Сергей Изуграфов – Гитарист на сезон. Детективная серия «Смерть на Кикладах» (страница 1)
Гитарист на сезон
Детективная серия «Смерть на Кикладах»
Сергей Изуграфов
© Сергей Изуграфов, 2021
ISBN 978-5-0050-8166-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ПЕРВЫЙ СЕЗОН
«УБИЙСТВО НА ВИЛЛЕ «АФРОДИТА»
«ПРОПАВШИЙ АЛХИМИК»
«ПЯТЬ АМФОР ФАЛЕРНСКОГО»
«ВЫБОР АРИАДНЫ»
«МАСАМУНЭ И МУРАМАСА»
«СУММА ВПЕЧАТЛЕНИЙ»
«СМЕРТЕЛЬНЫЙ ЗАПЛЫВ»
«ЯРЧЕ ТЫСЯЧИ СОЛНЦ»
«ГОЛУБОЙ АЛМАЗ БУДДЫ»
«СО СМЕРТЬЮ НАПЕРЕГОНКИ»
«ЗАБЫТЫЙ ДЕМОН»
«ГИТАРИСТ НА СЕЗОН»
«КАПЛЯ СМОЛЫ»
«ВЕДЬМИН ЧАС»
«ПЧЕЛЫ ПЕРСЕФОНЫ»
«СУД ПАРИСА»
Пролог
Уже на самом подлете к Пулково самолет пару раз ощутимо тряхнуло. В салоне Боинга-737 авиакомпании «Эгейские авиалинии», следующего по маршруту из Афин в Санкт-Петербург, раздались тревожные возгласы.
Дремавший весь полет, Смолев открыл глаза и выглянул в иллюминатор: далеко внизу коричневато-зеленым ворсистым ковром стелился Финский залив. Белые барашки волн, подгоняемые свежим ветром и хорошо заметные с высоты на фоне помутневшей воды, весело играли в догонялки. Похоже, что обещанный накануне Росгидрометом циклон все-таки накрыл Северную столицу.
Смолев еще раз глянул вниз и быстро сориентировался по местности. Самолету пришлось заходить на посадку со стороны Стрельны и при снижении преодолевать зону повышенной турбулентности. Ничего страшного. Такое уже бывало и раньше. Надо просто немного потерпеть.
Напряжение в салоне постепенно нарастало. Вот уже куда-то, озабоченно поджав губы, поспешила молоденькая стюардесса со стаканом воды. Резко запахло корвалолом. Дети, зажав уши руками, испуганно хныкали; встревоженные родители старались их успокоить. Время от времени самолет потряхивало: он то проваливался в воздушную яму, словно в омут, то снова выныривал, как на поверхность.
Выматывающая душу болтанка прекратилась так же резко, как и началась. Лишь через мгновение самолет снова едва заметно дрогнул: шасси были выпущены в штатном режиме. На табличке впереди по-прежнему горела красная предупредительная надпись «Пристегните ремни!» на английском языке. Вскоре из динамиков раздался спокойный и уверенный баритон командира корабля, предупреждающий о том, что самолет приступил к снижению. По команде капитана стюардессы быстро заняли свои места в тамбуре между салонами. Земля в иллюминаторе стремительно приближалась.
«Еще совсем чуть-чуть!» – подумал Алекс, снова безмятежно прикрыл глаза и не открывал их до того момента, пока под колесами шасси не заскользил серый бетон взлетно-посадочной полосы.
Касание было мягким: пилот отработал сложную посадку на все сто. Благодарные аплодисменты и веселые возгласы наполнили салон. Пассажиры, еще мгновение назад замершие в напряженном ожидании, оживились: стали громко переговариваться между собой, немедленно завозились с ручной кладью, одеждой и, схватившись за мобильные телефоны, начали названивать родственникам и встречающим. Стюардессы снова встревоженно побежали по проходам, уговаривая особо нетерпеливых занять свои места до полной остановки самолета.
Наконец, послушный командам наземных служб, лайнер медленно подкатился к зданию аэропорта и замер. Раздались звуки открываемых дверей, к которым примкнул шлюз телескопического трапа, и прозвучала долгожданная команда капитана, приглашающая пассажиров на выход.
Смолев улыбнулся уголками губ. Дома! Он был рад этому, но все равно остался сидеть в своем кресле, где и провел весь полет. Терпеть не мог стоять в проходе в мучительном ожидании, пока вся очередь не двинется к шлюзу. Предпочитал дождаться, пока большая часть пассажиров освободит проход, и можно будет покинуть борт, не толкаясь и не наступая никому на ноги. Будучи человеком дисциплинированным и терпеливым, он не мог никак понять этой бестолковой суеты на выходе. Лишние пять минут в данном случае ничего не изменят.
Пассажиры постепенно покинули лайнер и по рукаву телетрапа попали прямо в здание нового терминала Пулково. Длинные коридоры с указателями на русском, английском и китайском языках, сверкающие полы и стеклянные стены, чистота, продуманность и удобство нового терминала произвели на Смолева сильное впечатление.
«Можем, когда захотим!» – невольно восхитился он, шагая в общем людском потоке и с удовольствием глазея по сторонам. Новый терминал международного аэропорта Санкт-Петербурга ни в чем не уступал своим зарубежным собратьям, которых Смолев повидал за свою жизнь великое множество.
На паспортном контроле молодая женщина в форме прапорщика пограничной службы профессионально-скучающим взглядом скользнула по лицу брюнета средних лет и вдруг запнулась, натолкнувшись на едва заметный косой шрам на его левом виске. Теперь она уже внимательнее рассмотрела и седые виски брюнета, и военную выправку, и странно незагорелое лицо мужчины, хоть в штампе убытия и значилось: «Греция, Афины». Хотела было сперва о чем-то спросить, но, еще раз заглянув в серые глаза прибывшему, передумала. Вручая ему паспорт, она заученно произнесла: «Добро пожаловать в Санкт-Петербург!», а потом вдруг прибавила уже мягче от себя: «Александр Владимирович!».
Смолев сдержанно поблагодарил и, минуя выдачу багажа, направился к выходу. Он никогда не возил с собой багаж. Все его вещи помещались в ручную кладь – небольшой дорожный саквояж из светло-коричневой кожи.
Мелодично просигналил айфон: пришло смс от водителя, который его встречал.
Многочисленные таксисты со скучающими лицами, заполонившие зал ожидания в поисках клиентов, разочарованно отворачивались, когда он быстро проходил мимо них. Профессиональное чутье говорило им, что этот уверенный в себе приезжий знает куда идет и в их услугах совершенно не нуждается.
Выйдя на улицу, Алекс быстро огляделся. Машина с водителем должна была ждать его на ближайшей стоянке в ста метрах от здания нового терминала.
Ну что же, пройдемся, подумал Смолев, глядя на затянутое свинцовыми тучами низкое небо. Оттуда уже прилетели первые тяжелые капли прямо ему под ноги и звучно расплющились об асфальт, выстрелив брызгами во все стороны.
«До парковки рукой подать, добегу!» – решился он.
Родной город встретил Алекса настоящей осенней погодой: ливень грозил вот-вот начаться, а ветер, которому наскучило без толку гонять по тротуару пустые бумажные пакеты из «Макдональдса», радостно трепал приезжему плащ и рвал из рук полураскрытый дорожный зонт.
Но погода не могла омрачить Смолеву настроения. Он не был в Петербурге почти полгода: дела долго не отпускали свежеиспеченного владельца небольшой гостиницы на греческом острове.
Хлопотное это дело – управлять гостиницей, таверной, да еще пытаться вырастить виноград, чтобы сделать собственное вино. Хлопотное и сложное. Но Смолев не жаловался. Шесть месяцев напряженной работы ушли на то, чтобы отладить работу на вилле и в таверне настолько, что он теперь спокойно может оставить их на несколько дней. Рыжая Соня – его управляющая Софья Ковалевская – гарантированно обеспечит порядок на вилле «Афродита», а Петрос – по мнению многих – лучший повар острова Наксос, не допустит ни единого прокола ни на кухне виллы, ни в таверне. С такой командой помощников владельцу можно вырваться на несколько дней, что он, собственно, и сделал.
Долго раздумывать, впрочем, не было времени: налетевший шквал с силой хлестнул дождем по плитам тротуара, вокруг потемнело, а вдали, за Пулковскими высотами, сверкнула кривым ятаганом слепящая молния. Мгновение спустя басовитыми раскатами донесся и первый гром. Гроза!
Алекс сложил зонт, бесполезный при таком ветре, и почти бегом устремился к ближайшей парковке. Уже подходя к ней, он увидел стоявшую у самого выезда, – специально, чтобы ее заметили, – «Тойоту Камри» со служебными номерами. Машина стояла с работающим двигателем и с мигающей «аварийкой».
Водитель – простоватый на вид молодой парень лет двадцати пяти, немного странно выглядящий в костюме, галстуке и длинной, до колен, оранжевой ветровке с капюшоном, – выскочил ему навстречу, пригибаясь от ветра, принял саквояж, убрал его в багажник и открыл перед Смолевым дверцу пассажирского сиденья. И вовремя: дождь припустил с новой силой. Крупные капли гулко замолотили по крыше авто и звучно зашлепали по лобовому стеклу, стекая по нему ручьями.
– У-ф-ф-ф! – шумно выдохнул водитель, усаживаясь на свое место за рулем. Он откинул мокрый капюшон и включил «дворники». – Уже хотел бежать вам навстречу: в таком дожде ничего не видно! Думал, не найдете! Здравствуйте, Александр Владимирович! Я Виктор, от Игоря Николаевича, его личный водитель. Шеф сказал, что я сегодня с вами целый день! Куда сперва?
По выговору и едва заметному акценту Алекс признал в нем вепса – представителя одного из коренных карельских народов.
– Добрый день, Виктор, – улыбнулся Смолев, вытирая лицо платком. – Спасибо вашему шефу! Впрочем, я сейчас его сам наберу, и тогда решим, куда сперва…
Алекс достал айфон из внутреннего кармана и, выбрав из списка в адресной книге номер абонента, против которого в строке значилось «Старшина», нажал кнопку вызова.
– Саша, дорогой! – раздался звучный голос из динамиков. – Прилетел? Как добрался? Тебя встретили? Какие планы? Ты надолго?
– Привет, привет, старшина, – ответил Смолев, с облегчением откидываясь на сиденье. – Встретил твой водитель, все отлично. Просто спас меня: такой ливень! Спасибо тебе большое! А планы… Собирался заехать в Додзё, навестить Фудзивару-сенсея. Потом к себе, в Зеленогорск. Я на три дня. Дела есть, но их совсем не много: надо определиться, что из своей библиотеки буду перевозить на остров, отобрать, запаковать… Кое-что из личных вещей, амуниции для Додзё. Спешки большой нет, но и задержаться, к сожалению, не смогу. Надеюсь, увидимся?