Сергей Измайлов – Корпорация Vallen'ok (страница 16)

— Но я точно не разбирал его и не макал в воду! — попытался я возразить, но тут из-за стеллажа возник Харуто с ухмылкой кота, съевшего самую сочную канарейку.

— Ой, Джун-тян, — протянул он с торжествующей улыбкой на лице. — Может, это твои эксперименты виноваты? Или сканер не выдержал твоего непомерного рвения?

Я ощутил, как ногти впиваются в ладони. Его голос, неприятный, как прогорклое растительное масло, вызывал тошноту.

— Ты… — начал я, но Огивара-сан резко взмахнул рукой:

— Всё! Канэко возмещает ущерб! А ты, Харуто, на склад!

Пока начальник отворачивался, Харуто успел послать мне воздушный поцелуй. Его глаза, узкие и блестящие, как у крысы, говорили яснее слов: «Это только начало».

Через полчаса мне вручили другой, достаточно древний на вид сканер, который глючил через раз, а в зарплатную ведомость добавили строку: «Повреждение имущества — вычет пятнадцать процентов в месяц до полного возмещения стоимости».

— Это подстава, — прошипел я, ловя взгляд Харуто.

Он с надменным лицом демонстративно затянулся вейпом, выпустил длинную струю пара и отвернулся.

— Ладно-ладно, — прошептал я себе под нос, стараясь сдержать закипающий гнев. — Месть — это блюдо, которое подают холодным. Но в твоем случае, Харуто, я так долго ждать не буду, велика честь!

Рабочий день перестал быть томным, мне приходилось сильно напрягаться, чтобы выдерживать поставленный самим собою ритм. Сканер безбожно глючил, приходилось сканировать по несколько раз, так еще и проверять после каждого нажатия. Было ощущение, что в него вселился злой демон. Хотя, наиболее вероятно, это связано с тем, что он был просто нереально стар. В любом случае в ближайшее время на замену надеяться нечего. Да и из принципа я хотел значительно перевыполнить показатели Харуто даже с этим плесневелым раритетом в руках.

— Джун, ты давно стал таким трудоголиком? — послышался со спины ехидный голос моего «друга». — Или у тебя особый график, костюмчик?

Блин, уже оказывается обед, а мои результаты совсем не блещут. Придется сегодня обойтись без еды, иначе вечером я снова окажусь в самом низу нашей таблицы. Заодно так меньше вероятность конфликтной ситуации с командой моих оппонентов. На место их поставить обязательно надо, но опускаться до их уровня я не хочу, я привык применять на практике другие способы воздействия. Тем более в моих планах поскорее переступить данный этап моей карьеры.

Сканер издал предсмертный хрип, когда я в пятый раз попытался считать штрих-код на очередной коробке. Красный индикатор мигал, будто издеваясь и намекая: «У тебя есть шанс сбежать, воспользуйся им». Но побег означал выговор от Огивары-сана, а я уже наступил на горло собственному эго, работая в этой дыре. Пришлось вбивать номер посылки вручную — тринадцать цифр, каждая из которых увеличивала пульс.

— Эй, Канэко! — Тэруко из отдела упаковки бросила на стол конверт с логотипом Vallen. — Срочно отвези посылку в «Сакура Тауэр». Там ждут.

«Сакура Тауэр» — был одним из элитных жилых комплексов, который охранялся как банковское хранилище, а выглядел как приемная императора. Даже лифт туда требовал специальный ключ. Но мне повезло — узнав причину моего визита, лифт мне открыл мужчина в костюме с бейджиком «Служба безопасности». Я вжался в угол, стараясь не дышать. Кабина лифта оказалась роскошным салоном с зеркалами и запахом дорогих духов. За мной вошла высокая женщина в платье от кутюр и с холодным взглядом. На меня она посмотрела будто я был тараканом на её пути.

— Курьер? — она брезгливо отодвинулась. — Надеюсь, вы не заблудились.

— Я здесь бываю чаще, чем вам кажется, — приветливо улыбнулся я, но её лицо так и оставалось каменным.

На семнадцатом этаже она вышла первой, её каблуки цокали в такт моим шагам.

— Вы меня преследуете? — резко обернулась она, её лицо выдало беспокойство.

— Нет, просто вручаю посылку, — я показал пакет с логотипом «Vallen».

— Ах, это для меня, — из-за одной из дверей появился мужчина в шелковом халате. — Простите мою гостью, — он бросил на неё похотливый взгляд и сунул мне в карман купюру в пятьсот иен и пояснил: — За беспокойство.

Я сунул их в карман, поймав ассоциацию — такой купюрой в дешёвых кабаре платят стриптизёршам.

Смена на складе закончилась и моё рвение было оправдано — даже используя допотопную технику и ручной ввод, я не отстал от своего вчерашнего рекорда, а значит — будем жить. Вопросы кровной вражды я решил отложить до следующего дня — утро вечера мудренее. А пока меня дома ждёт волосатый ребенок с выпученными глазками и часы так и просятся провести теперь уже запланированный эксперимент.

Зайдя домой, я сразу же схватил поводок и вышел с Персиком на прогулку. Надо отдать ей должное, встречать меня с поводком в зубах становится доброй привычкой, да и изрядно экономит время, которого мне теперь совсем не хватает.

Стоило мне немного засмотреться по сторонам, а Момо уже упёрлась лапами в край мусорного бака, пытаясь достать оттуда обертку от шоколадки. Я потянул поводок, наблюдая, как слюна моего питомца крупными каплями стекает на мои кроссовки.

— Персик, это не твой уровень кулинарии, — проворчал я, выуживая из её пасти липкий комок бумаги. Часы в кармане неловко перекосились, и кнопка нажалась сама собой. Раздался щелчок. Воздух слегка ощутимо дрогнул.

— Не-ет, — пробормотал я, — не сейчас же. Судорожно достал часы из кармана. Циферблат мигал, показывая обратный отсчет от пяти минут.

Из конбини напротив вышла старушка с подносом. Её пластиковый стаканчик с латте опасно кренился, на женщина шла на меня, не обращая на это внимания. Стоило нам почти поравняться, как носок ее туфли попал в трещину в асфальте, и она полетела на меня. Её я смог удержать, но вот содержимое стакана, повинуясь законам физики, полетело прямо в меня, облив с головы до ног.

Пустой стакан покатился по тротуару, и Момо рванула ловить «добычу», запутав поводок в моих ногах. Мы со старушкой рухнули в кофейную лужу вместе. За чередой совместных извинений и попыток привести себя в достойный вид я не заметил, как на часах загорелись нули. Воздух снова ухнул в ушах, и после мгновенной темноты в глазах я снова стоял на тротуаре и смотрел, как собака пытается достать заинтересовавший её фантик.

Из магазина неспешно выходила пожилая женщина. Следующие действия промелькнули у меня в памяти, и я решил действовать на опережение.

Я рванул вперёд, переступая трещину на асфальте и обращаясь к женщине.

— Будьте пожалуйста аккуратнее! — мой голос предательски дрогнул, — тут проблема с тротуаром.

— Ой, спасибо молодой человек, я сама бы и не заметила! — старушка с удивлённой, но довольной физиономией поправила шляпку и наклонила голову, — с возрастом совсем забываю смотреть под ноги.

От её движений стакан с кофе снова хотел попытаться сбежать, но я его опередил, уже догадываясь, что ситуация с ним может повториться и в другом виде. Придержав его, я попросил у старушки разрешения помочь ей, и крепко вставил стакан в подставку.

— Вот так, теперь он не будет у вас убегать, — улыбнувшись, сказал я, что повлекло новые слова благодарности от моей новой случайной знакомой.

Пожелав друг другу хорошего дня, мы разошлись в разные стороны. Я неспешно шел домой и обдумывал этот непроизвольный эксперимент. Итак, устройство помогает мне «начерно» прожить пять минут моей жизни, после чего я возвращаюсь в точку отсчета, которой соответствует момент нажатия кнопки. Никто ничего не помнит и не замечает, помню произошедшее только я.

Интересный гаджет, за такой вполне могли уничтожить не только семью ученых, но и гораздо большее число людей. Отец, что же это такое в конце концов? Какие еще тайны несет этот хронограф? Я настолько погряз в размышлениях, что не заметил, как оказался перед своей дверью. Момо с любопытством смотрела на меня, и не понимала, почему мы не заходим.

— Эх, Персик, Персик, одна ты меня понимаешь, — прошептал я и наконец зашел в квартиру.

Наскоро поужинав лапшой, а нагулявшая аппетит бульдожка консервами, мы разлеглись на диване и включили очередную серию бесконечной дорамы. Будем считать, что таким образом я с головой окунаюсь в культуру страны, жителем которой поневоле стал. Тем более я заметил, что Момо в такие моменты совершенно спокойно лежит перед монитором, а значит я могу не переживать за тишину и спокойствие в доме.

Я достал найденный дома блокнот, открыл его на чистой странице и огрызком карандаша вывел: «Возможности». Дальше начал через запятую перечислять известную мне информацию. Надежда была, что, когда эти факты будут у меня перед глазами, я смогу понять, что всё-таки оказалось у меня в руках.

Отдельные слова никак не складывались в общую картину, и я, перелистнув страницу, поставил большой знак вопроса и строчка за строчкой начал выписывать интересующие меня, но неясные до сей поры моменты. И тут меня пронзила вполне логичная мысль — почему уничтожили моих родителей (если конечно всё это действительно спланированный инцидент, а не фатальная случайность), и не тронули меня? Пусть я и отдельно живущий студент, но я самый близкий им человек, с меня при любом раскладе стоило начинать поиски.

— И как я сразу не сообразил, Момо? — потеребив её за ухо, вслух спросил я у собаки. — Ведь это логично, что меня нужно было трясти в первую очередь. Тогда может и избили меня они? Тоже не сходится, они меня что, целый год искали? Такого валенка как Джун, найти можно было за пять минут, и еще через пять минут активного «диалога» руками и ногами он бы всё и так выложил. Не сходится.