Сергей Измайлов – Правильный лекарь 11 (страница 5)

– Спасибо, Сань, – сказал он, хлопая мне куда-то в область лопатки. – Это ведь ты всё организовал.

– А я вообще не причём! – сказал вдруг Виктор Сергеевич, давая понять, что его крепкие мужские объятия не интересуют. – Я вообще, можно сказать, мимо проходил. Это вот молодое поколение благодарить надо, они всё сделали. Я просто источник литературы.

– Всё равно спасибо! – сказал Валера и протянул ему руку, передумав обниматься. – Практически уверен, что ваш вклад очень весомый.

– Ну что, Валерий Палыч, – обратился я к заново рождённому. – Поехали в управление полиции новый паспорт делать?

– Что, вот так прям сразу? – опешил он.

– А чего тянуть? – улыбнулся я. – Будут документы и начнётся новая жизнь. Теперь уже абсолютно легально.

– Ну да, ты прав, – кивнул он. Потом повернулся к Евдокии и хитро подмигнул. – Не прощаюсь.

Последняя фраза явно была адресована именно девушке, улыбка которой стала ещё шире.

Белорецкого я предупредил заранее, что паспорт нужно будет делать другой, он гарантировал мне, что проблем у нас с этим вопросом не возникнет. Полицмейстер не обманул, стоило нам только в указанном кабинете назвать фамилию, как нам тут же выделили провожатого, который сначала отвёл Валеру сфотографироваться, потом в кабинет, где с его слов записали все данные, в том числе дату рождения и прописку. Я думал, что забирать надо будет как минимум на следующий день, если не позже, но новый паспорт отдали не больше, чем через полчаса. Как всё-таки хорошо иметь в друзьях начальника полиции Питера, очень полезно.

– Поздравляю, Чугунов Валерий Палыч, – сказал я и пожал ему руку. – Такое дело надо бы отметить, может сходим в какой-нибудь ресторан? Теперь ты угощаешь, я точно знаю, что деньги у тебя есть.

– Обязательно сходим, Сань, – с виноватым видом ответил Валера. – Только, ты не обижайся, в другой раз. Сегодня у меня были другие планы.

– Ох и шустрый ты, Валерий Палыч! – рассмеялся я. – И когда ты уже успел договориться?

– Саш, я так долго мечтал стать живым и время так медленно для меня тянулось. А теперь, когда моя мечта сбылась, я ценю каждое мгновение и стараюсь ничего не упустить. Каждая потерянная секунда причиняет дискомфорт.

– В том числе и сейчас? – хмыкнул я.

– Не преувеличивай, ты мой друг и на тебя мне времени не жалко, но так тормозить, как это было в прошлой жизни, я не собираюсь. Поэтому, если понравилась девушка, я не вижу смысла полгода ходить подмигивать, а только потом в первый раз поздороваться, а ещё через год пригласить в кино. Этот вариант мне не подходит. Да к тому же я сразу заметил её интерес ко мне, тогда тем более нечего мять воротник, надо делать шаг первым и сразу в упор.

– В этом ты прав, – улыбнулся я. – Многие своё время ценить не умеют и долго раздумывают, не решаются сдвинуться с места. А у тебя с твоим отношением к жизни будет всё, как ты захочешь. Тебя подвезти куда-нибудь?

– Было бы здорово, – сказал Валера и улыбнулся в ответ. – Я тебе сейчас скажу адрес.

Через десять минут мы подъехали к небольшому особняку недалеко от центра, на крыльце уже стояла улыбающаяся Евдокия. Увидев подъезжающую мою машину, немного смутилась.

– Ну, я пошёл, – сказал Валера, махая ей рукой в окно. – Стоит уже ждёт, красотуля моя. А с тобой тогда в другой раз посидим в каком-нибудь трактире, хорошо? Не обижаешься?

– Глупый вопрос, конечно нет! – рассмеялся я. – Наоборот, я рад за тебя, что ты так пьёшь жизнь большими глотками. Будь готов к новому большому глотку завтра, к Кораблёву поедем.

– О! Вот это дело, ну тогда до завтра.

Валера схватил большой букет, который он купил в лавке неподалёку от управления полиции, вышел из машины и бодрым шагом направился в сторону ожидающей его девушки. Я помахал ему вслед, но он не видел, зато увидела Евдокия и помахала мне.

Я посмотрел на часы, ещё не было и шести. Тогда я вполне могу успеть убить сегодня ещё одного зайца, если у этого нет на сегодня других планов. Отъехав в сторону пару кварталов, я остановился, достал телефон и набрал Курляндского.

– Ты наконец-то вспомнил номер моего телефона? – проворчал старик. А чего я ожидал? Сам виноват. – Или просто все остальные не отвечают?

– Прости, дядя Гот! – виноватым голосом протянул я. – Суета, маета, наука всякая, а скоро университет открывать.

– Хватит балаболить уже, – в том же сварливом тоне продолжил Курляндский. – Если хочешь поговорить, то приезжай, не люблю я все эти ваши телефоны, не разговор это.

– Так я и хотел заехать на чай, если вы не против, – сказал я, стараясь не обращать внимания на его тон. Уже всем известно, что он человек настроения, но точно не гад какой-нибудь, а просто вредина. Добрая вредина, кстати, как я успел выяснить. – Ты же не против, если я приеду с девушкой?

– Нечего тут ко мне девок всяких возить! – буквально рявкнул он, заставив меня открыть рот от удивления. – Невесту свою вези, а про девок забудь, слушай старика!

– Хорошо, дядя Гот, – ответил я и рот снова невольно расплылся в улыбке. И как человек умудряется говорить хорошие вещи так, что они сначала пугают? Талант, а его, как говорится… Ну вы поняли. – Сейчас заеду за Настей, и мы скоро будем. Могу Илью с Лизой по пути подхватить.

– Нечего их подхватывать, – недовольно буркнул Курляндский. – Они уже сами сюда едут, уже скоро будут. Вот и поговорим тогда.

Курляндский без предупреждения бросил трубку, а у меня несмотря на его недовольные интонации появилось почти праздничное настроение. Словно я еду к любимому дедушке рождество отмечать.

Настя такое увеселительное мероприятие одобрила, быстро собралась и через десять минут моего ожидания у парадной уже села в машину. Мы решили сделать небольшой крюк и заехали в кондитерскую за тем самым тортом, что я покупал, когда шёл на встречу с Волконским в доме тёщи градоначальника. Это может и не шоколад со стола императора Бельгии, но тоже достойный десерт к чаю.

Дворец Курляндского было не узнать. Из огромных мрачных почти руин он превратился в городскую достопримечательность. Любо дорого смотреть. Даже бронированную дверь покрасили и украсили так, что теперь она снаружи смотрелась вполне гармонично, а не как вход в золотохранилище. Вот только на звонок он реагировал, как обычно. Мы простояли на крыльце на ветру минут пять, не меньше. Потом дверь начала плавно открываться и на пороге нас ждал дядя Гот собственной персоной. Ну почему он никак не наймёт себе дворецкого?

– Ну, привет, племянничек, – мягким голосом сказочника произнёс Курляндский и его до этого суровое лицо расплылось в приветливой улыбке. Катастрофически не хватало музыки из передачи “в гостях у сказки”. – И ты, Настенька, здравствуй!

Меня всегда поражало с какой скоростью может меняться его настроение, но сейчас он побил все рекорды. Он повёл нас за собой по анфиладам комнат, хвастаясь новыми картинами, восстановленными фресками на стенах и потолке, отреставрированной мебелью и золочёными канделябрами. Маршрут к обеденному залу в этот раз несколько удлинился за счёт экскурсии. Готхард Вильгельмович без устали рассказывал по пути про все достопримечательности, да так профессионально, словно проходил курсы и практику при Эрмитаже.

Он не переставал рассказывать и когда мы вошли в обеденный зал, где за столом уже сидели Илья с Лизой. У Юдина глаза были больше, чем у совы, когда он увидел цветущего Курляндского.

– Вы пока проходите, присаживайтесь, а я сейчас приду, – заговорщицки подмигнул нам дядя Гот. – Распоряжусь насчёт ужина. Тортик можешь на стол поставить.

С этими словами он вышел через другую, более неприметную дверь.

– Ты его в какое место поцеловал? – полушёпотом спросил меня Илья, склонившись поближе, словно опасался, что Курляндский его услышит. – Он тут всё рычал ходил, бухтел, а тут как подменили.

– Никуда я его не целовал! – рассмеялся я. – Видимо дядя просто очень любит своего племянника.

– Расскажи рецепт, – так же шёпотом продолжил Илья, Лиза молча улыбалась и косилась на него. – А то может он и жениха своей внучки так же полюбит?

– Не расскажу, – сказал я и показал ему фигу. – Это слишком тонкие материи, чтобы выдавать кому ни попадя.

– Это кто? – возмутился Илья уже в голос. – Это я-то кто ни попадя?

– Да угомонись ты, – хмыкнул я. – Нет никакого рецепта. Он тоже на меня рычал, когда я ему позвонил. Я сам не ожидал, что он такой лапочкой окажется, когда сюда ехал.

Илья хотел что-то ещё сказать, но в это время открылась дверь и зашёл Курляндский. Он сел напротив нас и создалось ощущение, что мы пришли на занятие, а он наш преподаватель. А что, он идеально подходит на эту роль, язык хорошо подвешен. И студентов в страхе держать сможет при необходимости.

– Ну, рассказывай, Саш, о чём ты хотел поговорить? – спросил Курляндский. Теперь он уже не был медовым одуванчиком, а просто спокойным и расслабленным.

– Ты уже ведь знаешь, что строится новый медицинский университет? – спросил я.

– Знаю, – кивнул он, сразу став более серьёзным и сдвинул брови. – Но, так и знай, работать туда не пойду!

Глава 4

Слова Курляндского меня просто ошарашили, хотя я и ожидал нечто подобное, учитывая его склонность к затворничеству. Судя по всему, уговорить его будет очень сложно, но можно постараться.

– Дядя Гот, я даже не успел ничего рассказать, а вы сразу вот так, – спокойно произнёс я, хотя у самого настроение немного подпортилось. – Почему так категорично?