалось, они просто должны были закрыть за нами дверь – а обычному человеку, без поддержки экзоскелета брони сделать это непросто.
Когда после законченной по чек-листу проверки наших крыльев Измайлов дал отмашку, Семенов и Файнзильберт выбили открывавшийся наружу грузовой люк. И в заранее назначенной очередности мы один за другим ссыпались вниз, навстречу далекой земле. Ничего лишнего мне делать было не нужно – только прижать руки к телу и наблюдать за приближающейся метке высадки в окрестностях Астрахани, куда вел крыло автопилот тактической сети.