Сергей Илларионов – Семейные скандалы глазами ребенка (страница 2)

Маме еще удавалось тушить пожары и успокаивать агрессивного отца, однако позднее она устала его терпеть, после чего и сама вступила в семейную войну. Так как уступать никто не хотел и каждый был готов идти до конца, конфликт быстро прогрессировал и принимал свои крайние формы.

2. Повод для скандала

Домашние скандалы разыгрывались, когда отец приходил пьяным. Если же родители были трезвыми, они вели себя тихо и мирно, правда, в таком случае почти и не общались. Иногда пьяный отец не дебоширил, а молча ложился спать. И все же меня каждый вечер беспокоил вопрос: "В каком состоянии он придет?"

При встрече с отцом мне достаточно было первого взгляда, первой брошенной фразы, чтобы определить, какие чувства он испытывает. После этого я четко понимал, к чему нам готовиться. За годы семейных скандалов я научился предугадывать дальнейшие события и в своих прогнозах ошибался все реже.

Чаще всего он испытывал злость, ярость или гнев. Если отец был переполнен этими эмоциями, он нуждался в том, чтобы "спустить пар". Однако чтобы клапан сброса открылся, нужны были дополнительные действия. Необходима была искра, чтобы пожар вспыхнул, а эмоции вырвались наружу.

Эту функцию и выполнял "повод для скандала". Его задача – дать одному моральное право предъявить другому претензии. Кроме повода необходим и "обвиняемый" – это тот, кто назначается "виноватым". Недовольный своей жизнью человек уверен, что причиной его несчастья являются другие.

Виноватой в плохом настроении и самочувствии отца считалась мама. Она назначалась ею "по умолчанию". Иногда "без вины виноватым" был и я. К сожалению, люди обычно срываются на тех, кто послабее: начальники – на подчиненных, родители – на детях, дети – на домашних животных и так далее.

Ужас такого поведения в том, что чаще всего жертвами грубого и несправедливого отношения становятся самые близкие, именно те, кто агрессора по-настоящему ценит и уважает, пусть он этого сейчас не понимает. Я знаю, что мама любила отца очень сильно.

Таким образом, чтобы начать скандалить с "виноватой" мамой, отцу нужен был только повод. Когда он хотел поругаться, предлог всегда находился. И дело здесь не только в отце. Я убежден, что любой человек, если захочет, сможет с легкостью найти в другом недостатки.

Во-первых, люди не ангелы, и несовершенства есть у каждого. Во-вторых, эта оценка очень субъективна. Как достоверно определить какое качество является достоинством, а какое – недостатком? В связи с этим вспоминается поговорка: "Что для русского хорошо, то немцу смерть". И национальности здесь ни при чем.

Я про то, что одна и та же черта характера может быть для разных людей как достоинством, так и недостатком. Если мы говорим про семейные отношения, то важно понимать, что обычно их создают люди, чьи характеры различаются. Более того, порой по некоторым вопросам они имеют точки зрения прямо противоположные.

Поводами для скандалов в нашей семье становились невымытая тарелка, неубранная вещь, плохая оценка в школе, ужин, который не понравился отцу. Также он часто возмущался тем, что ему открывали дверь слишком долго. Его недовольство вызывало и то, что, несмотря на позднее время, мы с братом еще не спали.

Частыми поводами для скандалов были обвинения в том, что мама его обворовывает. Отец был уверен, что она похищает из его карманов деньги. Правда, наутро он находил "украденное" в своих же тайниках, либо вспоминал, что накануне сам все потратил. Но в каждой пропаже упрямо продолжал обвинять мать.

Конечно, мы вместе с мамой готовились к приходу отца: старались, чтобы в доме было убрано, все уроки сделаны, а ужин приготовлен. Однако каждый раз он находил, к чему придраться. Мы были очень внимательны и исполнительны, но угодить ему было невозможно. Конечно, проблема заключалась не в нас.

На вечер у него были свои планы, и раз за разом он их реализовывал. Повторюсь: если человек ищет конфликта, повод обязательно найдется. Очевидно, что невымытая тарелка не тянула на достаточное основание для скандала. В связи с этим важно различать повод и истинную причину конфликта.

В разгар скандала они забывали о том, что все началось с грязной посуды, да и отца было трудно заподозрить в чистоплотности. Про эту несчастную тарелку родители вспоминали лишь тогда, когда им хотелось запустить чем-нибудь в друг друга.

Со временем "дипломатия" и формальности в виде поиска повода сошли на нет. Скандалы вспыхивали молниеносно и проходили значительно быстрее. Родители перестали тратить время на выдумывание предлогов и сразу же переходили к делу.

3. Начало семейного скандала

К началу скандала родители были переполнены злостью, гневом и ненавистью и одержимы идеей причинить друг другу максимальный ущерб. Вот почему задевали партнера за живое и наносили удары по самым уязвимым местам.

Важно отметить, что обоим это прекрасно удавалось – болевые точки друг друга они хорошо знали. Компроматы были собраны, сейчас же происходило их оглашение. Озвучивание чрезвычайно деликатной информации происходило публично и в мельчайших подробностях.

Часто отец начинал скандал с финансовых претензий. Он упрекал мать в том, что она живет за его счет и почти не зарабатывает. Отец постоянно вспоминал, что многие вещи куплены именно им. Вообще, родители постоянно спорили о том, кто и какой вклад внес в совместно нажитое имущество, главным образом, в покупку общей квартиры.

От экономических претензий они переходили к морально-нравственным. Отец яростно и гневно обвинял мать в супружеской неверности. В качестве доказательств называл вполне конкретные места и фамилии, описывал и другие детали интимных сцен. Мама не уступала ему, и в ответ перечисляла его многочисленные измены.

Они рассказывали о настолько низких поступках, что некоторые интимные подробности отец произносил не на русском, а на чувашском языке. Так он пытался скрыть от нас эту информацию, не догадываясь, что перевод некоторых слов я уже знал. Очень жаль – от услышанного было больно и мерзко.

В целях защиты нервной системы я старался не запоминать ту грязь, которой они поливали друг друга, пропускал их слова мимо ушей. Более того, я был маленьким, поэтому многие фразы тогда все равно не понял. Несмотря на все мои усилия, кое-что все же засело в памяти.

В ходе скандала они вспоминали обиды многолетней давности, попрекали друг друга даже умершими родственниками, которые, по их мнению, не дали правильного воспитания и не показали достойного примера. Часто мама сожалела о том, что вышла замуж за отца и потратила на него красоту и молодость.

Далее они переходили к взаимным оскорблениям. По этическим соображениям я воздержусь от публикации нецензурных слов. Позднее – желали партнеру различных несчастий, угрожали друг другу, в том числе и физической расправой.

Сейчас я смотрю на эти события как на спектакль, кинофильм или концерт. Представление называлось "Семейный скандал". Посудите сами, на сцене два главных героя – отец и мать. Мы с братом – постоянные зрители и все чаще актеры второго плана.

Наши соседи – слушатели, а иногда и артисты "массовки": чтобы успокоить родителей, они время от времени стучали по батареям, а иногда мы сами к ним обращались за помощью. Порой зрителями и участниками спектакля становились знакомые или родственники, на глазах которых закатывался скандал.

Уже тогда я заметил, что родителям определенно нравится играть на публику. И чем больше было зрителей вокруг, тем ярче шоу они устраивали. Вероятно, среди этих людей они искали сочувствие, жалость, поддержку и союзников.

Во время скандала сознание родителей отключалось, они действовали, словно на автопилоте: из раза в раз звучала одна и та же заезженная пластинка, отыгрывались одни и те же сцены, произносились одни и те же фразы.

Я помню, как папа с мамой смотрели по телевизору бразильские и американские любовные телесериалы. Впоследствии их семейная жизнь не уступали этим мыльным операм ни в зрелищности, ни в драматичности, ни в остросюжетности.

4. На чьей мы были стороне?

В семейном конфликте участвовали две стороны – папа и мама. Я с братом оказался перед недетским выбором: нам предстояло определиться, кого из них мы будем поддерживать. Тогда я был уверен, что обязательно должен принять решение, причем выбрать папу или маму.

Я дорожил каждым родителем, поэтому определиться было сложно. Хорошо понимал, что, выбрав одного из них, рискую потерять любовь, уважение, внимание, близость и доверие другого. Для кого-то я стану союзником, а для кого-то – врагом и предателем.

Мы с братом выбрали сторону мамы – я считал это решение единственно верным. Почему? Во-первых, мы были детьми, а в большинстве случаев они "тянутся" именно к маме. Вероятно, все еще сохраняется зависимость от ее любви и заботы.

Во-вторых, именно с ней у меня была сильная эмоциональная связь: она генетически и психологически оказалась ближе отца. В раннем детстве большую часть времени я проводил с мамой, его же практически не видел.

Кроме того, я рос в обществе, в котором было принято поддерживать слабых. Очевидно, что отец физически сильнее мамы.

К тому же некоторые его безнравственные поступки я видел собственными глазами: отец часто выпивал, а это по умолчанию навешивало ярлык "плохого" человека, оскорблял близких, ругался матом, поднимал на маму руку. Словом, жил "неправильно".