Сергей Харченко – Клан Рунного Ястреба. Начало (страница 2)

Простой добрый мужчина, крепко сбитый, с волевым подбородком. Такому только на аренах выступать гладиатором, а не этой коробкой управлять.

– Так куда тебе? Адрес помнишь? – спросил он.

А куда мне? Я напряг память. Что мне скажет бывший владелец тела? Точнее, не он, а его сохранившаяся память.

Смутно, но я вспомнил название улицы, и затем номер дома. Но кто меня там ждал – вообще без понятия. Просто я часто туда приходил и ночевал там. Это я знал точно.

– Мичурина, сорок пять, – ответил я.

– Мы как раз на Мичурина, – кивнул извозчик.

Через несколько секунд он остановился у серой бетонной коробки. Я прочитал на табличке свой адрес.

– Ну вот, приехали, – ответил извозчик. – Пошли, я отведу тебя к твоим родителям. А то ты бледный какой-то.

Я увидел стопку картонных прямоугольников в одной из ниш на приборной панели и взял один, с интересом разглядывая его.

– Можешь взять, – произнёс извозчик. – Если нужно будет тебе или твоим родным такси – звони.

Хм, такси. Понятно, это платный транспорт так называется. Но что такое «звони» – я не знал. Надо будет разобраться в этом вопросе.

Когда извозчик подошёл со мной к дубовой двери, почерневшей от времени, и постучал, я услышал звук шагов. Дверь распахнулась, на пороге возник небритый мужик в засаленной рубахе.

– Иван, какого чёрта? Ты где был? – он хмуро уставился на меня.

– Доброго дня, я подобрал его у Храмовой рощи, – ответил извозчик. – На парня напали. Возможно, пытались убить.

– Понял, разберёмся, – ответил небритый мужик. – Я полицейский.

– Тогда всего доброго, – кивнул извозчик и отправился к своему такси.

– Спасибо, что нашли его! – крикнул ему вслед мужик, а затем затащил меня за воротник в помещение. – Давай уже, чего встал.

Да уж, очень радушный приём. С теми псами не сравнится, но тоже как-то не очень приятно. Он точно не отец этого парня. Скорее дядя, или отчим.

Я вновь попытался порыться в памяти, но так ничего и не вытащил насчёт этого человека. Лицо знакомое, но не более того.

– Жрать бушь? – взглянул на меня небритый. – Там остались котлета и макароны.

Я снял потёртые ботинки со сбитыми носами, прошёл следом за дядей-отчимом на кухню. Затем сел за стол, а небритый покосился на меня, хмыкнув.

– Да, можно, – согласился я.

Дядя-отчим поставил передо мной глубокую тарелку с едой, из которой торчал столовый прибор, похожий на трезубец. Я накинулся на еду и умял всё, что было, меньше чем за минуту.

– А теперь рассказывай, что опять натворил, – покосился на меня дядя-отчим, поджигая белую палочку. В воздухе запахло табаком. – Кто тебя хотел убить? И какого хрена ты делал в криминальном районе?

– Не помню, – честно признался я и кашлянул от дыма. – На меня пытались натравить собак.

– А это что у тебя? – дядя-отчим подошёл и резким жестом поднял мой подбородок, взглянув на шею. Затем присвистнул. – Ого, да это же покушение! Вот же с-суки. Сможешь описать их?

– Не запомнил лиц, – ответил я.

– Опять врёшь? – покраснел дядя-отчим. – Ну, ничего, я всё выясню. Кто виноват и что делать. И как ты заживил рану? Артефактом или тот таксист помог?

Я пожал плечами. Не видел, как рана заживала, поэтому ничего сказать не могу.

– Ладно, – отмахнулся небритый и протяжно зевнул. – Завтра поговорим.

Он поплёлся в свою комнату, бросив напоследок странный взгляд, а затем оставил меня в гордом одиночестве.

Да уж, обстановка ещё та, конечно. Так в моём мире жили в нищем квартале. Да к тому же что-то не так с этим дядей-отчимом. Странно он себя ведёт.

Я вновь пытался порыться в памяти, которая мне досталась в наследство, но так ничего толком и не понял. Мозг перегружен. Мне нужно срочно отдохнуть и прийти в норму. Хороший крепкий сон лечит и проясняет ум, как однажды сказал учитель Тириус после очередной тренировки.

К счастью, я нашёл ванную комнату быстро. Память мне даже подсказала, как пользоваться душевой кабинкой. Я постоял под контрастным душем, кайфанул, смывая с себя грязь и свою засохшую кровь.

И правда, что я делал в этих трущобах? Кому я так насолил, что меня хотели убить? Всё это я обязательно вспомню. Возможно, уже завтра.

После душа тело взбодрилось, хотя ненадолго. Стоило мне шагнуть из ванной, как стало понятно, насколько я устал. Меня буквально придавило к дощатому полу.

Добравшись до вроде бы своей комнаты, я упал на потёртый диван и мгновенно уснул.

– А ну, просыпайся, мелкий засранец! – разбудил меня грубый голос. Затем чьи-то руки меня подняли и уронили куда-то вниз. Я почувствовал под руками деревянную поверхность.

Кто бы ты ни был – ты уже мертвец! Я подскочил, вставая в боевую стойку, попытался нащупать Вершитель, а точнее – посох, увенчанный когтем дракона. Мой незаменимый начертательный инструмент, за секунду создающий руну, которая вывернет этого ублюдка наизнанку. Провёл рукой по поясу в надежде найти хотя бы два ритуальных кинжала, которые я называл Кровавыми Близнецами.

Но ни Вершителя, ни Близнецов… Я быстро пришёл в себя, понимая, где нахожусь.

– Ты что наделал, твою мать?! – зарычал отчим. Теперь я точно знал, кто передо мной и где я нахожусь.

Я в теле Ивана Волкова, а передо мной отчим, который жил с матерью Ивана. Полгода назад она умерла, и отчим стал моим опекуном. Дядя Боря. Пока мне не исполнится восемнадцать лет, я буду жить у этого гада. По сути, остался всего лишь месяц.

Хотя нафига мне это надо? Терпеть я его выходки не намерен. Проще свалить из этой халупы, и подыскать себе место получше.

Дядя Боря раздувал ноздри и шипел. Настроен он ко мне сейчас откровенно враждебно. Такой наивный. Думает, что справится со мной. Даже в этом теле я очень опасен и могу его запросто свернуть в бараний рог.

– А теперь популярно объясни – что же я наделал, – процедил я.

– Ах ты ж, сукин сын! – заревел отчим, бросаясь ко мне. – Ты ещё дерзить вздумал?!

Ну ты сам полез, никто тебя не заставлял это делать. Поэтому не обижайся. Я отошёл в сторону и пропустил мимо себя разъярённого опекуна. Он пролетел мимо, а я его ещё пнул для ускорения.

Отчим разогнался словно ядро из пушки, впечатался в диван, перелетая через спинку. Раздался грохот падающего тела. Теперь он будет осторожней в своих движениях. А не будет – ну что же, ещё что-нибудь придумаем. Что-нибудь похлеще и эффективней.

– Ты что? – он поднялся, тараща глаза на меня. – Ты как?.. На родителя руку поднимать?

– Первый начал, – холодно ответил я, пристально глядя на отчима. – И ты мне не родитель, а опекун. Что там у тебя случилось? Рассказывай.

– Да пошёл ты, – зарычал он в ответ, но нападать больше не стал. Значит, мой приём его изрядно охладил.

Только сейчас я обратил внимание, что отчим в тёмно-синей полицейской форме.

Дядя Боря потянулся к холодильнику, доставая бутылку чего-то белого. Плеснул себе в стакан, наполняя его наполовину, затем махнул одним залпом и выдохнул.

Закурив, он открыл окно, выглядывая на улицу.

– Ты какого хера натравил псов на сына светлейшего князя Зацепина? – выдавил он. – Щ-щенок! Ты как посмел вообще поднять руку на этого благородного человека?!

Сон пошёл мне на пользу. Память бывшего владельца в ответ благодарно откликнулась, подсказывая ответ.

– Этот благородный человек натравливал на бродяг своих псов, которые убивали несчастных, – ответил я. – Я отвозил заказ по адресу и стал свидетелем преступления. И поэтому меня хотели убрать как свидетеля.

– Ты что несёшь?! – затряс руками перед собой дядя Боря. – Что ты несёшь, Ваня?! Ты просто клевещешь на князя!

– Я говорю правду, – мрачно посмотрел я на отчима.

– Хорошо, – дядя Боря затянулся и выпустил клуб сизого дыма в потолок. – Допустим. Элита развлекается по-своему…

– Развлекается? – процедил я. – Они беззащитных людей разрывали на части и ржали как кони. Ты точно страж порядка, дядя Боря?

– Ты… – отчим аж задохнулся от возмущения, замахав передо мной указательным пальцем. – Ты как со мной разговариваешь, неблагодарный? Да я тебя, считай, вырастил. Дал тебе крышу над головой, еду, чтобы ты не подох с голода… А ты так со мной…

– Я прекрасно помню, как ты обо мне заботился, – резко ответил я. – Точнее – никак. И забирал деньги, заработанные на курьерской доставке.

Память сейчас выдавала мне нужную информацию. Волковы были дворянами. Достаточно обеспеченная семья, успешный бизнес, обувная фабрика. Когда отец был убит на дуэли, матушка погоревала лет пять, а потом сошлась с этим ублюдком. Он её бил, и меня поколачивал иногда, когда я пытался защитить мать.

В итоге матушка заболела, сильно. За несколько месяцев она превратилась в мумию и умерла. Дядя Боря вовремя подсуетился и в день смерти матушки подсунул ей документы на подпись. Так он стал моим опекуном. Ещё месяц он будет хранить деньги семьи в своём сейфе, пока мне не исполнится восемнадцать лет. Мои деньги, по сути. То, что оставили родители после себя. Не удивлюсь, если эта шкура берёт оттуда понемногу.