Сергей Изуграфов – Смерть на Кикладах. Книга 2 (страница 51)
– Разумеется, – кивнул Смолев. – Ты же без меня пропадешь!
– Отлично! Две головы – всегда лучше! – обрадованно потер руки Манн. – Но в нашем случае будет даже три!
– Кто третий?
– Профессор-искусствовед из Афин. Умнейшая голова! Проверит картины на подлинность. Если что не так – сразу закроем тему. Они его знают, доступ к картинам ему обеспечат. На этот счет уже есть договоренность. А вот и машина вернулась!
Друзья сели в белую «Ниву» с наклейкой «Villa «Afrodita» на водительской двери, и машина, быстро развернувшись на парковке аэропорта, повезла их в сторону Хоры.
Ярко-желтое «солей», так впечатлившее молодых французских художников, постепенно клонилось к западу. Жара спадала, свежий северный ветер «мельтеми» выдувал ее остатки из каменного лабиринта Хоры и уносил в море. Впереди был долгий островной вечер, наполненный радостью застолья, общением с близкими, музыкой и хорошим настроением.
И ничто не предвещало беды.
Часть первая
Пьер-Огюст Ренуар, «Мулен де ля Галетт».
(Из досье Интерпола: Пьер-Огюст Ренуар, «Мулен де ля Галетт», 1876 год. Холст, масло. 78 х 114 см. Частная коллекция в Европе. Оценивается в сумму 75—100 млн. долларов)
Сегодня людям хочется все объяснить.
Но если можно объяснить картину,
значит это уже не искусство.
Теперь на верхнюю террасу, где всегда проходил торжественный обед в первый вечер заезда гостей, Алекс поднимался первым, за полчаса до назначенного времени, чтобы убедиться, что все в порядке и кухня справляется со своими обязанностями. Впрочем, и в этот раз волноваться ему не пришлось: столы были расставлены и застелены белоснежными скатертями, вазы с фруктами, напитки и холодные закуски уже стояли на столах, а из кухни доносился божественный аромат блюд, которыми Петрос – виртуоз в своем деле – решил порадовать гостей в этот вечер.
Смолев потянул воздух носом: патудо – барашек на вертеле – традиционное блюдо острова, креветки на гриле с чесноком и лимоном, дорада, запеченная в духовке с тимьяном и белым перцем, сувлаки – шашлычки из свинины с тцатцтики, астакомакаронада – спагетти с омаром, росто – кусочки петуха, сваренного в вине, запеченный в духовом шкафу нежный островной картофель с розмарином и сливочным маслом, салаты из овощей, тушеные баклажаны с чесноком и, конечно, мусака – традиционная греческая запеканка с ягнятиной, баклажанами, сладкими перцами, картофелем, соусом бешамель, – и все покрыто сверху зарумяненной сырной корочкой.
Алексу навстречу из кухни вышел Петрос и гордо улыбнулся, увидев хозяина виллы. К приему гостей все было готово.
Спустя пятнадцать минут на ароматы, изливавшиеся с верхней террасы, потянулись гости. Алекс и Софья встречали их у входа в ресторан, предлагали прохладительные напитки и приглашали к столу.
Первыми пришли Лили и Джеймс Бэрроу. На лице археолога было явно написано нетерпение.
– Какие ароматы, Алекс! Мой Бог! – воскликнул англичанин, едва переступив порог террасы и потирая в нетерпении ладони. – Как мы счастливы вернуться на виллу «Афродита»! Надеюсь, в связи с наплывом туристов на острове нет перебоев с морепродуктами?
– Добрый вечер, Лили, добрый вечер, Джеймс! – церемонно поклонился Алекс старым друзьям и крепко пожал руку англичанину. – Я специально заказал для вас, дорогой друг, у Петроса большое дополнительное блюдо с креветками. Его принесут персонально на ваш столик. Наслаждайтесь! Конкурентов не будет!
– Вы очень добры, Алекс, дорогой! – весело рассмеялась Лили. – Я уверена, что вы это сделали ради меня! Я не могу видеть, как мой муж постоянно съедает все креветки на столе, мне все время хочется провалиться от стыда сквозь землю! Теперь у него будет свое личное блюдо, и общий стол не пострадает!
– Не уверен, не уверен, – пробормотал Джеймс, в нетерпении сопровождая горящим взглядом официанток, выносивших подносы с горячими закусками. – Ничего не могу гарантировать… Как вы думаете, Алекс, пока все соберутся, – закуски еще не успеют остыть?
Смолев добродушно рассмеялся. Поездка на материк, видимо, и в самом деле далась археологу нелегко.
– Этого не случится, Джеймс! Только не на нашей кухне!
– Кстати, а где маленькая Кристина? – спросила, подойдя ближе, Софья. – Я знаю, что Петрос испек для нее персональный торт, только это – секрет!
– Петрос – настоящий волшебник, у него большое и доброе сердце, – растроганно сказала Лили. – Наша Кристи каждый день его вспоминает! Так весело смеется всегда, когда его видит! Она немного устала после пляжа, мы решили сегодня уложить ее пораньше. Она хорошо покушала в таверне. Джеймс нес ее на руках с моря: она уже заснула. С ней осталась горничная Артеми – они очень подружились с нашей дочкой. Ребенок на острове очень счастлив, Алекс! И мы тоже!
– Хорошо, – сказала Софья, улыбнувшись Лили и Джеймсу. – Я тогда распоряжусь, чтобы торт вам принесли в номер. Может быть, когда она проснется, – ей будет приятно! Проходите, пожалуйста, я провожу вас к столу.
Следующими по лестнице поднялись Мария и Димитрос Аманатидис. Мужчины обменялись крепким рукопожатием. Мария обняла Алекса и расцеловала в обе щеки с итальянским темпераментом.
– Алекс, спасибо, что продолжаете традиции виллы, – произнес с чувством Димитрос. – Мы с мамой ни разу не пожалели, что фамильная вилла Аманатидисов перешла в ваши руки! Мы вам очень благодарны! И за таверну тоже! Мама звонила на днях, ей на материк шлют письма ее старые подруги с острова, хвалят таверну и Петроса. Она просила передать вам, что у нее просто нет слов, как она вам признательна; сказала, что приедет в гости и крепко вас расцелует! Вы должны знать, что Ирини очень гордится, что таверна «У Ирини и Георгиоса» – теперь лучшая на острове. И все благодаря вам!
– Поверьте, Димитрос, мой друг, – смущенно и растроганно ответил Смолев, – в этом наша общая заслуга!
– Мы тоже скоро вас пригласим в гости, – загадочно улыбаясь, произнесла Мария. – Дом почти достроен, и мы будем праздновать новоселье! Приедут мои родители и сестры из Тосканы! Вы уже приглашены, Алекс! И все ваши друзья тоже!
– Прекрасная новость! Буду очень рад! – церемонно поклонился Смолев, жестом приглашая их пройти на террасу. – Прошу вас, друзья, проходите, вы здесь по-прежнему дома!
Софья повела Димитроса и Марию к столу, а Алекс переключил свое внимание на плотного господина лет пятидесяти пяти на вид, в очках с золотой оправой, отличном светлом костюме и белоснежной сорочке с платиновыми запонками, терпеливо и невозмутимо ожидавшего своей очереди.
– Герр Вольфганг Крамер, – перешел на немецкий язык Смолев, приветствуя гостя коротким поклоном, – рады вас приветствовать на вилле «Афродита». Меня зовут Алекс Смолев, я хозяин виллы.
– О! Вы говорите по-немецки так, словно всю жизнь прожили среди нас, – добродушно улыбнулся герр Крамер, ничуть не удивившись. – Прекрасное место, чудесный остров и, похоже, – потянул он носом, – великолепная кухня! Очень рад знакомству!
– Уверен, наша кухня вас не разочарует! Прошу вас, герр Крамер, моя управляющая вас проводит, – еще раз кивнул Смолев, проводив взглядом известного галериста, спешившего занять свое место за столом.
Судя по брюшку, решил Алекс, он вполне способен составить конкуренцию Джеймсу Бэрроу с его аппетитом, что уже успел войти на вилле в поговорку. «Голоден, как английский археолог», – шутили кухарки про какого-нибудь оголодавшего гостя, съедавшего по три порции очередного кулинарного шедевра, что выходил из рук Петроса.
Повернувшись к лестнице, Смолев увидел уже четверых гостей, что поднимались ему навстречу, быстро и весело переговариваясь между собой по-французски. Впереди шла пара молодых художников – Мари и Гастон Леблан, а за ними спешили, стараясь не отставать, еще две миловидные женщины «неопределенного возраста», как охарактеризовала их Катерина, – Моник Бошан и Джульетта Гаррель.
– Мадам и месье, – неожиданно обратился к ним Смолев на языке Вольтера и Гюго, вызвав у гостей неописуемый восторг. – Меня зовут Алекс Смолев, я хозяин виллы. Сердечно приветствуем вас на острове Наксос, надеемся, что вы не разочаруетесь в греческом гостеприимстве.
– Но как же так? Как это возможно? – удивленно прощебетала одна из дам. – Нам сказали, что хозяин виллы – русский, а вы, месье, словно вчера из Парижа, с Елисейских Полей! Вы долго жили во Франции?
– Несколько лет, – кивнул Алекс. – Буду рад, если вы найдете местную кухню достойной. Высокое мнение парижан о наших кулинарных достижениях нам будет особенно лестно. Прошу вас, добро пожаловать! Это моя управляющая Софи! Она вас проводит!
Парижане веселой гурьбой прошли за Рыжей Соней и уселись за стол, потирая руки в нетерпении, словно завороженные ароматами, доносившимися из кухни.
Алекс снова вернулся на свой пост в ожидании гостей. Ждать пришлось недолго. По лестнице быстро взбежал поджарый американец с худым и желчным лицом.
– Добрый вечер, – произнес Смолев с отличным бостонским произношением, внимательно всматриваясь в гостя. – Мистер Джесси Куилл, если не ошибаюсь?
– Не ошибаетесь, – процедил американец. – Я пришел поужинать…
– И попали по адресу, мистер Куилл, – кивнул Смолев, жестом приглашая страхового детектива на террасу. – Меня зовут Алекс Смолев, я владелец виллы. Моя управляющая вас проводит, прошу!