Сергей Измайлов – Данилов. Тульский мастер 2 (страница 11)

— Да что тянуть? — подытожил я, и решение придало моему голосу твёрдость. — Пойду сейчас и схожу. Время позднее, твои уже давно седьмой сон видят…

Она вмиг насупилась, а вся её хрупкая, подростковая фигурка напряглась, как тетива лука. В глазах вспыхнуло пламя, так не вязавшееся с миниатюрным обликом сестрички.

— Но я с тобой пойду! - решительно сказала Таня.

— Да ты чего это удумала, — моментально произнёс я, стараясь вложить в голос командирские нотки. — Иди в комнату, обещаю, я всё тебе потом расскажу.

Это было отличное, оптимальное предложение, и полностью безопасное. Вот только одного я не учёл.

— Нет, — прошептала она, и в этом тихом звуке было столько напора, что я мысленно отступил на шаг. Её глаза, обычно добрые и немного испуганные, горели холодным, стальным огнём. – И вообще, это я тебе всё рассказала. Если бы не я, ты и не знал бы ничего. — Она сжала свои маленькие кулачки, и в этот миг она была уже не милой маленькой девочкой, а грозной, злой фурией, чьё достоинство было задето. Её милые глазки так и метали молнии.

Нарисовывалась проблема. Я устало вздохнул. Риск попасть в «неловкую» по меньшей мере ситуацию, с её присутствием, помноженным на её же неопытность, возрастал многократно. Но настойчивость в её взгляде не была похожа на обычный детский авантюризм. Скорее это была взрослая, вполне себе взвешенная решимость соучастника. Да и понять её можно, это именно она выложила мне свою семейную тайну, и требовала теперь своей доли, не в награде, а в самом действии. Отказать значило не просто обидеть сестрёнку, это значило сломать хрупкий, только что сложившийся альянс, разменяв стратегического союзника на сиюминутную осторожность.

— Ну вот что с тобой делать? Ладно, — сдался я. Рискованный актив лучше, чем потерянный. — Но только очень тихо и аккуратно. И переоденься, что ли, кто в пижаме ночью по сараям лазит.

— Я быстро! — прошептала она, и её лицо озарила ликующая улыбка. Она сорвалась с места и стремительно, но тихо исчезла в темноте коридора, как светлая тень на тёмном фоне, оставив меня в кольце тикающих часов и давящей тишины.

Ожидание заняло не больше двух минут. Она вернулась, и я едва сдержал улыбку. На ней были чёрные, мешковатые шаровары, явно чужие, подоткнутые в грубые сапоги, и тёмный, толстый свитер под самое горло, размера на три больше её. На мой немой вопрос, откуда наряд, она просто махнула рукой: мол, не до эстетики.

— Ладно, — сдался я окончательно. — Времени у нас немного. Пойдём быстрее, раз даже природа нам благоприятствует.

Мы крались вдоль задней стены дома, как два призрака в непроглядной тьме. Я шёл впереди, и каждый шаг отдавался в моём сознании громче, чем на самом деле: мягкий хруст подошвы по утоптанному грунту, шорох ткани пиджака о шершавую кирпичную кладку. За спиной я чувствовал частую, прерывистую дрожь дыхания Татьяны.

Флигель вырос перед нами, и был он не просто старым. Тёмный, местами осыпаюшийся кирпич вобрал в себя всю черноту ночи, и лишь белесые прожилки отвалившейся штукатурки, похожие на шрамы, обозначали его контуры. Окна, заколоченные кривыми досками, смотрели на нас слепыми, безразличными глазами. Где-то очень далеко, за рекой, прокричала сова. Её уханье было таким одиноким, что казалось, оно не нарушало тишину, а лишь подчёркивало её полноту.

— Идеально. — хрипло прошептал я. — Никому не видно, даже из кухни.

С этой стороны дома не было ни одного окна. Мы были в чёрной дыре, в слепом пятне спящей усадьбы.

Таня указала на дверь, я бы сам её не нашёл. Она пряталась в гуще разросшегося плюща, который цеплялся за кирпичи чёрными, скрюченными ветвями, будто пытаясь утащить строение обратно в землю. Сама дверь была монументом прошлому: массивные, почерневшие от времени и влаги дубовые доски, стянутые коваными железными полосами, уже изъеденными местами рыжей, бугристой ржавчиной. А венчал это великолепие висячий замок. Не просто замок, а настоящее чудовище литейного производства размером с голову ребёнка, покрытый толстой коркой окислов. Попытка взломать его силой ночью, да и не только ночью, была бы равносильна удару в колокол.

— А теперь стой здесь. И свистни, если кто-то появится, — бросил я через плечо. Таня в ответ лишь кивнула, прилипнув спиной к холодному кирпичу. Её лицо в темноте было бледным пятном, а глаза - двумя огромными тёмными впадинами, в которых застыло ожидание.

Я отвернулся, расстегнув холщовый мешок, что забрал из своей комнаты, пока сестрёнка «преображалась». Пальцы, холодные от ночного воздуха, нащупали внутри не металл отмычки, а знакомую, податливую прохладу комка глины. В ночи она казалась почти чёрной, да в её глубине таилось слабое свечение, знакомое только мне. Я раскатал ком между ладонями, под пальцами глина оживала, становилась послушной, превращаясь в тонкую ленту.

Я вставил глиняный «проводник» в замочную скважину. Закрыв глаза, я отсек всё: давящую темноту, ночные запахи, учащённый стук чужого сердца за моей спиной. Осталась только внутренняя тишина и тончайшая нить внимания, которую я направил вглубь этого металлического лабиринта.

Магический импульс, посланный по глине, заставил стать её для меня щупом. И в ответ, в моём сознании, начала проступать карта. Тактильная, беззвучная, но невероятно чёткая. Я чувствовал шероховатости внутренних стенок, тугие, сжатые витки пружин, холодные, гладкие цилиндры штифтов, вставших на свои места, как солдаты в карауле.

Пот выступил на лбу и висках, но не от усилия, а от предельной концентрации. В ушах стоял не реальный звук, а его ментальное эхо: тихие, шелестящие щёлк… щёлк… щёлк, будто кто-то невидимый внутри замка аккуратно передвигал шестерёнки.

И вот кульминация. Последний штифт, самый упрямый, сдался под мягким, но неумолимым давлением магии.

Я открыл глаза, аккуратно и бережно снял замок и толкнул дверь.

Она поддалась не сразу, открывшись с протяжным скрипом, который, казалось, разорвал ночную тишину. Казалось, этот звук разнесётся на километры и разбудит всех в округе. Из щели хлынул поток воздуха, спёртого, тяжёлого. Он пахнул на меня самим временем: пылью веков, сухим прахом бумаг, сладковатой гнилью органики и чем-то ещё… металлическим, острым, как будто в этом воздухе десятилетиями продолжали висеть молекулы химических соединений.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.