сеть рыболовная, в ней – всем известной коллекцией чучел —
южного моря дары: рыба-меч и громаднейший краб,
раковины и коньки, также спрут, кой-какие медузы,
копии древних работ: Аполлон, Афродита, Амур,
в зелени и меж столов, акварели на сумрачных стенах,
бар, весь в бутылках, над ним – образцовой работы фрегат,
вид за столом из окна, выражение лиц у прислуги,
музыка, гости, уют – все детали нельзя и назвать —
призваны сопровождать судьбоносное это событье:
встречу двух русских людей в чужеземном, но славном краю!
И – вот спрошу я у вас – где же им отыскать ресторанчик,
что обеспечить бы мог все условья, что названы здесь?
Если ж он где-то и есть, то искать его нужно полжизни.
А ведь у наших друзей в лучшем случае времени час.
И потому в эту ночь, что достойно отметит их память,
сами они никогда место встречи себе не найдут.
Но будет подан им знак незаметный и все-таки – свыше,
ибо традиция есть: не положено воле людей
судьбы земные решать. Но вершить их должны только боги.
Хоть мы и знаем теперь, что отнюдь не безгрешны они.
Сила астральная есть у феноменов многих и разных,
и как они в ней пришли, недоступно для наших умов.
Так что, итог подводя, для возлюбленных наших героев
было бы лучше всего, если б в полночи звездной вдруг гром
грянул, и молнии клин указал однозначно таверну,
где небожителей сонм хочет нынешней ночью их зреть.
Или могучий орел, на ступень перед дверью спустившись,
ясно бы им указал, что в ту дверь надлежит им войти.
Иль на худой бы конец налились у обоих внезапно
ноги как будто свинцом и ни шагу ступить не смогли б
наши ночные друзья, а из ближнего злачного места
чуть ли не в горьких слезах и ручищи в объятья раскрыв,
с галстуком наискосок к ним радушный рванулся б хозяин,
и – против воли втащил (пусть и с помощью кельнеров двух)
в свой (и пустой) ресторан. И тотчас им вина принесли бы.
Дальше – накрыли бы стол из остатков минувшего дня…
Да, в идеале все быть только так и должно бы, конечно.
Но по причине того, что не веруют люди в богов,
те перестали им слать «долгожданные знаки, что свыше».
Разве лишь (чтоб подшутить), мышь подставят им вместо орла.
Так что по вере нам всем и воздастся: мы сами виновны,
в том, как все дело пошло. Потому со смиреньем принять
даже ту серую мышь мы должны. Она весть – и благую
может в наш мир привнести. Например, тем друзьям намекнуть,
где им главу преклонить после долгой и славной прогулки:
там и конечно, лишь там, где на рампе, в фонарном кругу
хлебную корку грызет этот серый актер и хвостатый.
Кельнер же, юноша-грек, наблюдает безмолвно за ней.
Ну, а за ними двумя уже старший и опытный кельнер
Аргусом строгим следит, в заведенье свое пригласить
наших героев забыв… Но туда их зовут сами боги!
Глас тот заслышав в ночи, оторвавшись от мыши с трудом,
к нашим героям спешат два потомка великой Эллады.
Под руки их подхватив, в ресторан пронесли на лету —
ноги их в модных туфлях не касались паркета при этом:
так точно древний Гермес при желании плыл над землей
но на ладонь от нее, – у божеств даже шутки изящны!
Следом и лучший им стол предоставили. Тут же меню
в двух экземплярах легли, оркестровым тетрадкам подобно,
прямо под носом у них. И один из них взялся читать:
тот, кто давно здесь живет. А другой развалился на стуле:
тот, кто его навестил. Принесли им в графинах вина.
Что для кого заказать, обсудили они деловито.
Кельнер, послушно кивнув, прейскуранты тотчас же забрал.
Впрочем, не мог тут и быть вообще какой-либо и выбор:
