Сергей Исаев – О чем промолчал Хейзинга (страница 6)

Из песенного повествования красных гвардейцев следует, что они геройски атаковали позиции белогвардейцев, а белые подло (ну и, соответственно, трусливо) стреляли по ним из окопов35. Так исподволь в тексте песни были расставлены семантические акценты: белые – «подлые трусы», красные – «бесстрашные герои». А теперь ответьте себе на вопрос: «Кто для Вас более привлекателен: бесстрашный герой или подлый трус?» Ответ мы знаем с вероятностью 0,95.

Приходится признать, что в отличие от белых, которые пытались сделать ставку на профессиональный опыт и знание закономерностей протекания военных (боевых) процессов. Красные, как истинные олимпийцы сделали ставку на силу, скорость, выносливость, а так же на «длинную» скамейку запасных.

Вызывает некоторое недоумение последний куплет песни в изложении красногвардейцев. Если у белых все логично (Вечная память Павшим героям, Вечная слава Героям живым!). Слава и память тем, кто погиб и не меньшие почести и уважение выжившим в той страшной войне.

Вариант куплета бойцов Красной армии имеет витиеватую логику (Вечная память Павшим героям, Вечная слава Тем, кто живёт). Как манифестировалось выше – красные в ходе войны пытались реализовать только одну стратегическую задачу: И как один умрём В борьбе за это – т.е. тотальную гибель всего личного состава (самоуничтожение). Тогда кто же эти живущие, оставшиеся после окончания боевых действий? Получается вечная слава достается следующим категориям граждан:

– красным гвардейцам, которые умудрились не погибнуть вследствие дезертирства из РККА или излишне «высокого» профессионального (боевого) опыта и дисциплины, что послужило причиной их изгнания их рядов красной гвардии – «белые вороны», нетипичные представители своего народа. Но обычно эти граждане подлежат всеобщему презрению и социальному оскоплению;

– красные гвардейцы, которым не повезло с «грамотными» командирами. Командиры не смогли поставить перед «лишним составом» заведомо невыполнимые задачи. Но в поведении этих выживших есть что-то подозрительное. Это безынициативная категория граждан, которая выполняла свою работу без огонька, спустя рукава – если не повезло с командиром, то будь ласков, прояви инициативу и сделай все сам. В общем, лодырям и бездельникам у нас памятники тоже не полагаются;

– противник, который подло не ставил перед собой задачу играть в поддавки – и соответственно выжил (одержал победу). Восславление собственного врага – оригинально, необычно и «попахивает» садо-мазохизмом;

– сторонние наблюдатели, не принимавшие участие в боевых действиях, а только наблюдавшие за ними. Восславление этой категории населения совсем не понятно! Эти сами себе памятник воздвигнут монументальный.

В игре рациональное мышление уступает место эмоциям, поэтому о логике в игре говорить не приходится. Именно это и нашло отражение в тексте песни.

Следует признать в ходе столкновения игровой и трудовой идеологий, победа, как правило, остается на стороне игры. Прежде всего, по той причине, что игра (практически любая) в своем развитии стремится перейти (и зачастую переходит) в роковую игру. Логика смены эмоционально-мотивационных состояний заставляет. Остановился игрок на этапе агона – значит, дал слабину, проиграл. Можно игрока и остракизму за это подвергнуть, но как минимум начнут третировать.

Работа стремится к стабилизации эмоциональных (эмоционально-мотивационных) состояний всех ее участников, поэтому в работе до смертоубийств практически не доходит, если не считать случаи психических отклонений/заболеваний. Смерть – крайне нежелательное явление в работе. Даже если это война (до какого-то момента у профессиональных военных большие потери живой силы были не в почете; было выгодно взять в плен). Поэтому труженик остановится на каком-то этапе, посчитает, что дальнейшее продолжение деятельности не выгодно, не имеет смысла. Игрок (настоящий) не остановится, пойдет, как говорится «до конца».

2.3. Лозунги периода гражданской войны в России 1918 – 1923 годов

Приведем еще один пример из истории нашей страны того же периода – периода гражданской войны 1918 – 1923 годов, – иллюстрирующий то, насколько эффективно использование эмоциональных состояний в мотивации различных видов активности. В данном случае нам интересен сам процесс мотивации, какие средства мотивации использовали противоборствующие стороны. По сути обе стороны осуществляли схожую деятельность. Однако в предыдущем параграфе мы отмечали, что белогвардейцы пытались реализовать трудовую деятельность, а красногвардейцы игровую.

Мы помним, в гражданской войне победу одержали красные, вернее РККА (рабоче-крестьянская красная армия под руководством партии большевиков и лично товарища В. И. Ленина). Возникает закономерный вопрос: Какие цели преследовали в ходе гражданской войны большевики36 и представители «Белого движения»?

Исторические документы свидетельствуют о том, что задачами «Белого движения» были:

– восстановление буржуазной законности,

– создание буржуазной республики.

задачами большевиков были:

– торжество социальной законности,

– царство социализма в мировом масштабе – большевики с первого дня революции строили социалистическую республику.

Получается, что с незначительными разночтениями большевики и «Белое движение» стремились к сходным целям: построение республики и установление законности. Кроме того методы достижения целей у обеих сторон были сходные. Другими словами, большевики и белые реализовывали сходные виды деятельности. Революционную и контрреволюционную агитацию и пропаганду можно рассматривать в качестве методов мотивации своих сторонников и приверженцев.

Давайте проанализируем основные лозунги большевиков и «белых».

Белые провозгласили создание буржуазной республики и восстановление буржуазной законности. Все очень понятно и рационально.

А большевики заявили, что они построят царство социализма в мировом масштабе, в котором будет торжествовать социальная законность. Все очень непонятно, но как за душу берет! Термин «царство» преимущественно употребляется в славянских странах. А значит, эмоционально близок менталитету простого русского народа. В отличие от иноземного термина «республика», который был понятен исключительно образованным слоям Российской империи. Кроме того, в православной России термин царство, должен был, ассоциироваться с «Царством небесным» в виде земной области, «предуготованной праведникам для пребывания в ней в эпоху 1000-летнего Царства»37 – эпоху торжества правды Божьей на земле. В этом контексте формула (фраза) «торжество социальной законности» очень напоминает формулу «торжество правды Божьей». То есть большевики умело задействовали религиозно-эмоциональный пласт общественного сознания российских граждан.

Помимо этого термин «торжество» обозначает некое эмоционально насыщенное событие38, в отличие от нейтрального «восстановление».

Таким образом, мотивацию «персонала» (манифестацию своих целей) белые строили на рациональных компонентах (доводы рассудка, понимание важности задачи, целесообразность действий и т.п.). А большевики в своей агитации (мотивации) задействовали эмоциональный пласт общественного сознания.

Идеологи (HR-менеджеры) «Белого движения» выдвинули лозунг «За великую и неделимую Россию!», но на фоне пролетарских лозунгов «Да здравствует мировая революция!», «Мир хижинам, война дворцам!» и «Смерть мировому капиталу!» он выглядит эмоционально нейтральным. Необходимость единого и мощного государства понимается только через рассудок, обремененный образованием. А рационально ничтожные лозунги «Да здравствует мировая революция!» и «Смерть мировому капиталу!» почти не несут никакой логической (рациональной, смысловой) нагрузки, за то формируют соответствующее эмоциональное отношение к революции и мировому капиталу – к нам революционерам-большевикам и всем остальным (всем кроме нас). Так буквально, двумя фразами общество делится на две части (мы и они).

Для того чтобы помочь сделать единственно правильный выбор – выдвигается лозунг «Мир хижинам, война дворцам!». Не в том смысле, что дворцам объявляется война; а в том, что каждый их тех, кто имеет отношение к капиталу (одним словом, не из наших, неправильный) не мог чувствовать себя в безопасности в этих самых дворцах.

Надо отдать должное, что идеологи «Белого движения» тоже сделали попытку задействовать эмоции в своей агитации и пропаганде.

Рассмотрим лозунг «Освободим Россию от „большевистского ига“!» В то время еще никто в полной мере не вкусил этого самого «большевистского ига». Получается, что лозунг пугает иллюзорным будущим. Если и пугать кого-либо, то пугать лучше прошлыми, лично пережитыми угрозами, чтобы было с чем сравнивать, чтобы было обращение к реальным переживаниям. На тему возможной будущей угрозы есть старый советский анекдот:

Юный пионер спрашивает у своего деда, коренного ленинградца:

– Дедушка, а что такое ИЗОБИЛИЕ?

Немного подумав, дед отвечает:

– Внучок, что такое изобилие я не знаю. Но мы, с твоей бабушкой, пережили БЛОКАДУ! Думаю, что и изобилие как-нибудь переживем.

Еще раз обратим внимание на лозунги большевиков «Социалистическое отечество в опасности!» и белогвардейские «Лучше смерть, чем гибель России!», «Умрем за Родину!», «Отечество или смерть!» В белогвардейских лозунгах как-то все фатально.