Сергей Гришин – Путешествие туда и сюда (страница 11)

Я скривился.

– А что, других подопытных после Альвиса так и не нашлось? – с сомнением спросил я.

– Не всё так просто, – широко улыбнулся Локи. – Во-первых, мёд поэзии готовит только Галар с братом Фьяларом. И они не спешат ставить его производство на поток. А во-вторых, эта штука по-разному работает на представителях разных рас и гендеров. А уж как она подействует на людей, вообще сложно предсказать.

– То есть, попытки всё-таки были? И, насколько я понимаю, неудачные.

– Неудачными их назвать нельзя. Но желаемого так и не достигли.

– Тогда с чего ты решил, что у меня получится?

Улыбка плута стала столь сладкой, что аж липкой.

– Я в тебя верю, – сказал он и подмигнул.

Ага. Только недавно я слышал то же самое от моего непарнокопытного скакуна. Видимо, моя физиономия стала лимоннокислой, так что Локи поспешил добавить:

– По моим расчётам, вероятность успеха более семидесяти процентов. К тому же, мёд альтернативной поэзии имеет ряд преимуществ над старыми вариантами.

– Это обнадёживает, – я скептически цыкнул зубом. – Так что, мне прямо сейчас начинать накачиваться, или до пира подождём?

– То есть, ты согласен, – констатировал Локи.

Я вздохнул.

– Ну, допустим. Я выпью этого двергского пойла. И что дальше? Начну стихи читать? Или дебош устрою? Или, может, рухну тут же? И как это поможет мне попасть в тот самый пресловутый архив? Расскажи, каков дальнейший план действий?

Локи сложил руки на груди.

– Точно пока сказать не могу, – промолвил он. – Но я уверен, что у тебя всё получится. Поверь, я в таких делах не ошибаюсь. Так ты согласен?

– Ну, а чего я теряю? – я пожал плечами. – Получу я доступ к архиву или нет – тут уж как получится. А так хотя бы развлекусь. – Вдруг я вспомнил сегодняшнее утро и попросил: – А можно мне сейчас немного мёда альтернативной поэзии?

– Собственно, за ним мы и направляемся, – кивнул плут. – Всё равно во время пира гостям он вряд ли достанется. Асы не настолько расточительны. Кстати, далеко не все асы решатся его пить. Всё-таки штука создана для поэтов, а поэты – народ своеобразный.

– Но мне можно.

– Но тебе можно.

17

Я получил от Локи маленький сосудик. Ампула – не ампула, яйцо – не яйцо. Ёмкостью не более пятидесяти грамм, материал – что-то вроде глины, но прочнее. Разбить его, по словам плута, было весьма проблематично. А для употребления оказалось достаточно отколупнуть маленькую резиновую затычку. А содержимое высосать.

– Только не спеши, – предостерёг Локи. – Выпей непосредственно перед пиром.

Я пообещал так и поступить. План, по которому я должен был попасть в архив, казался не просто странным. Он отдавал бредом. Но я решил, что терять мне нечего, а потому предпочёл плыть по течению. Впрочем, как и всегда.

Едва я вошёл в свою комнату, как в мою сторону повернулись три головы.

– Ну, принёс? – Карлсон требовательно протянул свою пухлую ручонку.

– Что принёс? – спросил Ницше и аж подскочил от любопытства.

Лишь Че ничего не сказал. Потянулся, облизнулся, а потом с места прыгнул мне на плечо.

Я продемонстрировал ёмкость, но отдавать сразу не стал.

– Мне мёд тоже пригодится, – сообщил я. – правда, точно не знаю, сколько. Но тут его и так мало.

– Тоже решил попробовать? – дверг хохотнул. – Смотри, штука убойная!

– А ты-то откуда знаешь? Галар же сварил мёд альтернативной поэзии уже после того, как ты свалил из метрополитена.

– Ну и что? Зато я знаю предыдущие три версии. И одну мне даже удалось попробовать.

– Уж не после этого ли ты угнал кораблик своего брата? – осенило меня.

Судя по всему, я попал в точку. Потому как Карлсон тут же надулся.

– Вообще-то, насколько я слышал, – проговорил он обиженным голосом, – Галар варил мёд альтернативной поэзии с таким расчётом, чтобы люди не могли его нормально пить. Никто не хочет, чтобы появлялись новые Альвисы.

Я почесал макушку. Интересно, почему он об этом знает, а Локи нет? Или плут решил об этом умолчать? Или Карлсон мне врёт в надежде выманить драгоценное снадобье?

– И откуда тебе об этом известно? – спросил я. – Ты же, вроде, давно уже не контактировал с двергами.

– Так Фьялар с Галаром давно уже над ним работают. Хрейдмар им указание дал, чтобы больше никаких Альвисов на нашу двергскую бороду не появлялось, – Карлсон почесал свой голый подбородок. – Так что братья должны были внести коррективы.

– И чем это может мне грозить? – забеспокоился я.

Дверг пожал плечами.

– Кто знает. Может, пронесёт. А может и нет. У наших химиков свои секреты, да и в чувстве юмора им не откажешь.

Я нахмурился.

– Ну, хорошо. Что ты предлагаешь?

– Можно добавить туда активированного угля. Он, говорят, от всего помогает.

– Ты ещё предложи картошкой варёной подышать после того, как я его выпью, – огрызнулся я. – Ещё какие-то мысли будут?

– Просто выпей, а мы с Ницше поглядим, что там с тобой случится, – Карлсон страшненько улыбнулся. – Ну, или отдай мёд мне, как мы и договаривались.

Я надолго завис. Перспектива стать жертвой химического эксперимента не радовала, но и отказываться пусть и от сомнительной возможности попасть в архив как-то не хотелось.

– Ладно, – сжалился надо мной Карлсон. – Ничего с тобой не случится. Просто я рекомендовал бы тебе ограничиться несколькими каплями. А остальное я использую сам.

Я нахмурился, а потом решительно протянул ему ёмкость:

– Делим пополам!

Дверг радостно схватил долгожданное пойло. Затем порылся в кармане своего мешковатого одеяния и извлёк прозрачный шприц.

– Это зачем? – испугался было я. Мои представления об этом предмете были тесно связаны со страшными раболаториями. – Не надо меня колоть. Я через рот предпочитаю.

– Это не для тебя, – хохотнул дверг.

Он вонзил иглу прямо сквозь пробку и потянул на себя поршень. Прозрачный цилиндр стал заполняться янтарной жидкостью.

– А удобно, – оценил я и попросил: – Слушай, а можно я заберу шприц себе, а тебе отдам сам сосуд? Только давай без иглы.

– Зачем? – немного удивился Карлсон.

– Ну, из этой штуки ведь, скорее всего, высасывать придётся, – чуть смущённо объяснил я. – А я так употреблять напитки не привык. Лучше вылью из шприца в кружку, да выпью, когда захочу.

Дверг внимательно посмотрел на меня. Потом махнул рукой и отдал мне шприц, предварительно сняв иглу в колпачке. А ёмкость, которую дал мне Локи, запихал всё в тот же карман.

18

Тут в дверь постучали. Как мне показалось, весьма элегантно.

– Кто там? – спросил я, немного удивившись. При мне здесь только к Одину заходили не только после стука, но и после разрешения войти.

За дверью послышалась какая-то неуверенная возня. Карлсон бросил на меня обеспокоенный взгляд. Потом глянул на окно.

– Ладно, пойду, открою, – решил я.

За дверью оказалась Василиса. Была она в прелестном вечернем платье цвета летней ночи. Если что, это тёмно-синий, с искорками. Не помню, чтобы у неё было нечто подобное.