Сергей Извольский – Maximus Rex: Белый отряд (страница 45)

В мире Валлиранта некоторые актрисы в принципе могут приторговывать перед первым и вторым сословием телом, это считается в порядке вещей. Кормак, решив проучить Карела, посулил девушке очень большие деньги. В разгар оргии, в которой вместе с актрисой участвовали пятеро специально нанятых жиголо, Карел появился в апартаментах где проходила встреча, вместе с приведшим его туда Кормаком. Как рассказал Ронан, что-то у них там дальше случилось. Оборотень сказал, что прямо Карел не упоминал, но похоже именно там Безумного Кормака хватил паралич. О девушке актрисе никто больше с того дня не слышал. Кто ее убил, Кормак или Карел, было не очень понятно. Ронан полагал, что Кормак, который потом и получил от Карела приметный шрам на лицо.

— А может в деталях и не совсем так было, коммандер, — подытожил оборотень. — Фабулу событий я вроде верно уловил, а вот детали сюжета, извини, не выкупил полностью. Сраные боги, как же мне плохо, — просипел он, и вновь сделал несколько глотков воды.

— Где Карел?

— А? — Ронан, который счел доклад оконченным, уже закрыл глаза. И сейчас с трудом разлепил веки.

— Где Карел? — повторил я вопрос.

— А я не знаю, коммандер, — с трудом просипел оборотень. — Это он меня сюда принес, а куда дальше делся я не видел, извини.

Да, пока я там кувыркался с Эстери Эйтар, балансируя на грани жизни и смерти, у оборотня оказывается здесь была своя война.

Ронан с трудом поднес кувшин к губам, подумал немного, а после вдруг вылил оставшуюся воду себе на голову. Не глядя отбросил кувшин, который подобрала дежурящая поблизости служанка, и сразу же подала Ронану новый.

— Коммандер, лучше дай мне задание убить десяток хобгоблинов, а не с этим отморозком пить, я больше не выдержу… — с закрытыми глазами произнес Ронан.

— Тяжело ему, похоже, — протянул Ваня из-за спины.

Я только усмехнулся:

— Пастор Шлаг переходил границу на лыжах. Тяжело ему, подумал Штирлиц. Стоял июль сорок четвертого года.

Ваня за спиной весело заржал, ПП и ТТ недоуменно переглянулись, не понимая причину смеха.

— Учите русский! А-то понаехали тут, — обратился к ним Ваня и снова белозубо заржал от своей понятной только нам с ним двоим шутки.

Весь оставшийся день съели бытовые дела. Дарриан решал вопросы разграничения влияния клана и сохранения титулов с Кайлой, Ронан сильно болел, Ваня занимался со своими бойцами, а на меня навалились обязанности командира, которые как-то раньше я спихивал на них на всех. Карел, кстати, обнаружился — в парке. Занимался восстановлением физической формы и воинскими упражнениями. Неожиданно, я думал хуже будет.

На фоне этого удивительного зрелища я даже нашел Дарриана, вызвал Карела. И, памятуя слова Доминики о создании вольной роты Карадрасс под командованием Дарриана, поручил рыцарю-инквизитору передать Карелу свой взвод белых плащей.

От Доминики вестей пока не было. Вернее, плохих вестей не было — прискакало пара вестовых с пустяковыми и необязательными поручениями, о которых мы договорились о способе связи для того чтобы показать, что у нее все хорошо.

К вечеру рутина меня довольно сильно утомила. Причем так, что свой изменившийся демонический взгляд я уже почти не вспоминал, воспринимая его уже не на первом плане эмоций. Совсем забыть совсем не получилось — глазам было не очень комфортно, каждые несколько часов ходил капал в глаза увлажняющую жидкость.

Вечером, по примеру Эстери дав задание будить себя только если враги пойдут на штурм по периметру всей усадьбы, отправился спать. В ванной комнате линзы получилось у меня снять не сразу. С трудом снял одну, но при этом довольно громко комментировал и сами линзы, и свои умения, и вообще подкинувшее проблем мироздание. Открылась дверь, и в ванную комнату, мягко ступая, зашла Аня. Она была в моей футболке, которая длиной вполне ей походила на короткое платье.

Во взгляде Ани уже совершенно не было даже тени неприятия демонического взгляда и тем более страха. Подойдя ближе, она развернула меня и аккуратно сняла вторую линзу, быстро и уверенно. Закапала увлажняющей жидкости, убрала линзы в чехол. Смотрела Аня на меня прямо, уже совсем не избегая взгляда. И когда она ставила на тумбочку пузырек с увлажняющей жидкостью, она навалилась на меня, и отстраняться не стала.

Самым главным и единственным моим желанием сейчас было лечь в удобную кровать, закрыть глаза и не открывать их минут шестьсот. Но при этом, глядя на Аню, я понимал, что не просто скажи, намекни я ей сейчас об этом, она серьезно расстроится.

Девушка ждала меня ночью, одевшись как королева, с вином и накрытым столом. Бесплодное ожидание ее не расстроило — мой вид послужил оправданиям любой задержке. Но осадочек, как говорится, остался. И если сейчас я скажу, что устал… Она наверняка слова не скажет, примет, но в глубине души черт знает, что у нее будет твориться.

Может подумать, что я специально пытаюсь ее оттолкнуть. И как потом выстраивать с ней отношения, что она надумает за сегодняшнюю ночь, неизвестно. Поэтому я приобнял девушку за талию, а когда она закрыла глаза, доверчиво приподнимая лицо, поцеловал ее в приоткрытые губы. После, не сильно задерживаясь, подхватил на руки и понес в спальную комнату, на широкую кровать.

Сегодня ночью не было ни капли разнузданности, отличающий наш секс с Мариной и тем более с Эстери. В отличие от них обеих, Аня почти постоянно держала глаза закрытыми, двигалась мягко и неторопливо. Из-за моей крайней усталости происходило все медленно и спокойно, и как-то так само получилось, что удивительно нежно.

Мы никуда не спешили. Я потому что не мог, а Аня потому что получала наслаждение от процесса, а не только от ожидаемого финала. Сейчас она сидела на мне, плавно двигая бедрами и негромко постанывая. Дыхание ее постепенно становилось громче и глубже, она крепко вцепилась мне в плечи и приподнялась. Запрокинув голову, Аня замерла, задрожала и издала протяжный стон. Я в этот момент держал ее за талию и смотрел в лицо. И замер, буквально заледенев — лицо Ани в этот момент исказилось; оно стало словно призрачной белесой маской, сквозь которого проступили очертания черепа.

Это был самый настоящий лик смерти.

Глядя на ставшее столь страшным призрачное лицо, я просто забыл как дышать. Но продолжалось это считанные мгновения — Аня еще раз вскрикнула, обмякла и к ней вернулся привычный облик. Не открывая глаз, она мягко опустилась на меня.

Очень долгое время мы лежали, обнявшись. Потом Аня, уже в полудреме, скатилась и прижалась сбоку, равномерно посапывая мне в ухо. Я же еще долго, очень долго лежал, глядя в потолок и чувствуя, как высыхает на лбу холодный пот.

«А мы в прошлом или в будущем? — спросила Алиса. — Мы в жопе, — ответил ей кролик».

Слова, однажды сказанные Доминикой, как вживую прозвучали у меня в голове.

Да, дела.

Что это сейчас было с Аней, даже близко не знал. Пойду завтра с Доминикой Эйтар советоваться, но что-то мне подсказывает, что вряд ли она знает ответ. Но то, что лик смерти возникший на лице у Ани как-то связан с белой невестой, убитой на своей свадьбе, сомнений у меня просто не было.

Долго, очень долго я еще лежал и глядел в потолок, не в силах обуздать мечущиеся в самые разные стороны мысли. Но усталость постепенно взяла свое, и я погрузился в сон. Вот только по ощущениям, стоило лишь закрыть глаза, как сразу же пришлось просыпаться.

Из-за усталости я не сразу понял, что проснулся: в ушах стоял грохот взрыва, но я словно завис в полупозиции, не понимая сон это или уже явь. Проснулся окончательно только когда дверь комнаты распахнулась, в проеме встал ТТ и что-то громко заорал. В этот момент неподалеку раздался второй взрыв, явно магический — я даже отклик возмущения стихийной силы почувствовал.

Похоже купол защиты усадьбы все — потрачено.

Неподалеку раздались выстрелы. Сначала редкие, но буквально пара секунд, и загрохотало активно. Причем темп стрельбы все нарастал — стреляли уже со всех сторон усадьбы. ТТ по-прежнему что-то орал, проснувшаяся Аня от испуга визжала, скрывая наготу и натягивая одеяло до подбородка, я же запрыгнул в штаны, накинул куртку и прыгая на одной ноге, выскочил из комнаты, на ходу надевая ботинок.

— На нас напали! — наконец более-менее внятно сообщил мне подбежавший Пухлый, который уже держал наготове щит-эгиду, намереваясь меня прикрыть.

Удивительно, а сам бы я не догадался — мелькнула мысль.

Я, быстро затянув шнурки на ботинках, выбежал на галерею второго этажа. Сюда, бухая тяжелыми сапогами, уже прибежал и Ваня со своими бойцами. Последние дни даром не прошли — все белые плащи быстро рассредоточились по галерее, беря на прицел вход и окна. Те, кто был без оружия, прикрывали стрелков артефакторными щитами.

Заняли позиции вовремя — парадная дверь имения распахнулась от воздушного кулака. Одна из створок влетела внутрь, вторая повисла на петлях; одновременно брызнуло стекло разлетающихся высоких окон. Со двора в главный холл, лязгая железом доспехов, поперли нападающие. Они бежали через выбитую дверь, забирались и прыгали внутрь через окна. Передвигались при этом бойцы слаженно и умело, некоторые из них прикрывались щитами-эгидами.

Авантюристы.

Загрохотали выстрелы — разбежавшиеся по галерее бойцы Вани без приказа начали стрелять по ворвавшимся в дом. Вспыхивали сиянием доспехи и щиты, взлетали к потолку языки магического пламени; первые выстрелы нападавшим вреда почти не причинили. Но огонь велся сосредоточенный, и если от одного-двух попаданий эгиды и рунная защита доспехов спасала, то перед градом пуль оказалась бессильна. Буквально несколько секунд, и тела нападавших начало отбрасывать назад, разрывать всполохами огня, истончая до скелетов и превращая в прах.