Сергей Извольский – Драго. Том 1 (страница 17)

– Меня зовут Драго Младич, и я новый хозяин Полигона. Есть у кого-либо возражения? – поинтересовался я, внимательно осматривая строй уважаемых людей.

Повисла довольно долгая пауза.

– Если возражений нет, тогда давайте я расскажу вам о том…

Возражения, как оказалось, были. И преподнесены оказались вполне весомым образом. Вот только я осознал это постфактум – а сейчас успел лишь почувствовать, как на меня дохнуло воздухом, словно машина рядом на большой скорости промчалась. Впрочем, почти так и было – только это была своеобразная машина, машина для убийств. В толпе уважаемых людей закрутился самый настоящий вихрь, одновременно с которым загремели выстрелы.

Закончилось все даже не успев начаться, буквально за несколько мгновений – когда я достал пистолет и был готов стрелять, целей уже не было.

– Freeze! – эхом слышался громкий крик Войцеха, который призывал всех замереть и не двигаться.

Коротко глянув в сторону поляка, первым делом я обратил внимание как с дульного среза его оружия сорвался дымок. А потом посмотрел на лицо: невероятно бледное, глаза с расширившимися, на всю радужку, зрачками, по вискам и шее протянулась паутина темных вен.

«Военные импланты и разгонные стимуляторы» – догадался я о природе изменения его внешности.

Но на Войцеха посмотрел лишь мельком – много иных вещей требовало моего внимания. В этот самый момент, последним, упало обезглавленного тело с отрубленной рукой, в которой был массивный пистолет. Еще несколько человек уже лежало на земле. Один из них скреб в конвульсиях землю каблуками. Каблуками белых кроссовок на невероятно высокой подошве – даже обратил я внимание на показавшуюся мне такой несуразной обувь.

– Никому не двигаться, замерли все! – дублируя окрик Войцеха громко скомандовал я, настороженно осматривая собравшихся. Двигаться правда никто и не собирался – после того как захлопали выстрелы и полетела вокруг веером кровь от клинков Чумбы, вся толпа рухнула на землю и так и осталась лежать. Даже не дыша, наверное.

Чумба в момент моего возгласа как раз втянул в предплечья костяные клинки и мягко вышел, даже выпрыгнул, из лежащей толпы. Вернувшись на место, мутант поднял свой похожий на монашескую рясу балахон, вновь его накидывая – пряча лицо и традиционно для бурбонов оголенный торс с костяными гребнями.

Только к этому моменту я, в осколках памяти произошедшего, восстановил картину: по началу действий одного из присутствующих еще несколько достали оружие. Вернее, начали это делать: тот, который схватился за оружие первым, и умер самым первым – он даже не успел толком ствол на меня направить.

Вообще, надо сказать, даже несмотря на громкую неудачу, покушение было неплохо организовано. Уважаемых людей вокруг много, и, если бы не Чумба, убийцы могли получить хороший шанс на реализацию – четыре минимум… ну да, четыре ствола, с короткой дистанции. Расчет был на то, что мои телохранители не успеют всех отщелкать, начнется суматоха, и я гарантированно получу очередь в упор – все четверо вооруженных как раз на максимальном удалении друг от друга встали, грамотно.

Если бы не Чумба… И если бы не Войцех.

Я еще раз глянул на поляка. Молочная бледность кожу его уже покинула, глаза вернулись в обычное состояние. Видимо, следом за разгоняющими возможности организма веществами были впрыснуты стимуляторы, прекращая действие разгона организма. Или просто доза малая автоматически в кровь поступает, не знаю в этом плане как у него. Да и вообще не совсем пока, как эта система работает. Но вот то, что Войцех определенно упакован имплантами, определенно. У него еще и глазные импланты ведь наверняка стоят, замаскированные под обычные глаза.

И он, наверное, даже в одиночку мог отщелкать всех несостоявшихся убийц, даже без вмешательства Чумбы. Который теперь постоянно следовал за мной на месте телохранителя, ранее привычно занимаемым Адой.

Чумба был единственным выжившим воином элитной гвардии вождя племени мутантов, которого я убил на арене Базаара в Инферно. И Чумба, который был не просто костяным мутантом, а попробовавшим силы Крови костяным мутантом, умел входить в скольжение. И в момент начала моего общения с народом он, выполняя обязанности моего телохранителя, следил за толпой в ускоренном для себя времени – так что даже без вмешательства Войцеха, он также в одиночку мог разобраться со всеми убийцами.

– Всем на колени, руки за голову, глаза вниз, – скомандовал я между тем, обращаясь к замершим на земле уважаемым людям.

Указание было довольно быстро выполнено, и чуть больше двух десятков человек замерли в одинаковых позах. Остались лежать на земле в лужах крови только четыре трупа.

– Никого не хочу обижать и убивать. Но сейчас мы будем проверять, у кого из вас есть и работают системы видеофиксации происходящего. Тем, у кого они есть, прошу признаться сразу и быть готовым объяснить причину. Если у кого-то они есть, тот не признается, а мы найдем, это сразу будет купленным на тот свет билетом.

Никто из собравшихся не признался в том, что писал видео. Полная и тщательная проверка каждого на предмет устройств записи заняла около пятнадцати минут, но ничего обнаружено не было.

И это хорошо.

Хорошо, потому что все не так уже и плохо.

Меня пока просто хотели убить. Всего лишь. Просто и банально выключить из событий, а не пощекотать проверкой на предмет определения уровня моих способностей.

Как-то после осознания этого сразу проще жить стало – с пониманием того, что меня еще считают за обычного выскочку. А не серьезного – я имею ввиду мой недавний уровень, противника.

Удивление, которое я испытал, когда в буквальном смысле уничтожая небоскреб Некромикона, по мне из всех стволов начали работать сразу четыре штурмовых конвертоплана, я хорошо помню. И то удивление мне совсем не понравилось.

Как центр Хургады исчезал во вспышке ядерного взрыва, тоже помню – и повторять подобное не хочется. Теперь хочется заранее и более полно знать, чего именно от меня ждет вероятный противник, и чего от этого самого противника ожидать.

Конечно, после сегодняшнего статус моей оценки как угрозы повысится: о Чумбе, о его способностях, узнают. Но одно дело, когда все это будет на словах – которые по привычке умные люди будут делить даже не на два, а на десять и двадцать; и совсем другое – если произошедшее было бы записано на видео. Тогда о нечеловеческих способностях мутанта точно стало бы известно достоверно.

Пока же козырная информации о возможностях бурбона останется только у нас. Ну а уходящие на сторону сведения о том, что у меня есть боевая химера, наоборот в плюс. Как раз еще один шаг к грядущей возможности участия в нелегальных боях.

Пока Войцех, которого контролировал Чумба, одного за другим осматривал собравшихся уважаемых людей, Василий оттащил подальше трупы и разложил оружие несостоявшихся убийц на куске грязного полиэтилена.

Одним из стволов оказался пистолет-пулемет Ингрэм – компактный, чуть больше обычного пистолета размером. И выглядящий как грубый металлический прямоугольник, в который снизу воткнули рукоять с магазином; спереди торчит короткий огрызок дула, сзади кривая рамка выдвижного приклада.

Очень своеобразное оружие: без банки глушителя сильно несбалансированное, а режим стрельбы только автоматический, так что ствол задирает немилосердно. Да и разброс невероятный – с двадцати метров уже просто в мишень попасть проблематично более чем парой пуль. Еще и стрельба с открытого затвора, что чревато. Зато Ингрэм отлично подходит для скрытого ношения, а еще для того, чтобы разово в упор засадить в кого-то длинную очередь. Ну и выглядит он круто – для тех, кто часто оружие как аргумент вынимает.

Три пистолета привлекли внимания больше. Это были даже не пистолеты, а… наверное, эту конструкцию можно было обозвать тактический автоматический пистолет. Размером со Стечкина, у каждого из рукоятки выдается удлиненный магазин на тридцать патронов, а спереди под углом дополнительная «тактическая» рукоять. Это уже больше похоже на что-то дельное.

Взяв один из пистолетов-переростков, я примерился. Лег он в руки удобно, как и жил тут. Весьма, весьма, оценил я: если на коротких дистанциях, тем более в тесных коридорах или проулках, самое то для гангстерских или противогангстерских войн. Да и тридцать девятимиллиметровых пуль в упор, очередью, даже полицейскую среднюю броню если и не пробьют, то носителя удивят и возможно даже ошеломят. Как я смог когда-то ошеломить корпората во время смертельного матча в Высоком Граде, который вела незабываемая старушка Клаудия.

Все собранное оружие было ярко, также как и одежда убийц, раскрашено. Причем краска – попробовал я сковырнуть намалеванный хвост дракона (а может и ящерицы) со ствольной коробки, выглядит на удивление свежей. Ну да, красили совсем недавно, придавая оружию «уличный», дерзкий и резкий вид.

Положив пистолет обратно на кусок полиэтилена, я поднялся. Поле чего разрешил и уважаемым людям встать для продолжения разговора. Когда все вновь выстроились в шеренгу, пошел на второй заход беседы.

– Некоторые из вас были вчера в кафе «Четыре угла» и слышали мои слова о том, что вежливость – основа дипломатии и здоровых отношений между людьми. И по мере возможности я стараюсь быть с вами предельно вежливым. Но в то же время, я прекрасно знаю о том, что насилие разрешило самое большое количество конфликтов между людьми. Поэтому, чтобы вы понимали, как в дальнейшем будут складываться наши с вами отношения – я всегда буду просить вас вежливо что-то делать, либо же что-то не делать. Один раз. Не два, не три. Один. Если же моя просьба не будет выполняться, в ход пойдет насилие. Это ясно?