Сергей Извольский – Молодые Боги (страница 32)
Кивнув, взял Ребекку за талию и потянул ее за собой в коридор.
- Стараюсь выглядеть естественно и непринужденно, - пожал я плечами, удивляясь собственной наглости, игнорируя вопросительно изогнувшуюся бровь.
- Шагай не так широко, а то ботинки видно.
- Если заметят, что будет?
- Если местные заметят, ничего не будет. К тому же с тогой высокие сапоги ассасина не смотрятся, а мне не нравится, когда мой спутник чучелом выглядит.
Пока я думал, как бы достойно ответить, мы уже - двигаясь неторопливым шагом, миновали несколько безлюдных, богато украшенных залов. Двигались несколько напряженно – не торопясь и осторожно. Вскоре навстречу попался одинокий слуга – молодой парень в набедренной повязке бежал с корзиной фруктов.
- Мальчик! – окликнула его Ребекка, и слуга послушно подбежал к нам.
- Слушаю, госпожа, - склонился юноша.
- К вам в усадьбу вчера привезли молодую девушку, которую Гай Юлий купил у Павла из Лаэрты.
- Да, госпожа.
- Где она сейчас?
- В своих покоях, госпожа.
- Проводи.
Слуга снова склонился в поклоне и двинулся вперед. Миновав еще один зал, мы спустились на этаж вниз. Впереди показались массивные двери, у которых на страже стояло два преторианца.
- Ее покои здесь? – остановила провожатого Ребекка, показывая вперед.
- Да, госпожа, - слуга коротко глянул на чародейку.
- Возьми у него поднос, - попросила меня спутница. Недоумевая, я принял поднос с фруктами у паренька. Чародейка, быстро оглянувшись по сторонам, поманила слугу за собой в небольшую нишу.
- Да, госпожа? – преданно посмотрел на Ребекку юный раб, а она воздела над его головой руку. Ладонь окутало зеленоватое свечение, парень начал задыхаться, беззвучно хлопая ртом; ноги его задрожали, подкашиваясь. Глаза и открытый рот слуги наполнились ядовито-зеленым светом, который тонкой – быстро увеличивающейся струйкой потек в ладонь чародейки.
Кожа паренька начала покрываться морщинами, ссыхаясь, сам он понемногу сползал вниз – не падая, придерживаемой силой притяжения от ладони чародейки. Глаза его последний раз взблеснули, потухая – и лишь груда пепла осталась на полу. На все про все у чародейки ушло лишь несколько секунд.
Увидев мой ошарашенный взгляд, Ребекка подошла и подцепила пару виноградин с подноса, проглотив их с видимым удовольствием.
- Ты чего расстроился? – спросила она дежурно.
- Я не расстроился.
- По тебе заметно, как не расстроился. Не обращай внимания – это же местный. Искусственный разум – ты же не горюешь, когда браузер с Алисой удаляешь?
- Ни разу еще не удалял браузер с Алисой.
Внимательно вглядевшись мне в лицо, Ребекка покачала головой.
- Пойдем, - поманила она меня за собой, направляясь к указанным дверям, но замера на секунду: - Эй!
- Что?
- Поднос оставь.
Поставив поднос на один из столов в уголке зала, двинулся следом за чародейкой к покоям – где должна была находиться Катя.
Приближаясь к стражникам, несколько волновался. Совсем немного – больше размышляя, что предпримет Ребекка. Она же просто взмахнула руками – воздух колыхнулся маревом двух прозрачных стрел.
И все. Ничего не произошло, стражники остались стоять, как ни в чем не бывало. Не подействовало? – волноваться я начал сильнее.
Открыв дверь, не обращая на преторианцев внимания, Ребекка заглянула внутрь и сразу зашла. Я слегка притормозил – ожидая от воинов хоть какой-либо реакции. Но оба стражника стояли, глядя прямо перед собой – будто не замечая меня. Ожидая оклика, или удара, напрягся, заходя следом за чародейкой, но никакой реакции от стражи так и не последовало.
В первом помещении - большей прихожей, никого не было. Миновав его, мы вошли в немалых размеров зал, увенчанный колоннадой - за которой прятались декоративные растения и цветы. У каждой колонны расположились парные статуи весьма фривольного вида – демонстрируя, впрочем, обычную любовь, а не торжество экспериментов, как на вилле Джонса.
Катя была здесь. Девушка сидела в одинокой задумчивости на краю широкого ложа в углу, занавешенном полупрозрачной пелериной, накручивая на пальцы длинный локон. При нашем появлении Катя испуганно вздрогнула и неуверенно поднялась.
Выглядела она сейчас как подобает юной патрицианке – легкая элегантная туника, высокие сандалии, тщательно уложенная прическа – с прекрасной диадемой, усыпанной драгоценными камнями. Из других украшений – браслеты на запястьях и золотая цепочка пояса. Катя и в обычной жизни была яркой, привлекательной – а сейчас и вовсе казалась неотразимой – безумно красивым ангелом, сошедшим с небес. Вот только поза ее была напряженной, скрывая в себе испуг.
- Катя… - невольно выдохнул я, в растерянности не зная, что сказать.
Губы девушки задрожали, лицо исказилось в легкой гримасе – Катя смотрела на меня широко открытыми глазами, не веря в происходящее. Казалось, она вот-вот заплачет.
- Катя, это ты? – шагнул я ей навстречу.
Моя подруга несколько раз кивнула, на глаза ей навернулись слезы, губы задрожали сильнее. Чувствуя, как внутри зарождается глухая ярость – на старшего Орлова, на совравшего Саяна, на застрелившего меня Игоря, шагнул вперед, обнимая любимую девушку.
Она вцепилась в меня, как утопающий цепляется за спасательный круг – и уткнувшись лицом в плечо, не смогла сдержать рыданий. Я гладил ее вздрагивающие худенькие плечи, чувствуя неотвратимое желание кого-нибудь убить.
- Успокойся, малыш, теперь все будет хорошо… мы вытащим тебя отсюда.
- Джесс! – окликнула меня Ребекка. Но я и сам услышал шум – за нашими спинами открылась дверь.
- Мы тебя вытащим, не бойся. Сегодня, - негромко шепнул я Кате и быстро отбежал в сторону, укрывшись вместе с чародейкой за одной из колонн.
Мгновением позже в покои ввалилась представительная делегация. Когда увидел первого вошедшего, невольно вздрогнул, напрягшись – это был Гай Юлий Орлов. Он гордо шествовал во главе группы гостей человек из десяти – облаченной, как и он, в сенаторские тоги.
Орлов пересек покои, остановился рядом с Катей, будто бы демонстрируя ее гостям барственно хозяйским жестом. Я невольно скрипнул зубами – Ребекка, видимо почувствовав мое состояние, успокаивающе положила мне руку на плечо.
- Знакомьтесь, господа. Екатерина, будущая хозяйка всего этого великолепия, - сделал Орлов своеобразный жест, очерчивая окружающее пространство.
- У тебя хороший вкус, Гай, - одобрительно проговорил один из гостей – неимоверно грузный и пожилой мужчина. Его набрякшие щеки свисали вниз как у бульдога, опускаясь на широкую – шире головы, шею. На мир говоривший смотрел маленькими, близко посаженными глазками, из-под кустистых бровей – вот только в его взгляде была жесткость, контрастирующая с рыхлостью тела.
- Действительно, неплохо-неплохо, - поцокал языком еще один из гостей, выходя из тени общей группы. Достаточно пожилой, как и все остальные, с массивным брюшком - выпирающим из-под тоги. Дородный, неторопливый, но внушительно массивный – в отличие от предыдущего, в его теле не было рыхлости, присутствовала тяжесть и мощь старого медведя.
Вообще во всей группе гостей не было ни одного человека, навскидку моложе сорока. Держались все непринужденно, рассматривая Катю как игрушку – с показательным опытом людей, привыкших убивать скуку, потакая своим желаниям.
- Гай, а это не твоя бывшая студентка случаем? – поинтересовался кто-то из толпы, заставив меня встрепенуться. Но тут пальцы на моем плече сжались стальной хваткой – я с трудом удержался, чтобы не вскрикнуть от боли. Обернувшись, глянул на чародейку и обомлел – она смотрела на дородного и широкоплечего гостя. Лицо Ребекки было перекошено ненавистью, губы щерились в угрожающем оскале – иначе и не назовешь, а глаза горели ровным зелены огнем. Почувствовав мой взгляд, Ребекка обернулась – ее заполненные ядовитым огнем глаза оказались совсем близко от моего лица, так что я едва не отпрянул в сторону.
Среди гостей уже завязалась громкая и непринужденная беседа – но я не обращал на это внимания. Ребекка, к моему облегчению, на несколько секунд зажмурилась, после чего открыла глаза, посмотрев на меня уже обычным взглядом.
- В порядке? – спросил я ее одними губами.
Чародейка кивнула. Чуть дернув подбородком, показал ей на своей плечо – она посмотрела, не сразу поняв в чем дело, а после ее глаза расширились, и она разжала руку. В ткани туники остались дырки от ногтей, а я почувствовал, как под тканью щекочут кожу бегущие струйки крови.
Извиняющиеся кивнув, Ребекка вновь обратилась взглядом к группе гостей Орлова – теперь лучше контролируя себя. Но губы ее по-прежнему подрагивали, ощеренные в гримасе ненависти.
- Господа, с моей будущей женой познакомились, теперь пора проследовать в пиршественный зал и насладиться праздником, – радушным голосом хозяина предложил Орлов.
- Которая уже по счету? Четвертая? – усмехаясь, спросил широкоплечий мужчина, при взгляде на которого Ребекку только что захлестнула волна ненависти.
После прозвучавшего вопроса раздался дружный смех, а Орлов лишь пожал плечами, с нескрываемым удовлетворением - мол, я и не так еще могу. Когда группа гостей покинула зал, он остался в проеме последним.
- Катерина, ты к нам присоединишься? – поинтересовался Гай Юлий.
Катя вся сжалась, и едва помотала головой – отрицательно, явно борясь со сковывающим ее страхом.