Сергей Извольский – Деймос. Аспект силы (страница 35)

— У нас есть преимущество, — сказал я великолепной четверке, когда мы вернулись в свою пустую казарму. — Если мы проиграем, все воспримут это как должное. Если мы выиграем, для них это будет жутким позором.

— Вряд ли им это понимание будет мешать спать, — негромко сказала Паула.

— Главное, чтобы это понимание помогало спать вам.

На следующий день перед началом тренировки в казарму эскадрона пришла Рита. Она, как староста группы, была ответственна за закупку снаряжения и экипировки и пришла лично сообщить о своей инициативе, ведь на столе сейчас лежало не два запланированных, а сразу три кейса. Один большой и новый — боевой костюм для Антонио, а вот два других — оружейные, заметно потертые. Дело было в том, что кроме официального магазина стратагем — с новыми образцами, у Риты был доступ к барахолке всего аквариума, где продавалось подержанное оружие и амуниция. Доступ и возможность выставлять там лоты на продажу имели эскадроны всех четырех инкубаторов — Кальдерона, Сааведры, Веги и Аларкона.

Сегодня ночью Рита не только приобрела новый боевой костюм, но еще смогла выкупить сразу два лота — винтовку и штурмган. Винтовка была почти новая, ранее принадлежала стрелку из Ламий, бойцу эскадрона четвертой ступени инкубатора Вега, поэтому была в соответствующем бело-зеленом окрасе. В ходе рукопашной схватки винтовку немного повредили — теперь в ней не работал механизм трансформации в оружие ближнего боя, отчего выставлена она была едва за полцены.

Все более-менее приличные лоты на аукционе выкупались быстро, почти моментально, так что Рита мониторила барахолку круглосуточно и ночью проконсультироваться со мной не смогла. В далекой перспективе конечно покупка такой неполноценной винтовки так себе решение, но, чтобы добраться до этой самой перспективы нам еще победить надо, так что в этом решении я Риту поддержал.

Вот со вторым лотом сложно оценить правильность ее решения. Это был штурмган с расширенной лицензией — с возможностью пользоваться без ограничений личности, ранее он принадлежал единорогам с четвертой ступени инкубатора Сааведра. Оружие было не в цветах эскадрона, а в розовой раскраске с кошкодевочками и с разрисованным сердечками прикладом. Сааведра, как и Кальдерон, был смешанным инкубатором, а не девичьим как Вега и Аларкон, поэтому этот розовый штурмган скорее всего использовался для «отличившихся» бойцов как наказание за проступки. Вручался он разным бойцам видимо очень часто, потому что был заметно потерт и устал настолько, что мощность выстрела выдавал всего восемьдесят один процент от стандартной.

В решении приобрести две неполноценных единицы оружия Риту в целом я поддерживал. Но была проблема, о которой Рита не подумала: раскраска оружия стоила денег, и чтобы ее сменить нужно было выложить три сотни этерналов, так что появилась дилемма. Отдать розовый штурмган Пауле — значит пусть ненамного, но понизить боевую мощь отряда, эта мелочь может стать критичной. Если же отдать «девочковую игрушку» Антонио, то нужно либо тратить лишние деньги на смену окраса, что равняет штурмган стоимостью с новым оружием, либо же оставить его розовым, что для Антонио будет деморализующим фактором.

Что так, что так варианты не очень.

Я даже подумал было, что «розового» могли осознанно выкинуть на барахолку, чтобы Рита клюнула на наживку и купила нам специально созданную проблему. С одной стороны, оружие продавалось в другом инкубаторе, с другой — если узнать кто ментор единорогов, можно найти подтверждение этой версии.

Сама по себе проблема небольшая, но она может быть тактикой тысячи уколов, часто более эффективной чем один направленный удара. Удел преторианцев и храмовников — грубое воздействие, силой ли или пропагандой, неважно, а власть патрициев держится на комплексном подходе. Никакая мелочь не должна проходить мимо твоего внимания, как говорил мне мастер элиты. Ладно, проблему выдачи «розового» надо решать сейчас, так что подумав немного, я осмотрел великолепную четверку и заговорил.

— Вчера несколько раз упоминал, что тренируем мы только оборону. И у вас, наверное, появился вопрос… — сделав паузу, я развел руками приглашая высказаться.

— Почему только оборону? — спросила Паула.

— Потому что научиться атаковать у нашей команды не будет времени.

Ни умения, ни сообразительности — мысленно добавил я еще.

— Ты настолько в нас не веришь? — нахмурилась Летиция.

— Дело не вере, а в холодном расчете. Противник слишком далеко ушел вперед в качестве подготовки и в уровне экипировки. Если вы проиграете первый раунд, во втором шансов практически не будет, поэтому первый раунд все же лучше забрать, тогда в атаке можем даже со своего спота не выходить, а в третьем дуэльном я уже все решу.

На самом деле, я сейчас говорил не совсем правду — есть у нас шансы в атаке. Может быть я смогу вытянуть второй раунд даже в одиночку, но для этого тренироваться остальным необязательно, они в этом варианте выступят просто ходячими мишенями. Но доводить эту информацию не стал — лишняя надежда может ослабить требования к себе, так что пусть рассчитывают на то, что успех мероприятия зависит от каждого из них по результатам первого раунда.

— Паула. По вчерашнему дню я вижу, что ты готова чуть лучше Антонио, — повернулся я к старой-новой альфе отряда.

На самом деле тоже не совсем правда. Не «чуть лучше», а «на порядок лучше» — Паула вчера в непривычном боевом костюме двигалась лучше, чем Антонио без него, но при всех говорить я об этом не стал. Потом наедине ей скажу, чтобы самооценку и мотивацию Антонио в пол не ронять безвозвратно.

— У противника защита будет полная. Тебе в любом случае для выведения из строя каждого оппонента нужно будет попасть два раза, так что забирай розового, — кивнул я на штурмган с сердечками.

Паула поджала губы и заметно расстроилась, но комментировать не стала. Антонио тоже заволновался, но думаю если бы я отдал розового ему, упал бы в глубокую психологическую яму — нам ведь еще сколько насмешек терпеть, он и так может всю мораль растерять. Заволновалась и Рита — глядя на реакцию начала понимать дилемму, перед которой меня поставила, выкупив недорогой и неполноценный штурмган яркого дизайна.

— Так, девочки, выходим, Антонио нужно переодеться, — увлек я всех в коридор, где отвел в сторонку Паулу и быстро объяснил ей более подробно ситуацию. Веселее она не стала, но теперь выглядела не так пришибленно, мою мотивацию поняла.

Когда вернулся в казарму, Антонио даже еще комбинезон боевого костюма не надел — а уже вспотел и утомился. Задача оказалась непростой, и помогая Санчесу я даже несколько раз пожалел о своем решении взять его в первую пятерку. Но — уже поздно, да и все равно выбирать больше не из кого особо.

Сегодня Рита пошла с нами на арену — наблюдать и делать заметки. На самом деле, под это дело гораздо лучше было отрядить кого-то из будущих кандидатов во вторую пятерку, но их набор я оставил на потом, а привлечением Риты преследовал цель немного разрядить напряженность. Все же компания у нас собралась не из тех, кто сильно любит и уважает друг друга, а совместная работа сплачивает.

Пока шли к арене по коридору пути гладиаторов отметил, что после появления у нас второго боевого костюма и еще двух единиц оружия мы теперь не выглядим случайным сбродом. Мы выглядим просто сбродом.

Сразу после начала тренировки неожиданно понял, насколько ошибался вчера, что все очень плохо. Оказывается, вечера все было еще хорошо — первые шаги Паулы, напомнившие мне движения вставшей на ласты черепахи, казались теперь грацией русских балерин. Антонио в боевом костюме с большим трудом передвигался бегом в заданном направлении, мгновенно выдыхался и терял рабочую функциональность из-за одышки и залитых потом глаз. Правда, Дебора с винтовкой выглядела лишь несколько хуже, чем Летиция, так что есть и плюсы.

Пару раз голоса в голове просыпались хохочущей стаи гиен, но я сначала почти на обращал внимания, а потом совсем не обращал внимания, потому что к окончанию часа очередной неожиданностью вдруг понял, что какой-никакой прогресс все же заметен. Теперь каждый из великолепной четверки почти всегда понимал, о чем я говорю, так что завтра возможно даже сектора огня не нужно будет отколотыми булыжниками газобетона выкладывать.

«Они обучаемые!» — говорил мне разум.

«Не поможет!» — шипела в ответ стая демонов.

Второй день закончился как и первый — сразу после спуска с арены нас встречало два эскадрона, собравшихся на групповую тренировку. Только сегодня это были василиски и драконы — бойцы в черно-зеленых и черно-оранжевых боевых костюмах проводили нас смехом и завуалированными оскорблениями, а своего осадившего бы веселье Бенджамена в этот раз в их составе не нашлось.

Еще с этого дня на стыках коридоров, в большой учебной аудитории и в столовой нас постоянно поджидали «болельщики» из других отрядов — не позволявшие себе прямых оскорблений, но каждый раз при нашем появлении взрывавшихся шутками. Внешне я оставался спокойным, советовал остальным слушать и запоминать, чтобы вернуть при случае, но внутри вместе с шипящими голосами бурлила холодная ярость — хотелось кого-нибудь убить.

Стрелять — четыре этернала за выстрел, Летиции я разрешил на третий день. Выпускал под это дело Паулу и Антонио из правого уличного прохода — десять раз они выбегали по моей команде, и десять раз добегали до уверенной дистанции поражения, имитируя выстрелы из штурмгана громким «Ба-бах!». Летиция не попала по ним ни разу, ни единого точного выстрела. На следующий день запускал в атаку Паулу с Антонио уже по центральной улице. Из пяти выстрелов Летиция попала в Паулу три раза, Дебора — я тоже разрешил ей стрелять, два. В Антонио обе попали три из трех, ну да в него бы и пьяный орангутанг с завязанными глазами попал.