Сергей Хардин – Фантастика 2025-149 (страница 849)

И нахал сунул в мою руку тот же кошель. Я развязала мешочек, высыпала на ладонь, пересчитала. Пятнадцать. Моя месячная зарплата.

– Ты говорил, тут было десять.

– Врал, – широко улыбнулся Кенз. – Попытаться-то стоило. Интересно было посмотреть, как ты будешь трепыхаться.

– Трепыхаться?! Да я обломала тебя по всем статьям! – Гордо вздернув голову, я вернула парню свой кошель со всем выигрышем. За время нашей болтовни я уже продумала следующий ход. Формулировка должна быть обтекаемой, чтобы не упоминать Лин и тем более не проболтаться о подозрениях против меня. – Держи, тотализаторщик. Это моя ставка на то, что я останусь в должности и через неделю.

– Принимается! – Подбросив брякнувший мешочек на ладони, Кенз спрятал его обратно. – Слушай, может, я тебе еще одолжу столько же для ставки?

– Ты так уверен во мне?

– Ну-у… – протянул он, – На твоей стороне две очень влиятельные фигуры: Энхем и Шой. Да и ты сама же говорила: кто не рискует, тот не живет, а существует.

– Нет, Кенз. На этот раз я не так уверена в себе, чтобы брать в долг. В любом риске главное вовремя остановиться.

И я поспешила к ожидавшей меня Белинке. Эх, с кем-то бы поспорить, что на этот раз Кенз поставит против меня. Все равно он получит свою треть, если я выиграю. Не много ли я ему отстегнула? Много. Но для меня важнее, чтобы этот пройдоха, невзирая на махинации, делал все, чтобы я продержалась в замке как можно дольше.

Это было единственное утро, когда мне дали выспаться. А потом началось обучение. После трех лет безделья на меня свалилось так много работы, что я чувствовала себя муравьем, на которого упал кирпич.

Я вставала до рассвета, чтобы открыть кладовые и выдать кухаркам продукты, полотенца и утварь. Затем шел черед горничных: распределение работ между живыми и спящими. Последних оказалась целая армия, почти полсотни. Когда меня окружили бесстрастные расслабленные лица с полузакрытыми бессмысленными глазами, я изрядно струхнула. Вся эта толпа снова шла в кладовые, где женщины получали белье, полотенца, щетки, метелки и всевозможный скарб – от мебельных чехлов до драгоценных ваз.

Весь день я моталась по замку от подвалов до крыши, контролируя ход работ. После ужина, когда горничные прибирали трапезную и готовили спальни, уже поздним вечером я принимала инвентарь и закрывала кладовые. А ведь надо было еще внести записи в гроссбухи, сделать заказы на инвентарь, ткани и белье и проверить счета. Спать я ложилась последней из слуг. Так что мне было уже все равно, какого цвета стены в моих покоях.

Я чувствовала себя директором клининговой компании. Если вернусь, запросто открою свою фирму. Вот папа обрадуется, что его дочь войдет в бизнес самостоятельно, без его помощи.

Распределение работ я спихнула на старшую горничную, решив, что она лучше знает способности подчиненных, пределы их аккуратности и систему наказаний. К тому же мэйстрес Тимусия умело обращалась с амулетом управления сомнамбулами, в отличие от меня. Кто же знал, что именно тут меня поджидает засада?

Требовалось, взяв артефакт управления снами, сосредоточиться и представить работающую сомнамбулу. С воображением у меня всегда было неплохо, но держать картинку перед открытыми глазами, в то время как девушка с мертвым лицом стоит перед тобой истуканом, у меня долгое время не получалось. А если закрыть глаза, было еще хуже: я не могла представить и девушку, и фронт работы.

Обучала меня сначала старшая горничная. Знакомство со старой грымзой вышло не менее фееричным, чем с молодой, только с обратным знаком.

– Это правда, что вы оттаскали Лин за волосы? – спросила эта немолодая женщина с постным, как засохшая церковная облатка, лицом. И недовольно поджала тонкие губы.

– Что вы, мэйстрес Заримандрис, я всего лишь задела ее один раз рукой, – подняла я руку и задумчиво оглядела тоненькие пальчики.

Челюсть грымзы отвисла, но она тут же опомнилась и закрыла рот.

– Что ж, мэйс Вирт, не скажу, что полностью одобряю ваши методы, но… думаю, мэйс Игви заслужила, – злорадно сузились ее глаза мышиного цвета. – Я полностью в вашем распоряжении и готова рассказать вам все, что пожелаете. Вы можете рассчитывать на мою помощь в любом вопросе.

Какая щедрость!

– Разумеется, мэйстрес Заримандрис. – Я опять, к собственной гордости, выговорила ее зубодробительную фамилию без запинки. – Я ценю ваше рвение и желание безукоризненно выполнять приказ милорда.

После ее провала как учительницы за мое обучение управлению сомнамбулами взялся дворецкий. Но и тут мы недалеко продвинулись, хотя старик пытался помочь искренне, а не просто делал вид.

– Дедушка Энхем, кажется, я догадываюсь, почему вас не понимаю, – не выдержала я. – Вы все маги, для вас странно пользоваться артефактом там, где вы используете собственную магическую силу. Вам он непривычен так же, как мне. Может, будет лучше, если за дело возьмется не маг, а человек, умеющий пользоваться этой дурацкой фиговиной?

– Это мысль! – обрадовался старик и с облегчением меня оставил.

Увы, простых людей, обученных управлению артефактом, во всем Орияр-Дерте не нашлось. Ни к чему было кого-то обучать, не требовалось этого раньше.

Тогда привлекли сэра Гринда, после него – сэра Кенза и даже мастера Дэниша, того самого, который встречал наших с Кензом осликов на въезде в крепость. У него я невинно так поинтересовалась:

– А что, мастер Дэниш, сигнализация больше не сбоила?

– Что значит – сбоила? Она и была, и есть в полном порядке.

– Да что вы говорите? А почему вела себя как сломанная?

– Потому что с вами, мэйс Вирт, попытался проникнуть подарочек от вашей знакомой.

– Как интересно! И что за подарочек?

– Не знаю, его выловил милорд, мне не довелось увидеть.

Бедный Бобик. Мне стало совсем грустно. Все-таки у меня оставалась надежда заполучить подарок айэни Зим и понять наконец, зачем она его мне всучила.

Кстати, у Дэниша тоже ничего не вышло с моим обучением. Еще бы, он ведь тоже некросдвинутый. Причем этот тип так громогласно возмущался моей тупостью, что на шум явился сам Ворон. На такие вопли и стая демонов слетелась бы, не только хозяин замка.

– Что происходит?

– Вашу экономку невозможно обучить, милорд, уж простите, – возмущенно пробасил Дэниш. – Она не может повторить простейших упражнений! Или артефакт отказывается работать в ее руках.

Печалька и грустяшка.

– Дай-ка мне этого саботажника! – Граф протянул руку, и в его широкую ладонь уютно улегся плоский и гладкий, как голыш, камень в дизайнерской оправе из кожаных ремешков и серебряных проволочек. Ворон покрутил его, подбросил в ладони. – Ты потерял дар, Дэниш? Камень совсем пустой. Из него такой же артефакт, как из речной гальки.

– Но милорд, я только что демонстрировал мэйс Вирт его действие, и уровень силы был в норме, как у полного!

Ворон, нахмурившись, еще раз осмотрел камень, провел длинным пальцем по жилкам оправы. Хмыкнул:

– М-да… Кто-то ловко перемкнул заклинание вот тут, почти незаметно на первый взгляд. Теперь видишь?

Маг-привратник склонился над ладонью графа, присвистнул:

– Ого, как интересно! Получается, это я сам подпитывал камень, а получал эхо, будто артефакт полон! Естественно, в руках простого человека камень не работал. Простите, мэйс Вирт, беру все свои упреки обратно.

– Как у вас все просто, – проворчала я. – Хочу – оскорбляю, хочу – обратно оскорбления беру. Обида как камень, брошенный в глину. Даже если вытащить камень, след останется.

– Но вы же не глина.

– Вот именно! Я человек, и забыть обиду куда сложнее, чем засыпать ямку в глине.

– Не старайся, Дэниш. Мейс Вирт предпочитает засыпать ямки не словами, а золотом. Не так ли? – с легким презрением сказал граф.

Я вспыхнула. Это он не может простить мне пяти золотых, которые я вытрясла в первый же вечер?

– А если и так? – Я гордо вскинула голову. – Разве это более позорно, чем обижать тех, кто не может защититься и ответить?

Серые глаза некроманта потемнели. Отлично. Значит, задело.

– Ступай, Дэниш, – приказал граф. – Узнай, кто дал мэйстрес Тимусии этот камень. Я сам объясню мэйс Вирт, как пользоваться артефактом.

Но об артефакте даже речи не зашло. Едва за привратником закрылась дверь, некромант, сузив в негодовании глаза, спросил:

– Вас обижает правда, мэйс?

– В чем правда, милорд? В том, что вы необоснованно обвинили меня в жадности?

– А разве вы не алчны, как обычная простолюдинка?

– Вы считаете, что простые люди алчны только потому, что родились не в семье аристократов? Или вы хотите сказать, что среди знати не бывает жадных до потери разума людей? – Тут я хотела напомнить об опекуне Тиррины, но вовремя прикусила язык. – По-вашему, благородство происхождения равно благородству души? И среди лордов не бывает мелочных скупердяев, готовых удавить за пять золотых? – Опомнившись, я опустила глаза и присела в реверансе. – Простите, милорд.

– Кто бы знал, как вы бесите меня, мэйс Вирт! – прорычал некромант.

О да. Я бесила его с самого первого момента знакомства. Взаимно.

– Так зачем нанимали, если я вас так раздражаю, милорд?

– И ваше занудство бесит! – повторил некромант и рухнул в соседнее кресло. – Послушайте, мэйс, не пытайтесь меня разозлить. Поверьте, злой некромант – это не пастушонок со свирелью. Это тварь хуже демона.