Сергей Худиев – Почему мы уверены. Разумных причин для веры в Бога гораздо больше, чем вы думали (страница 2)
Вот что пишет, например, группа атеистических лидеров-интеллектуалов в «Декларации в защиту клонирования»:
Это определенно позитивное утверждение о реальности (причем весьма проблематичное, как мы рассмотрим чуть дальше), и бремя его доказательства лежит на тех, кто его выдвигает.
Но принцип «бритвы Оккама» требует воздерживаться от веры в сверхъестественное – по крайней мере, до тех пор, пока оно не доказано.
«Бритва Оккама» – методологический принцип, выдвинутый в XIV веке английским монахом-францисканцем Уильямом Оккамом. Он обычно формулируется так: «Не умножай сущностей сверх необходимого». Если какое-то явление можно объяснить без привлечения каких-то сущностей – значит, эти сущности и не нужны. Если можно объяснить такое явление, как молния, исключительно природными причинами, значит, нет нужды объяснять ее гневом Зевса, Перуна или Тора. Подобно этому, если мы можем объяснить мироздание без Бога, значит, представление о Нем излишне, и нам не следует в Него верить, утверждают атеисты.
Этот довод содержит несколько ошибок.
Прежде всего обратим внимание на неопределенность формулировки. «Не умножай сущностей сверх необходимого», но – необходимого для чего? Бессмысленно спрашивать, необходима мне та или иная сущность или нет, пока я не разобрался с вопросом, для чего она может быть необходима. Чего я хочу, какие цели перед собой ставлю? Если я хочу измерить площадь комнаты, мне не понадобится такая сущность, как стоящий здесь же ее хозяин – но из этого никак не следует, что хозяина комнаты не существует.
Поэтому мы должны обязательно уточнить – для чего могут быть необходимы сущности, умножать которые сверх меры не стоит? Если мы ответим: для того, чтобы объяснить то или иное явление, – то перед нами неизбежно встанет другой вопрос: что мы называем словом «объяснить»? И если мы скажем, что объяснить значит указать необходимую и достаточную причину, то как мы определяем достаточность причины?
Чем объясняется смерть Пушкина? Можно сказать: огнестрельным ранением, вызвавшим несовместимые с жизнью повреждения внутренних органов. Будет ли это достаточным объяснением? С точки зрения медицины – вполне. Но нас, по-видимому, такое объяснение не удовлетворит: мы захотим узнать, при каких обстоятельствах поэт получил смертельную рану, кто стрелял, каковы были его мотивы, какое развитие событий привело к такому исходу, какое впечатление эта смерть произвела на современников, как она повлияла на дальнейшую историю русской литературы. Чтобы ответить на эти вопросы, нам понадобится углубиться в рассмотрение культуры того времени, дуэльного кодекса, личной жизни поэта, развития языка и литературы и многих других реалий, находящихся совершенно вне поля зрения судебно-медицинских экспертов.
Отвечая на поставленный перед ним вопрос: что с медицинской точки зрения вызвало смерть поэта? – эксперт совершенно справедливо воспользуется «бритвой Оккама» и отклонит предположения, что Пушкина погубили при помощи магии Вуду или что он умер от простуды. Пулевое ранение окажется совершенно достаточным объяснением. Однако мы весьма удивимся тому эксперту, который скажет, что, поскольку смерть поэта вполне объясняется этим ранением, его незачем объяснять как-то еще – конфликтом с Дантесом, приведшим к дуэли, обычаями того времени и социального слоя, тогдашними понятиями о чести и т. д.
Необходимы ли все эти «сущности» для объяснения смерти поэта? Смотря с какой точки зрения посмотреть. С точки зрения судебной медицины – нет. Значит ли это, что в реальности всего этого не существовало? Это предположение показалось бы нам очень странным.
Ровно ту же самую логическую ошибку допускают люди, использующие «бритву Оккама» для отрицания Бога. Естественные науки основаны на повторяющихся наблюдениях и воспроизводимых экспериментах; над Богом экспериментов ставить невозможно, Он не является предметом рассмотрения естественных наук. Он является «лишней» сущностью для естествоиспытателя так же, как Наталья Гончарова или Дантес являются «лишними» сущностями для судебно-медицинского эксперта – они просто находятся вне поля зрения его профессиональной деятельности. Никаких выводов о бытии (или небытии) сущностей, лежащих за пределами решаемой нами конкретной задачи, мы, пользуясь «бритвой Оккама», делать не можем.
Еще одна ошибка связана с тем, что мы не можем объяснить бытие вселенной в целом, не обращаясь к некоей причине, лежащей за ее пределами. Но об этом подробнее позже, когда мы поговорим о космологическом аргументе в пользу бытия Божия.
3. Почему материализм ошибочен?
Практически все атеисты, с которыми можно встретиться в реальной жизни, материалисты. Материализм признает существование единственной субстанции – материи: все сущности, с точки зрения материалиста, образованы материей, а все явления (в том числе и сознание) возникают в процессе взаимодействия материальных сущностей. С материализмом неизбежно связан натурализм, то есть представление о реальности как о замкнутой системе причинно-следственных связей, управляемой безличными и неизменными законами природы (и только ими). В рамках этой картины мира любые события могут быть только результатом предыдущих состояний системы и неизменных законов движения материи.
Один из «новых атеистов», американский физик Виктор Штенгер формулирует это мировоззрение как «представление о том, что всё есть материя и ничего больше».
Натурализм не допускает существования чего-либо сверхъестественного, то есть выходящего за рамки этой системы.
Но ведь христиане тоже признают существование материи, управляемой законами природы?
Конечно. Христианский теизм (то есть мировоззрение, постулирующее веру в личностного Бога-Творца) признает реальность материальной природы как системы, управляемой определенными безличными законами. Но, с точки зрения христиан, реальность не исчерпывается природой: у природы есть Создатель – Бог, Который создал ее и поддерживает в бытии. Бог также создал и нематериальные сущности – ангелов, архангелов и души людей. Дух может взаимодействовать с материей, а в определенных, исключительно редких и важных случаях, Бог может действовать поверх знакомых нам законов природы, творя чудеса.
Даже философы-материалисты признают, что материализм имеет ряд неразрешенных – и, видимо, неразрешимых – проблем. Одна из них – это проблема свободной воли.
И какие проблемы у материализма со свободной волей?
В рамках материализма все наши мыслительные и волевые акты целиком и полностью обусловлены чрезвычайно сложными, но полностью материальными процессами в коре нашего головного мозга. Эти процессы (как и всё в мироздании) развиваются согласно неизменным законам природы, их результат полностью определяется чисто материальными причинами.
Как пишет об этом нейрофизиолог (и убежденный материалист) Френсис Крик, «Вы, ваши радости и скорби, ваши воспоминания и устремления, ваше чувство личной идентичности и свободной воли – на самом деле не более, чем определенное поведение огромного скопления нервных клеток и связанных с ними молекул. Вы – не более чем набор нейронов… хотя и кажется, что мы обладаем свободной волей, наши решения уже предопределены для нас, и мы не можем этого изменить».
Известный космолог (и атеист) Стивен Хокинг пишет в своей книге «Высший Замысел»: «Хотя мы думаем, что способны делать осознанный выбор, наши познания в области молекулярных основ биологии свидетельствуют, что биологические процессы подчиняются законам физики и химии, а потому столь же детерминированы, как и орбиты планет. <…>
Трудно себе представить, как может проявляться свобода воли, если наше поведение определяется физическими законами. Поэтому, похоже, мы представляем собой не что иное, как биологические машины, а свобода воли – просто иллюзия».
Материализм, как объясняет известный атеистический публицист Ричард Докинз, означает, что свободная воля – иллюзия: «Будучи материалистом, я придерживаюсь того взгляда, что сознание – это нечто, что возникает из мозга, внутри мозга. И я думаю, что компьютеры не наделены свободной волей: я совершенно уверен, что всё, происходящее в компьютере, предопределено другими событиями во внешнем мире и – еще в большей степени – внутри самого компьютера. В этом смысле у компьютеров нет свободной воли. Но в этом смысле ее, скорее всего, нет и у нас… Я не могу с точностью сказать, что́ это значит, но, думаю, это означает или может означать, что, когда я думаю, что принимаю решение; когда иллюзорная сущность внутри меня, которую я считаю "мной", принимает решение, в действительности оно
Итак, материализм не оставляет места не только для Бога, но и для человека; остается только «иллюзорная сущность внутри меня, которую я считаю "мной"».
Это мировоззрение, которое требует от Вас объявить иллюзией не только мистический опыт молитвы и богообщения, но и самый повседневный опыт действия свободной воли. Кто в таком случае страдает от иллюзии? Докинз прекрасно сформулировал ответ: «Иллюзорная сущность внутри меня, которую я считаю "мной"». Но кто этот «я», который ошибочно считает себя «собой»? Иллюзия, которая страдает от иллюзии?