Сергей Извольский – Драго. Том 1 (страница 68)

Сам я ничего сделать не успел, но, к счастью, сработали маневровые двигатели, и я через лимузин перескочил. Помяв, правда, ему крышу. Совсем немного.

-..а-ать! – опускаясь ближе к асфальту вновь закричал я. Потому что на меня, на высокой скорости вывернул фургон, о котором я совсем забыл. Вернее, я вспомнил, когда увидел золотой лимузин, но вспомнил слишком поздно.

Вновь все произошло без серьезного вмешательства разума, на рефлексах. Дернув руль на себя, я задрал нос аэроскутера, и одновременно хлопнул по рычагу аварийного освобождения ножных зажимов.

Толкнувшись освободившимися ногами, я выпрыгнул из сиденья. По отношению к аэроскутеру я летел вверх, по отношению к земле – в сторону, параллельно поверхности. И еще до того, как я упал на асфальт, разогнавшийся и вставший на дыбы аэроскутер встретился с фургоном. Врезавшись ему прямо в центр кабины.

Еще зависнув в воздухе, я словно в замедлившемся моменте времени наблюдал как идет трещинами лобовое стекло, как разлетаются ошметки лобовой решетки, как гнется металл стоек кузова и короткий капот – фургон деформировавшейся кабиной будто обнимал скутер. Который просто в сопли смял переднюю половину микроавтобуса. Общая скорость скутера и фургона была огромной, и сила столкновения оказалась столь велика, что корму микроавтобуса подбросило, и он перевернулся через себя, кувырнувшись и приземлившись на крышу.

Аэроскутер же, на удивление, выжил. Когда фургон кувырнулся, его вырвало из смятого металла. Нет, выглядел аэроскутер, конечно, полностью разбитым – черный от копоти, искореженный, криво висящий, с черным шлейфом плюща; одного колеса нет, и из шлангов на его месте идет сизый дым.

Но аэроскутер был не мертв, а жив. Пусть и в конвульсиях – кастрированная мною автоматика пыталась выровнять его в рабочий режим «метр над землей», но из-за отсутствия одного маневрового колеса аэроскутер дергался и болтался, не в силах принять нужное положение.

«Эту песню не задушишь не убьешь», – это я уже был рядом.

Запрыгнув на живучий аэроскутер боком – как барышни раньше на лошадях катались, я совершил несколько манипуляций, выставив круиз контроль на максималку и направил скутер в небо. Чуть переборщил со скоростью – ускорением потянуло вверх так бодро, что спрыгнул я с седла на высоте примерно второго этажа рядом стоящих особняков.

Приземлившись, и перекатившись по асфальту, бросил короткий взгляд вверх. Где как раз в этот момент вспух яркий шар взрыва – караулящая ракета прилетела в аэроскутер.

От избытка чувств и адреналина я не удержался. Выставил из сжатого кулака «бесстыжий средний палец» и смачно, с чмоканьем, поцеловав его подушечку, я показал неприличный жест в сторону взрыва. После переадресовал тот же жест разбитому перевернутому фургону и осмотрелся.

– Оп-па. Ну-ка сюда иди! – уже на бегу сообщил я золотому лимузину. Водитель которого почувствовал неладное и осознав степень надвигающейся в моем лице опасности, попробовал уехать от меня задом.

Не успел – на секунду буквально не успел. Я уже был рядом, и водитель (в золотой ливрее, кто бы сомневался) вышел из машины – не совсем своей волей. Я же запрыгнул за его место и выругался – здесь вместо руля джойстик. С таким я, в реальности, раньше не сталкивался. Но я и с управлением аэроскутером в реальности не сталкивался – подумал я, когда подпрыгнув на поребрике и заскрежетав днищем по тротуару, объехал на лимузине смятый фургон.

Сзади что-то кричали – в салоне были пассажиры. Но судя по крикам, пассажиры из богемы, неопасные. Поэтому я выхватил пистолет и направил его назад, даже не оглядываясь.

– Сидеть! – на английской убедительно крикнул я.

Крики утихли, но краем уха слышал, как что-то возбужденно бубнит монотонный голос. Как будто кто-то трансляцию ведет в социальной сети.

Кричать заткнуться не стал – все равно все уже случилось, и я в телевизоре. Тем более ехать мне недалеко – буквально пару сотню метров. Их я даже пешком бы быстрее пробежал, но было у меня одно опасение, ради которого машину и взял.

Въехав в открытые ворота особняка, где закруглялась вечеринка, я по парковой дорожке подъехал к уже знакомому гаражу. Все же не зря, не зря я лимузин взял. Как чувствовал – ворота в гараж закрыты, а на крыше, около выбитых мною стекол, полно охранников. Так что пешком я сюда точно бы не зашел. А так легко, по золотому пропуску, так сказать.

Ворота гаража лимузин, разогнавшись на коротком отрезке парковой дорожке, сминая свой золотой капот, открыл. И под крики испуганных и невидимых мне пассажиров я снова оказался внутри подземного гаража.

Покинув остановившийся лимузин – со смятой мордой и паром из-под капота, побежал к ряду мотоциклов и квадроциклов. Два оставшиеся в гараже аэроскутера стояли на прежнем месте. В этот раз я взял белый – надеюсь окажется удачливее, чем красный. Снова пара секунд потребовалась мне на то, чтобы вскрыть приборную панель и вырубить ограничения. И вновь я вылетел через потолок, только уже без трюков с пробитием стекла.

– Wypierdalaj! – снова крикнул я охранникам на польском, когда вылетал в ранее проделанную дыру.

И раскрутив в вираже аэроскутер, полетел к тому окну, из которого совсем недавно – пары минут еще не прошло, выпрыгнул. В окно приватной комнаты, где находилась Жаклин.

Мне пришлось торопиться – по мне уже стреляли, охранники. Не боевыми, парализаторами и силовыми сетями, как и предполагал.

Поэтому времени на раздумья особого не было, и уже привычно поставив на дыбы аэроскутер, выбил им оконную раму. И залетел в комнату, причем развернувшаяся махина аэроскутера ударила по кровати. Так, что ее снесло в сторону и ударило о стену. Послышался хруст костей и седовласый Дон Жуан пронзительно закричал от боли. Завыл даже.

А вот не жалко. Совсем. Нечего на чужих женщин заглядываться, и не будет очень больно из-за того, что оказался не в то время не в том месте – только и подумал я с неожиданным злорадством.

«Раз-два-три, раз-два» – прочитал я по губам Жаклин.

Сначала не очень понял, о чем она, а потом догадался: я ведь сказал ей, что постучусь. Именно так, шифром – раз-два-три, раз-два.

Ну, постучаться не удалось.

Жаклин между тем, судя по взгляду похоже уже поняла, что со мной не скучно. А еще, судя по взгляду, она хорошо так накидалась, воспользовавшись маленькими бутылочками из бара – я таких бутылочек не меньше десятка увидел пустых.

Впрочем, упрекать в этом финансового советника у меня язык бы не повернулся – слишком уж у нее насыщенный вечер выдался.

Запрыгнув на аэроскутер, Жаклин уселась сзади, обхватив меня рукой за талию и дыхнув крепким ароматом виски.

– Ноги! – крикнул я. – В крепления!

Опустив взгляд, Жаклин поставила ноги в специальные выемки, после чего я хлопнул по кнопке, и из корпуса выдвинулись мягкие зажимы, зафиксировав ее бедра и голени. Одновременно я выкрутил ручку газа, вылетая из комнаты. Жаклин сзади меня завизжала – похоже, она поняла, что со мной не просто весело, а очень весело.

Вновь по спине мазнуло холодом. И обернувшись, я увидел летящую к нам с неба смерть.

«Идиот».

Ракеты было три, а я почему-то поверил, что услышанный после крушения конвертоплана взрыв – это первая ракета, напоровшаяся на тепловую ловушку.

Ракеты – умные. А я – нет.

Видимо, две ракеты полетели прямо за мной, так как их ума хватило чтобы догадаться, что две ракеты – для меня достаточно. А третья ракета, скорее всего, взмыла вверх и караулила меня для страховки.

Первые две умные ракеты пасовали перед моей непредсказуемой находчивостью, а вот третья прилетела прямо сюда, в Вилладж. Почему? Наверное, потому что топливо заканчивается, а приоритет моего уничтожения выше, чем нарушение границы зеленого сеттльмента.

Или приоритет не моего уничтожения, а уничтожения Жаклин? Ведь в первый раз, когда я на красном аэроскутере был один, в Вилладж преследующая меня ракета залетать не стала.

И может быть третья ракета как раз и не гонялась за мной, потому что была не страховочной, а персональной для мадам Петреску?

Все эти мысли промелькнули у меня перед лицом смерти. Которая состоялась бы, если бы в особняке не было своих систем ПВО. Навстречу летящей умной ракете вылетел сразу с десяток противоракет. Не таких умных, наверное, как наша преследовательница, но зато их было больше.

И умная ракета, к счастью, до нас не долетела. Я же успел, в очередной раз, выполнить элемент воздушной акробатики и подставить аэроскутер брюхом ко взрыву. Поэтому и стена огня нас с Жаклин не убила, а толкнула к земле взрывной волной.

Завизжала система предотвращения столкновений, разворачивая стремительно летящий вниз аэроскутер брюхом к земле. Взвыли двигатели, тормозя падение, но мы все равно врезались в землю. Хорошо, что в мягкий изумрудный газон – приземлились бы на брусчатку, все бы переломались. Но все равно столкновение было такой силы, что показалось от удара сиденьем под зад у меня сейчас штырь позвоночника из шеи выскочит. И ударились криво, так что обоих вышвырнуло из сидений – крепления открылись автоматически, сохраняя нам ноги.

Вокруг что-то горело, даже земля, разбегались по сторонам люди, раздавались испуганные крики. До того момента, как наш аэроскутер взорвался, я успел оттащить Жаклин подальше. Советник комитета по денежно-кредитной политике Банка Французской Африки в филиале Танганьика выглядела, надо сказать, неважнецки – взгляд отсутствующий, платье порвано в некоторых местах и залито кровью. Даже на темной ткани видно.