Сергей Измайлов – Правильный лекарь 5 (страница 3)

Я так шумно вздохнул, что чуть не сдул со стола все документы к хренам собачьим.

– А ты чего думал? – хмыкнул Обухов, наконец-то подняв на меня глаза. – Что мне пришёл приказ сажать всех инициаторов на кол?

– Примерно так, – сказал я, растекаясь по стулу. – Умеете вы держать в напряжении. Я уже с жизнью раз двадцать попрощался.

– Рано прощаться, у тебя ещё очень много дел незаконченных, – хмыкнул он. – Вот когда всё закончишь, тогда другой вопрос. Не думал пока на базе какой станции будешь проводить испытания? А то я сейчас договорюсь, а у тебя может уже какие-нибудь планы уже есть.

– Пока нет, но я думал договариваться с той, что преимущественно возит к нам пациентов, там хоть какие-то знакомые лица есть.

– Это станция имени Пирогова, та, что на Госпитальной? – уточнил Обухов.

– Да, она, – кивнул я.

– Я скажу тогда главному знахарю, что ты придёшь, – сказал Обухов. Увидев, как я открываю рот, сразу добавил, – да, я знаю, что ты человек взрослый, самостоятельный, но, если я первый ему расскажу об испытаниях, тебе же будет проще потом.

– Ну ладно, хорошо, – ответил я. Сидит мои мысли читает, совести совсем нет.

– “Ну ла-а-адно”, – перековеркал он меня. – Разрешил он мне, видите ли, деловой. Что там с мазями и анестетиками лучше расскажи.

– С ними всё в порядке, все довольны, – пожал я плечами. Можно подумать, что могло быть как-то по-другому. – Прикажете составить отчёт раньше назначенного срока?

– Нет, торопиться не надо, работаем по графику, – махнул рукой Степан Митрофанович. – С лечебницей там на какой стадии? Не закончил ещё с обучением?

– В процессе. Осталось третье занятие у двух групп знахарей провести и ликбез можно считать оконченным.

– Ликбез – это хорошо, – произнёс Обухов, откинувшись на спинку кресла. – По-хорошему надо организовать нормальное обучение. До введения этого предмета в имеющихся учебных заведениях империи ещё как до Поднебесной верхом на поросёнке, а лекарей и знахарей можно начать просвещать уже сейчас. Давай этот вопрос пока оставим на некоторое время. Вот подадим отчёт в министерство, получим одобрение, тогда будет совсем другой разговор. Готовься к нему морально.

– А все эти темы на коллегии лекарей обсуждаться не будут? – решил я уточнить. Меня этот вопрос теперь волновал почему-то даже больше, чем реакция министерства. Те далеко, а Захарьин и Гааз совсем близко, и они меня точно не любят. Хотя Гааз это тщательно скрывает.

– С этим вопросом я буду сам разбираться, – сказал Обухов, глядя мечтательно куда-то вдаль. – Если захотят твоей крови, тогда позовём. Гусиным жиром намажешься и будешь выскальзывать из их цепких лап, пока не добьёшься своего. Я тебе буду помогать, уже никуда не денусь раз начал.

– Спасибо вам Степан Митрофанович, – я склонил голову в знак благодарности и уважения. – Ваша помощь для меня неоценима.

– Это твои деяния неоценимы, Александр Петрович, – хмыкнул он. – А я всего лишь оказываю посильную помощь тому, кто осмелился сдвинуть всю эту махину с мёртвой точки. Заканчивай давай побыстрее с лечебницей и иди договаривайся с главным знахарем станции скорой помощи. Я ему о предстоящем эксперименте расскажу прямо сейчас. Всё, на сегодня свободен, будь на связи.

– Хорошо, спасибо большое, до свидания, – пролепетал я, пытаясь упорядочить у себя в голове всё, что он сейчас сказал.

– Удачи тебе, Саш! – крикнул Обухов, когда я уже шагнул за порог.

– Спасибо! – ответил я и закрыл за собой дверь.

Глубокий вдох и медленный выдох. Просто охренеть! В реальность начинают воплощаться самые смелые мечты! Никак в себя прийти не могу.

– Всё в порядке, Александр Петрович? – осведомился секретарь.

– В полном, – буркнул я, пытаясь совладать с эмоциями. На этот раз положительными.

– Вы тогда хотя бы от двери отойдите, а то вдруг Степан Митрофанович изволит из кабинета выйти, зашибёт ещё ненароком.

– Ага, спасибо, – пробормотал я и пошёл на выход, едва касаясь ногами пола. Положительное решение вопроса с капельницами меня настолько окрылило, что я чуть ли не взлетал. Ну да, ещё не решён, скажете вы, согласен. Но первый-то большой шаг вперёд уже сделан! А теперь меня хрен остановишь.

Поеду-ка я к главному знахарю станции скорой помощи прямо сейчас. Нет, сначала дам шанс Обухову позвонить, а сам перекушу где-нибудь, как раз время обеда, а у меня ещё столько дел впереди. Негоже важные вопросы натощак решать. Сел за руль и открыл карту в телефоне в поисках подходящего заведения. Совсем недалеко на Нижегородской улице нашёл небольшой ресторанчик “Грузинский дворик”, то, что надо. Чаннахи с бараниной, лобио и салатик, будет отлично.

Через полчаса я уже припарковался на Греческом проспекте за углом от Госпитальной, там это сделать было решительно невозможно из-за стоявших вдоль поребрика машин скорой помощи, которые в итоге оставляли проезд для двух автомобилей совсем впритык, встать вторым рядом всё равно, что перекрыть дорогу наглухо.

“Станция скорой медицинской помощи имени Пирогова” – гласила довольно крупная, но уже порядком выцветшая и облезлая надпись на фасаде здания, весь первый этаж которого и занимало сие учреждение. Я вошёл внутрь беспрепятственно, видимо тут так принято, пускать всех подряд. Вахтёр на входе даже не шелохнулся и не оторвался от чтения жёлтой прессы. Суетящихся знахарей видно не было. Наверно временное заишье и все отдыхают, готовясь к подвигам.

Кабинет главного знахаря я нашёл в конце коридора справа. Запомнил, что написано на табличке, постучался и вошёл.

– Подождите, Иосиф Матвеевич занят! – изрёк секретарь, даже не отрываясь от сортировки корреспонденций, раскиданных по всему столу.

– Передайте Иосифу Матвеевичу, что прибыл Александр Петрович Склифосовский по поручению главного лекаря Санкт-Петербурга Обухова Степана Митрофановича, – с важным видом и деловым тоном сказал я и ждал реакции.

И она последовала. Секретарь как-то странно дёрнулся и поднял на меня глаза. Его лицо мне показалось смутно знакомым.

– Ой, Александр Петрович! Доброго вам дня, – сказал он, расплывшись в улыбке. – Я немедленно доложу о вашем приходе Иосифу Матвеевичу, подождите минутку. Можете пока присесть.

Он указал мне на кресло у стены справа, которым я сразу воспользовался по назначению. Раз их босс занят, то я немного подожду. Надеюсь, что не слишком долго, мне ещё вести практические навыки аж у троих знахарей в “Святой Софии”. Сидеть долго не пришлось, только я уютно расположился и бросил взгляд на прессу, лежавшую веером на стоящем рядом журнальном столике, как секретарь сказал, что можно заходить. Вот и отлично.

Главный знахарь станции был мужчиной в годах, с солидной проседью в аккуратно уложенной причёске и немалым количеством морщин на лице. На вскидку – немного за шестьдесят. Относительно худой, о росте сидящего судить было сложно, но скорее всего выше среднего. Немного удивило, что на нём не было белого халата, лишь идеально белая рубашка и жилет, из кармана которого свисала золотая цепочка карманных часов.

– Здравствуйте, Иосиф Матвеевич, – приветливо кивнул я. – Я по поручению Степана Митрофановича.

– Добрый день, Александр Петрович, – улыбнулся он одними уголками губ. – Да, я уже знаю, присаживайтесь.

Он указал на стоящий перед его столом стул, на который я успешно приземлился.

– Ну, рассказывайте, что за инновацию вы хотите испробовать с помощью наших сотрудников?

Тут вкратце уже не получится, и я решил подробно расписать, что такое внутривенные инфузии, как это делается и зачем это нужно, но мой рассказ был внезапно прерван.

– Так бы и сказали сразу, – улыбнулся он шире, чем до этого. Уже походило на нормальную улыбку. – Наверно нет такого знахаря скорой помощи, который не думал бы хоть раз на эту тему. Только то, что произошло с Курляндским двадцать лет назад, всех останавливает. Даже боюсь представить, через что вам пришлось пройти, чтобы добиться разрешения министерства.

– Времена изменились, Иосиф Матвеевич, – улыбнулся я в ответ. – Видимо, старые претензии немного подзабыли или предновогодняя суета сыграла в мою пользу. Разрешили провести клинические испытания на базе одной станции скорой помощи с последующим предоставлением отчёта. В начале февраля этот отчёт уже надо направить в министерство, а там они уже будут решать, разрешить это или нет.

– У вас уже имеются растворы и системы для инфузий? – удивился он. – Или вы за этот месяц надеетесь всё это изготовить и успеть испытать? Тогда вынужден вас разочаровать, этот механизм так быстро не раскрутить.

– Опытная партия растворов уже стоит в углу моего кабинета, – сообщил я. – Системы в процессе, скоро будут готовы. Надеюсь, после нового года мы уже сможем начать.

– А вы шустрый, Александр Петрович, – сказал главный знахарь, испытующе глядя на меня. – Тогда я вас жду сразу после нового года во всеоружии. Вот тогда и начнём. А пока я сообщу своим сотрудникам, чтобы они морально готовились.

– Это как раз то, что надо, – кивнул я и улыбнулся. – Значит с третьего января можно будет начать работать, я правильно понимаю?

– Именно так, – кивнул Иосиф Матвеевич. – Если вам успеют к этому времени сделать системы.

– Должны успеть. Сегодня же уточню, на какой стадии процесс производства.

– Договорились, – кивнул он. – Тогда жду вас утром третьего с растворами и системами. В идеале было бы провести инструктаж дежурных бригад перед началом смены. А ещё лучше, если вы сможете участвовать в выездах одной из них. Или всех по очереди.