Сергей Извольский – Деймос. Аспект силы (страница 70)

Из оружия мне предполагалась небольшая абордажная сабля с закрывающим кисть эфесом. Вместо ножен — петля на грубой веревке, которой я только что подпоясался. Из образа сказочного игрового аватара мне еще полагалась зеленая шапочка с пером, но я ее даже трогать не стал, оставил на стуле. Но едва сделал шаг, как включился управляющий голос и сообщил, что к моменту начала поединка чемпион должен соответствовать первоначальному облику сказочного персонажа, так что пришлось странную шапочку с пером на себя нацепить.

Веласкес оделась быстрее чем я — у нее только легкое светло-голубое платье с поясом под грудью. Рост у Веласкес остался прежний, а вот волосы из иссиня-черных превратились в рыжие; кожа посветлела, глаза голубые, и аватар ее выглядит старше лет на десять, примерно на истинный возраст Стефы.

Оружие для нее никакого не было, а грубоватые туфли с невысоким каблуком она пока даже обувать не стала, взяв их в руки и попробовав на вес. Судя по взгляду, сочла достаточно тяжелыми, чтобы использовать как оружие — которого ей образом персонажа не предлагалось.

Беззвучно пробежавшись по полу босыми ступнями, Веласкес активировала ростовое зеркало на дальней стене, осматривая себя. Я тоже встал рядом, вглядываясь в отражение. Лицо не мое — волосы светлые и взъерошенные в беспорядке, глаза голубые, но при этом некоторые узнаваемые черты прямо намекают на принадлежность к фамилии Сангуэса.

— Это кто? — поинтересовался я, кивнув нашим отражениям.

— Игровые аватары.

— Да, это понятно, я просто таких героев сказок не знаю.

— Я тоже не знаю. Наверное, персонажи дореспубликанской культуры старой Земли.

— Почему никого из современных не взяли?

— Думаю, чтобы на иск о нарушении авторских прав не нарваться.

— То есть нелегальный кровавый спорт с вовлечением детей, перенос сознания в негуманоидные формы и прочий набор карающийся смертной казнью это нормально, а современных привычных нам героев сказок на турнире нет, потому что защита авторских прав?

— Именно так.

— Очень странно.

— Ничего странного, все логично, — покачала головой такая незнакомая с рыжими волосами Веласкес.

— Что у тебя с оружием? — не стал я спорить и выяснять откуда она свою логику взяла.

— Ты его видишь?

— Нет.

— И я не вижу, — посмотрела она на грубые туфли в руках.

— Неудачно мы попали, — прокомментировал я.

— Согласна.

— Тактика?

— Убегаем к аллеям со статуями — видел на границе сектора?

— Да.

— Там понимаем, что дело дрянь и я имитирую истерику, потом разбегаемся по сторонам. Они тоже разделятся, так что мелкий мой, с киборгом ты разберись.

— Отличный план. А как я с ним разберусь?

— Не знаю. Ты же придумаешь что-нибудь?

— Я попробую, но не обещаю.

— Уж постарайся, иначе нам хана.

Я вместо ответа только головой покачал.

Часы над дверью отсчитывали уже последнюю минуту ожидания — наш матч предполагался первым. Веласкес ждала спокойно, уже обувшись, а я разминался, привыкая к не очень удобной сабле и увеличившимся габаритам тела.

На последней секунде отсчета двери мягко разошлись в стороны. Едва переступили порог, шагнув на мягкую зеленую траву, как Веласкес сбросила туфли и собрала почти у пояса платье, жестом показывая мне сделать надрез — когда подол она отпустила и дополнительно рванула ткань, получилось до середины бедра. Да, так теперь ей хотя бы бегать можно.

Свою дурацкую шапочку с пером я уже откинул в сторону, Веласкес туфли подобрала, держа в руках. Ее оппонент тоже вроде не вооружен, так что с ним она скорее всего справится, а вот с киборгом я пока даже и не знаю, что делать.

Противники наши появились в нескольких сотнях метров с другой стороны огороженного для поединка сектора парка — укрыться и спрятаться от них нам просто негде. Весь газон изрезан дорожками, кусты вдоль них густые, но невысокие — едва по пояс. Между нами большой фонтан в центре, деревьев вокруг почти нет и только чуть поодаль аллея с рядами белых античных статуй и беседкой. Туда мы, следуя плану Веласкес, сразу и побежали.

Вдруг передвигаться стало неимоверно тяжело — мы словно под водой оказались. Движения замедлились, очертания вокруг размылись. Я было заволновался, но оказалось, что время-восприятие поставлено на паузу для важного объявления.

— Внимание! Первый игрок сделал ставку на жестокое обращение с противником! Максимальная премия — пятьдесят тысяч этерналов! — раздался узнаваемый голос Ксавьера.

На несколько секунд перед глазами появился прайс со списком действий, попадающих под премирование. Очень мне этот список не понравился, там только разных видов изнасилований было четыре позиции, стоя где-то в середине оценки жестокости.

Дав секунд десять на просмотр списка, время-восприятие вернулось к норме, после мы с Веласкес продолжили быстрый бег. Киборг с подростком же приостановились ненадолго, посовещались. Мы к этому моменту уже заскочили в аллею — тонкие стволы невысоких деревьев с жидкими шапками листвы от взора соперников нас никак не закрывали. На схематичном плане парка все это выглядело более надежно, конечно.

Веласкес делала вид, что испугана и взволнована, а я лихорадочно думал, как короткая абордажная сабля может быть успешно применена против дробовика в руках железного киборга. Он как раз сейчас направился в нашу сторону, двигаясь спокойно и неторопливо, подросток при этом держался чуть позади.

— Я боюсь, боюсь, боюсь! — вдруг завопила Веласкес, схватив меня за плечи. — Зачем мы согласились, зачем! Зачем ты меня в это втянул, тупой ублюдок!

Оглашая парк истошными воплями Веласкес трясла меня за плечи, на вид став совершенно невменяемой. Потом она, еще более входя в образ, начала колотить меня зажатыми в руках туфлями в истерике, хорошо еще что несильно. Я в это время удивлялся — в новом аватаре я выше нее, и непривычно смотреть на такую высокую в обычном восприятии девушку.

— Давай только недолго с ним, — вдруг шепнула Веласкес мне на ухо, обняв в припадочном порыве, а потом бросилась бежать с пронзительным визгом, на взгляд сторонних наблюдателей наверняка создавая впечатление совсем поехавшей головой.

Противники купились — перекинувшись парой слов с киборгом, подросток быстрым шагом, но не переходя на бег, двинулся наперерез Веласкес. Она проскочила через невысокие заросли кустов, едва не налетела на небольшую скамейку и упала на газон. Перекатившись через плечо пару раз, поднялась и побежала дальше, снова споткнулась и уже не поднимаясь поползла прочь, громко заплакав от страха, перемещая сопливые рыдания с истеричными воплями.

Киборг на паникующую девушку даже не смотрел, подходя ко мне все ближе и ближе. Я приготовился играть в кошки-мышки, избегая попыток себя застрелить, но свой массивный дробовик киборг держал закинутым на плечо. Видимо, уверенный в своем превосходстве решил экономить патроны — и правильно, впереди еще противники, я бы так же делал. Сам я сейчас неуверенно отступал, стараясь держаться так, чтобы между нами с киборгом располагались постаменты со статуями, вдруг все же пострелять решит.

На самом деле, поставивший пятьдесят грандов Первый игрок сам того не ведая оказал нам хорошую услугу. Для жестокого обращения убитые жертвы не подходят и, если бы не было ставки, пришлось бы как-то вынуждать киборга потратить все патроны — еще и делая это так, чтобы он в меня ни разу не попал.

Противник между тем, сохраняя невозмутимое лицо — его целую половину, глядя со второй красным глазом, уверенно и неотвратимо приближался. Большой, массивный, ростом под два метра если вместе с каблуками массивных сапог считать. Киборг был уже совсем рядом и без эмоций смотрел на меня сверху-вниз, а я весь сжался, имитируя страх и неумело выставив перед собой короткую саблю.

Киборг без лишних сложностей вознамерился взяться за выставленный клинок и вырвать у меня оружие, делая все это по-прежнему с невозмутимым лицом. С таким же невозмутимым лицом он дернулся и заискрил, когда я запрыгнул на парапет статуи и в прыжке воткнул ему острие сабли прямо в красный глаз.

Выражение лица киборга никак не изменилось даже когда он рухнул навзничь, зато я удивился — какая-то нежизнеспособная модель оказалась, с расположенным вычислительным процессором в черепной коробке. Я-то думал, что поединок только сейчас начнется, а он уже закончился.

С усилием вырвал саблю, со скрежетом доставая ее из металлического черепа, и на всякий случай воткнул ему клинок в грудь раз десять, пробив только пару раз попадая куда-то в стыки. Киборг признаков жизни больше не подавал — кроме искр и дымка от плавящейся проводки.

Осмотрелся, нашел глазами Веласкес — противника-подростка не видно, криков ее больше не слышно. Помогать ей точно не нужно, так что я убрал саблю в петлю на поясе, подхватил дробовик. Тяжелое и неудобное оружие, с рычажной системой перезарядки, на плоской части металлической ложи клеймо «1887». Оружие конца девятнадцатого века в руках киборга, созданного по технологиям примерно конца двадцатого — довольно неожиданно это все, такой сказки я точно никогда не слышал.

Штаны и куртка киборга мне большие, обувь… печальная история, слишком тяжелые и непрактичные, так что взял у него только широкий кожаный ремень с металлической пряжкой, как оружие сойдет при случае.