Сергей Извольский – Корпус Смерти (страница 45)

- Мне нужна связь с центром, - негромко произнес я.

Клонам не нужны были индивидуальные прицельные комплексы для того, чтобы интегрироваться в единую таксети. Они сами были частью тактической сети, поэтому вне зависимости от наличия или отсутствия доспеха, постоянно имели доступ к дополненной реальности и оперативной информации.

- Связь отсутствует, - покачал головой клон.

Смысл его фразы до меня дошел не сразу. Вновь раздвоенные ощущения – абсолютное спокойствие наблюдения за тем, как проходит холодок опасения по спине тела, в котором стало тесно моему сознанию. Плавающее восприятие реальности никуда не делось – просто в моменты действия или сосредоточенности я словно сливался в одну сущность, но стоило только сделать передышку или задуматься, мое сознание вновь превращалось в дублированную тень.

- Леди Элезейд еще здесь? – обратился я к бесстрастному лейтенанту.

- Госпожа покинула планету четыре стандартных часа назад.

Мысленно прикинув, я понял, что Мальоза эвакуировалась практически сразу после разговора со мной.

- Миссия переговоров завершена? – спросил я после недолгого раздумья.

- Нет, - произнес лейтенант, и по-человечески покачал головой.

«Нет», и все. Хотя бы пояснил – посмотрел я в карие глаза клона, но уточнять ничего не стал.

- Есть доступ к автоматической системе управления?

- Есть, - вновь Коста продемонстрировал человеческое поведение, кивнув.

- Программа полного соответствия? – поинтересовался я у него, озвучив интересующий меня вопрос. Данная программа, насколько слышал, без помощи идентификационных систем делала практически невозможным шанс отличить клона от естественного разумного. Для обычного человека – у солдат гвардии и других элитных частей септиколийской армии идентификация клонов была загружена на рефлекторном уровне.

- Так точно, - снова едва кивнул Коста.

- Рекомендуемые для меня действия согласно вариантам автоматической системы управления?

- Оставив группу смерти на поверхности, выполнять поставленную задачу по осуществлению переговорного процесса, - без малейшей заминки произнес Коста.

- Пойдем тогда, - кивнул я, разворачиваясь.

Нацепив тактическую гарнитуру – наспех, так что наушник сел только на одно ухо, я включил связь.

- Картер, принимай командование. Задача – занять административный корпус, держать оборону. При моем отсутствии более чем в стандартные сутки эвакуация на Базу 101.

База 101 - одно из подземных, укрепленных имперскими специалистами поселений джаргов, ближайшее к заводу – находящееся чуть более чем в ста километрах отсюда.

- Так точно, мой лорд, - откликнулся Картер.

Я сорвал ремень гарнитуры, и оставив его поверх платка – словно ошейник, надел на мокрую голову шлем, не застегивая ремешок. Вытерев пот, обильно заливающей все лицо, двинулся к высоким дверям главного крыльца. Моим персональным телохранителям пришлось продублировать приказ оставаться на месте.

Перекинув из-за спины винтовку, я шагнул к главной двери. Рядом со мною было уже три – вместе с Костой, клона в форме офицеров колониального патрульного полка, и все держали наготове оружие.

- Противник? – негромко поинтересовался я у Косты, медленно поднимаясь по ступеням.

- Не наблюдается, - без промедления ответил лейтенант, но оружие не опускал.

В административном корпусе царило запустение со следами агрессивного вторжения. В нескольких местах на стенах были заметны длинные, щедрые кляксы засохшей крови, плети очередей – судя по следам, умирала администрация завода суматошно и в большой панике. И присутствовали здесь в момент захвата лишь каргарианцы – судя по следам от пуль на стенах, среди которых не было видно ни одной рваной дыры от импульсной винтовки или иного современного оружия.

Продвигаясь по первому этажу, мы зашли в совещательный зал, в конце которого находилась кабина лифта. Двери были скошены, и в шахту пришлось спускаться на тросах из комплекта экипировки. Уровнем ниже шахту преграждала секция аварийной переборки. Непроходимая преграда для нас – если пытаться пробраться дальше вниз по шахте. Но направленный заряд взрывчатки, и створки дверей лифта вылетели в коридор минус первого подземного уровня. Освещение здесь отсутствовало, и продвигались мы теперь в темноте. Я пользовался прибором ночного видения – удивившись тому, как догадался его не снимать, - блок на шлеме бестолково мешался с утра. Клоны ориентировались свободно – темнота для них проблемой не была.

Миновав весь уровень, пройдя по пустым безжизненным коридорам, мы вновь оказались у шахты лифта, с другой стороны поземного уровня. Вновь спуск на тросах ниже на этаж – и вновь преграждающая путь аварийная переборка.

Спуск на минус седьмой уровень подобным образом – пересекая на манер иглы швейной машинки один за другим подземные этажи под административным зданием, занял больше часа. Двигались мы со всей возможной внимательностью, соблюдая осторожность – но ни одной живой особи термитов не встретили, несмотря на следы агрессии, встречаемые вплоть до четвертого уровня вниз.

Минус пятый и шестой уровни также были пустыми, следов термитов здесь уже не было, зато обстановка носила следы поспешной эвакуации. Кроме того, лифтовые двери здесь уже открывались самостоятельно – когда клоны проходили процесс идентификации. А на седьмом уровне очередные створки лифта, открывшись, явили взгляду вместо рабочего пространства длинный, подсвеченный негромким светом тоннель, конец которого терялся вдали.

- Так просто? – удивленно пробормотал я себе под нос, понимая, что мы вышли на финишную прямую к хранилищам законсервированных септиколийских клонов.

- При перемещение на каждый уровень вниз мы проходили контроль датчиков системы слежения и допуска, - прекрасно уловил причину моего недоумения Коста.

Переспрашивать я не стал, но все и так было понятно – Империя старалась никогда не отдавать ничего своего в чужие руки. Поэтому на территории рудника мы не наблюдали никаких промышленных роботов, или добывающих комплексов – в начале вторжения они наверняка были или эвакуированы, или уничтожены. Аналогично и с хранилищем под административным корпусом – появись вероятность проникновения на объект нежелательных гостей, хранилище было бы просто уничтожено – как станция Антега, на которой был активирован протокол самоликвидации.

Створки лифта за спиной с мягким шипением сошлись, и мы вчетвером двинулись по коридору. Гулкие звуки шагов метались между стен, теряясь вдали. Освещения над головами – по мере нашего движения, становилось ярче, но затухало стоило только нам удалиться – так мы и шли, ярким пятном света среди нескончаемого тоннеля.

Шагали, по ощущения, чуть меньше стандартного часа – и по мере движения каждый километр упирались в преграждающие ворота, делившие тоннель на равные секции. И после очередной, пятой по счету, оказались в сканирующей камере. Визуальная идентификация заняла несколько секунд, после чего массивные створки распахнулись, и мы – наконец, оказали в хранилище. Немалых размеров помещение напоминало отсек гибернации космического корабля: длинный ряд установленных вплотную, для экономии места, капсул. Серо-стальные стены, приглушенный безжизненный белый свет, ощущение абсолютной стерильности.

Замерев на входе, я осмотрелся, а чуть погодя сделал небольшой шаг через порог. Словно по команде, двинулись вперед и остальные клоны. Адриан Коста обогнал меня, уверенно шагая – я ничего не спрашивал, а он сохранял молчание, мне ничего не сообщая.

Мельком оглядывая одинаковые капсулы, в прозрачных смотровых окошках которых виднелись лица погруженных в гибернацию клонов, я едва не воткнулся в плечо Косты, когда он остановился.

- Господин барон, подтверждаете начало установки контакта?

- Связь с леди Мальозой?

- По-прежнему отсутствует.

- Связь с остальными группами?

- По-прежнему отсутствует.

- Указания тактического анализатора?

- Не менялись.

- Начало установки контакта подтверждаю.

После моих слов все трое клонов подошли к одной из капсул – на первый взгляд ничем не отличавшейся от других, и вывели ее из транспортировочного положения. Я отстраненно наблюдал за манипуляцией своих спутников, раздумывая о том, что отсутствие связи с Мальозой пугало неизвестностью – этого не должно было быть. Но стоять рядом с капсулами в ожидании тоже не вариант – все же по плану, который был доведен до меня, именно переговоры с умниками были целью проводимой операции. Вернее, «переговоры» - никаких слов и решений от меня не требовалось, по крайней мере на первом этапе.

Крышка капсулы между тем с мягким шипением разгерметизации отошла, и мягко поднялась. Датчики систем жизнеобеспечения перемигнулись телеметрией, и мягкие жгуты нейрошунтов и прозрачных трубок разошлись, скрываясь в капсуле. И практически сразу же клон открыл глаза, выходя из гибернации.

Это был гуманоид нейтрал – в анатомическом мужском теле без какой-либо растительности, и – я невольно старался не акцентировать внимание на голой коже, без первичных половых признаков. Его лицо не обладало особыми приметами – невыразительное, причем с такими чертами, что по ощущению могло принадлежать как мужчине, так и женщине. Кадык, кстати, отсутствовал. На лице имелись признаки принадлежности к биологической копии – несколько небольших татуировок в стиле механических швов, и флуоресцентный треугольник разделенной пирамиды на подбородке – знак высшей категории ИИ умников. Только увидев признаки принадлежности существа к искусственному интеллекту, я вспомнил о том, что у моих спутников – клонов из личной стражи Мальозы, подобные метки отсутствуют.