Сергей Извольский – Путеводная звезда. Том 1 (страница 66)
— А теперь полежи пожалуйста спокойно, — прервала она меня. — Освободи голову от лишних мыслей. Сергей Александрович был кр-райне недоволен тем, что тебя пришлось собирать практически по частям. Думаю, как полностью придешь в себя, он с подробным обоснованием выскажет неудовлетворительную оценку твоих действий, подкрепляя дополнительной практикой. Поэтому, чтобы ты не только помог команде завтра выиграть, но и не испытывал серьезных неудобств во время грядущих тренировок, мне сегодня придется очень серьезно поработать.
«Черт!» — только сейчас я задумался о завтрашнем дне.
— Что?
«Я о тактике на матч, не обращай внимание»
— Хорошо, не буду.
Илья же все, закончился в составе нашей команды. Это значит, минус один участник. И еще минус Надежда или Эльвира — кого заблокируют феечки, пока неясно. Хотя, почему это неясно?
«Оль?»
— Да?
«Кого феечки забанили?»
Ольга только вздохнула и с укоризной посмотрела на меня.
«Кого заблокировали к участию в третьем раунде матча владеющие даром леди из сборной команды по практическому боевому применению стихийной силы Самарской Академии Высоких искусств?» — задал я вопрос «нормально».
Ольга, после новой формулировки, снова посмотрела на меня с укоризной.
«As you wish», — только и развел я руками мысленно, показывая, что следую только ее желаниям в переходе к изящной словесности.
— Заблокировали Надежду Кудашову, — сдалась Ольга.
«Ясно, спасибо»
— Артур.
«Да?»
— Очисти голову, мне нужно твое чистое сознание.
«Пять секунд»
— Хоть десять, мне тоже подготовиться нужно.
Вытащив из меня иголки капельниц и откатив койку в центр комнаты — сняв с колес стопора, Ольга переставила и свой стул. Села она прямо за изголовьем кровати и ее руки скользнули под одеяло. Приятно-теплые ладони легли мне плечи, так что указательные пальцы встретились в яремной ямке. В месте касания сразу приятно и тепло запульсировало от концентрируемой в этом месте силы.
— Артур.
«Да?»
— Восстанавливаться будем побыстрее, но… без комфорта, так скажем, или более медленно, но аккуратно?
«Побыстрее»
— Хорошо. Тогда терпи, сейчас будет немного больно.
Глава 19
Стадион Самарской Академии Высоких искусств вмещал более тридцати тысяч зрителей. И несмотря на удаленность от центра города место было одним из самых популярных в Самаре. Окрестности стадиона всегда полнились праздногуляющим людом. Даже несмотря на то, что Академия, вполне традиционно — как и большинство учебных заведений для одаренных, располагалась обособленно, а также довольно отдаленно от центра города. Во избежание, как это называлось, «…непредвиденных последствий воздействия на прилегающие территории вышедшей из-под контроля стихийной силы».
Стадион, а также корпуса Самарской Академии Высоких искусств, Академии волшебства, как звали заведение в народе, располагались в излучине реки Волги, на островеКоровьем. Который, в силу неблагозвучности названия, давно именовали Китеж-градом, а в последнее время даже шли разговоры об официальном переименовании.
Подтверждая статус «народной», Самарская Академия не закрывала свои двери перед обычными посетителями. Не закрывала плотно, как остальные подобные заведения: недоступными к посещению были жилые и учебные корпуса Академии на южной оконечности острова.
Стадион же и прилегающие территории занимали почти половину острова, его северную часть, соединенную с городом двумя автомобильными и одним пешеходным мостом. И практически всегда северная часть острова была доступна к посещению.
Здесь, на стадионе, проводили свои матчи местная футбольная команда, а также проходили легкоатлетические соревнования, популярные в губернии. Также на берегу были выстроены трибуны, позволяющие наблюдать за многочисленными регатами, проводящимися в широком течении Волги под эгидой многочисленных местных яхт-клубов. Но самое главное, привлекавшее фокус внимания жителей, были довольно часто проводимые и открытые тренировки, а также некоторые соревнования среди одаренных. Недоступен к посещению стадион и его окрестности были всего несколько дней в году, когда на арене проводились особые мероприятия — закрытые соревнования, важные экзамены, а также церемонии инициации Источников.
Так что жители Самары «своих» одаренных знали и любили. Поэтому появление каждой феечки встречал приветственный и одобрительный гул, а вот наше… Не сказать, что прямая и почти осязаемая направленная агрессия, как на турецких футбольных стадионах, но так называемое «давление трибун» определенно чувствовалось. Вернее, чувствовалось бы, если бы не умение всех нас приводить внутреннее состояние в порядок, не реагируя на внешние раздражители.
Феечки, кстати, сумели серьезно удивить. Нет, я их конечно видел до этого вживую на церемонии первого дня — в стандартных нарядах и в пугающе-безликих белых масках. Но сейчас девушки, каждая из пятерых, дополнили свой образ.
Как и полагается использующей стихийную силу команде, феечки были облачены в экипировку для ее практического боевого применения. Нечто среднее между стандартной полевой формой гимназий для одаренных и костюмом для конного поло, усиленным утолщающими ткань вставками.
Костюмы у всех феечек были стандартного лазурного цвета. Стандартного для Академии Высоких искусств, чей герб прямо пересекался с гербом Самары и Самарской губернии. Но как знак отличия принадлежности к стихийной силе у каждой из феечек на предплечьях переливались магические браслеты в виде наполненных силой живых змеек. Красные у Ники и Виктории, темно-зеленый у Геи, бело-голубой у Дианы и лиловый у Селены. Кроме того, безликие белые маски заменили другие — яркие и броские венецианские, словно прямиком со знаменитого карнавала. Причем новые маски определенно были иллюзорными, закрывающими от чужих взглядов лица, но не закрывающими их носительницам обзор.
То, что вместе с новыми масками и живыми браслетами безликие девушки из Академии волшебства стали более интересны взглядам, кроме меня отметили гулом и все собравшиеся на матч тридцать пять тысяч зрителей. Тридцать пять тысяч шестьсот семьдесят три человека, если быть точным — как совсем недавно диктор объявил.
Но на неожиданно ярких венецианских масках и живых браслетах неожиданные сюрпризы не заканчивались. В тот момент, когда каждая из участниц поочередно, под громкий гул трибун, выходила на арену и останавливалась в отведенном для ожидания месте, за спиной у нее возникали созданные магическим сиянием огромные крылья.
Огненные у Ники и Виктории — одаренных владением Огнем; наполненные густой августовской зеленью у Терры, повелительницы силы Земли; светло-голубые, словно спустившиеся с синего неба перистые облака, у Дианы; она была универсалом, владеющей первично силой Воздуха с уклоном в Молнию. И последние магические крылья, самые удивительные, перламутровые — с вкраплениями лиловых и желтых сияющих огоньков взвились у Селены, практикующей Ментальную магию.
Когда вся команда феечек появилась на арене и заняла полагающиеся места напротив нас, крылья у девушек ярко вспыхнули и исчезли во вспышке ярких сияний. Вызвав очередной гул самого настоящего зрительского восторга — подобное зрелище в ходе матча происходило впервые.
Красиво.
Но несмотря на, без шуток, сногсшибательный вид феечек из команды противника, и тем более неожиданно яркое представление, к нам также было приковано заинтересованное внимание зрителей. Не без повода.
Во-первых, на нас была новая броня; предавший меня вчера бронекостюм, с несработавшим холодным сердцем, а также вышедший из-под контроля костюм Ильи, позволивший ему на меня напасть, стали для полковника Николаева неприятным сюрпризом. Именно поэтому в ходе короткой беседы в палате он и задал мне вопрос о Маше Легран; и сейчас мы все сегодня были в новых бронекостюмах.
Это была все та же модель Шевалье, предписанная регламентом турнира, но в варианте исполнения от корпорации «Legrand», в специальной комплектации для жаркого климата. На наплечнике каждого бронекостюма красовалась эмблема новой, совсем недавно зарегистрированной ЧВК — черный щит с красным косым крестом. Почти что герб Болтонов — та самая эмблема, которую я предложил Маше Легран во время памятных посиделок в ресторане Стрельна.
Еще утром, едва увидев новые бронекостюмы, я вспомнил о том, что в моем мире эмблему компании Найк придумала студентка, не получив за это ни цента. Сразу не получила. Зато после, по слухам, в благодарность стала обладательницей приятной части акций компании.
Здесь же и сейчас я не только стал автором эмблемы для амбициозной частной военной компании, но и провожу безвозмездную (для себя) рекламную акцию на миллионную аудиторию, выходя в бронекостюме с чужой эмблемой. Понятно, что с Машей договаривался Николаев, и появление эмблемы ЧВК на нашей броне не просто так; но лично мне альтруистического участия в данном мероприятии жаба подписывать не желала, и я дал обещание при случае и Николаеву, и Маше об этом напомнить.
Кроме обновленной раскраски костюмов, всеобщий интерес привлекала и уменьшенная численность нашего отряда. Ведь нас было всего четверо — Илья, по понятным причинам, участвовать в матче не смог. И удивление зрителей нашим неполным составом, когда Эльвира — последней, как капитан, появилась на площадке, я почувствовал очень хорошо. Впрочем, следующий выход был феечек, и они удивили всех своим видоизменным обликом так, что про нас практически забыли. До поры до времени. До, собственно, самого начала третьего, финального раунда матча.