Сергей Григорьев – Катарина (страница 2)
Прямо перед ней тянулся двухметровый забор из сетки-рабицы, к которому на морозе примерзли полиэтиленовые пакеты, словно оборванные ленты. Вдоль сетки курсировали двое: один с карабином, другой с собакой-овчаркой. Чуть правее – сторожевая вышка, под ней дизель-генератор мрачно тарахтел, подсыпая в воздух кашель черной копоти.
«Давай, – напомнила себе Катарина. – Три вдоха. Раз, два…»
На «три» она метнула в бетонную канаву жестянку с разведённым растворителем. Хлопок – и густой, раздражающий дым выбросило вверх. Пёс залаял, дергая проводника. Охранник нагнулся, стараясь разглядеть источник вони; вышка тут же повернула прожектор к канаве. В тот миг, когда луч засвечивал клубы дыма, Катарина сорвалась с места – три шага по насту, прыжок, ладони ухватили сетчатую вершину. Лезвия кусачек щёлкнули: один, другой прут. Девушка протиснулась, порезав бедро, и оказалась по ту сторону забора, в узком кармане тени между цистерной и угольным бункером.
Собака продолжала тявкать, но теперь уже снаружи. Радио на поясе охранника хрипело:
– «Третий сектор, проверка!»
– Дымка какая-то, – отозвался тот. – Может, бочка сорвана.
– Пара минут на осмотр. Потом отчёт. Без паники.
«Без паники», – усмехнулась Катарина. Она уже скользила вдоль стены корпуса № 4, отсчитывая шаги: сорок два – дверь для обслуживающего персонала. Замок простой, реечный. Она вбила тонкую отвёртку, выкрученную заранее из электрического щитка в городе, надавила, повернула – щёлк. Внутри пахло мышами и гарью: похоже, котельная давно не работала, но трубы ещё держали тепло – пара десятков градусов выше улицы, достаточно, чтобы сразу запотели ресницы.
Катарина натянула респиратор. Северин предупреждал: в шахтах «Астории» полно просачивающегося аммиака. Одно вдыхание – и лёгкие разрывает сухой кашель, два – и падаешь, дрожа, как пойманная рыба.
Тоннель вёл под уклон. Железные ступени покрывал иней, но под ним слышался хрупкий стеклянный хруст: кристаллы льда, перемешанные с солью. Каждый шаг отдавал вибрацией в стальные стены, и Катарина шла, считая удары сердца, – чтобы за них не принялся считать кто-то другой.
Поворот, ещё один, и вот она в подземной галерее: потолок низкий, свода подпирают арки, кабель-каналы свисают лохмотьями. На полу валяются обрезки проволоки, замерзшие лужи машинного масла, обрывки старых фильтров. На стенах – свежие меловые стрелки. Северин предупреждал и об этом: «Считай стрелки – это точки сбора охраны при тревоге. Где их много – ходи тише».
Стрелки вели налево. Катарина повернула направо, к забракованному сектору вентиляции, о котором на плане было помечено: «затоплено». Если повезёт, там охраны не будет вовсе.
Раздвинув решётку, она пролезла в боковой отсек, где в стену впивались гигантские валы. Под ногами тёмная жижица прятала лёд и шпалы. Фонарь она не зажигала: свет означал бы смерть. Только слабое фосфоресцентное пятно цианистой краски на перчатке показывало, где у неё кончик ладони.
Внезапно сверху проскрипел металл – кто-то открыл задвижку. Луч фонаря полоснул щели между плитами перекрытия. Катарина сплюснулась у опоры, сжимая нож. Голоса:
– Говорю тебе, босс скоро смоется. Тонна стволов на базе, два грузовика готовы – и привет, север.
– Он с нами или без? – спросил другой.
– Ха. Феликс всегда. Если не хочешь остаться на дне реактора, суйся к нему только с грузом и улыбкой.
Шаги ушли вверх.
«Реактор», – отозвалось в памяти. Отец когда-то водил её на экскурсию в учебный технопарк: показывал макет реактора, рассказывал про цепные процессы. Тогда она хохотала, пытаясь представить, как маленькая искра запускает огромный взрыв. Сегодня эти уроки казались инструкцией к жизни.
Галерея вывела к лестничной шахте. Сняв варежку, Катарина проверила силу тяги: лёгкое движение воздуха тянуло вниз. Значит, внизу открытое пламя – котлы. И, вероятно, человек с ключами.
Она спустилась на четыре пролёта. Металл дребезжал, поддавая голосу завода. На площадке горел керосиновый фонарь; рядом, укутавшись в ватник, дремал техник. На поясе – связка пластиковых карт-идентификаторов, тех самых, что открывают электронные двери в «панцире» склада.
Катарина знала: если он заорёт, прибегут все. Если убить – найдут труп – эффект тот же. Нужен третий путь. Она вытянула из кармана шприц с остатком обезболивающего лидокаина – трофей с рынка. Доза лошадиная: пара миллилитров вызовет сон без побочных последствий.
Два шага – и игла уже прокалывала ватник под мышкой. Техник дёрнулся, попытался крикнуть, но голос потонул в лёгочном пузыре. Через десять секунд он клюнул носом, ещё через пять – дышал ровно и тихо. Катарина сняла карты, перетянула мужчине руки наручными стяжками, сунула в рот кляп.
Путь наверх был открыт.
Над складом № 7, как гигантский стальной улей, гудел основной корпус. Снег падал сквозь разбитый стеклянный потолок. На мостике, под лампами, стояли трое охранников. Но взгляд Катарины приковал четвёртый – тяжёлый силуэт в дорогом кожаном плаще, скрещённые руки и полубритая голова. Феликс. Даже отсюда невозможно ошибиться: те самые широкие плечи, на которых ещё год назад сидел её младший брат, смеясь, пока отец жарил рыбу на реке.
Катарина ощутила, как в груди зазвенели рёбра. Хищный голод превратился в камень.
Она отступила под балку, выровняла дыхание. До рассвета два часа. Грузовики – южные ворота. Значит, нужно закрыть ворота, пока Феликс не ушёл, и перерезать путь к ступеням вертолётной площадки. Северин говорил: на крыше запасной выход к пилоту.
На столе под мостиком лежал пульт. Катарина достала флаксон-мигалку – игрушечный маяк, который она взяла из разбитой пожарной машины. Повернула хронофитиль: пять минут. Защемив зубами чеку, поставила игрушку на край верхней решётки и поползла к северной стене.
Пять минут могут растянуться во вечность.
3:59. Первым взвизгнула сирена на игрушке. Мостик вспыхнул красным светом, нарушая привычный полумрак. Охранники подскочили, хватаясь за автоматы. Феликс развернулся, бросил короткий мат.
Катарина вскочила на нижний трап: магнитная карта щёлкнула в замке. Дверь склада распахнулась. Она потянула за аварийный рубильник – верещали реле, железные ворота, ведущие к грузовикам, опустились, преграждая выезд.
– Тревога! – куда-то завыл динамик. – Блокировка юг-три, сектор C!
Катарина скользнула в грузовой лифт и нажала «Roof». Лифт начал ползти, скрежеща. Позади застонали пули, пробивая перегородку. Она прижалась к полу, чувствуя, как веточки искр рассыпаются над головой.
Двери расползлись, выпуская её на крышу. Ветер рвал волосы, сугробы струились, как мука из прорванного мешка. У вертолётной площадки ждал «Кабан» – тяжёлый телохранитель Феликса, широкая башка над меховым воротником.
Он уже поднимал «Узи», когда Катарина метнула «пищалку». Баночка ударилась о бетон, крошив стеклянные обломки и визжа, как раненая птица. «Кабан» машинально повёл стволом, и этого хватило: в миг она сократила дистанцию, удар ногой под колено – сустав хрустнул. Пока он падал, нож легким мазком перерезал трахею. Хрип, пар кровавого пара – и тихо.
Чьи-то ноги тяжело затопали по трапу. Феликс. Девушка выдернула из кобуры «Кабана» короткий револьвер, – шесть патронов .357. Она встала у вертолёта, держа оружие двумя руками.
Феликс вышел из коридора, опираясь на перила. На него падал лунный свет, будто вычерчивая мелом. В руках – «Эм-пять», курок взведён.
– Кто бы сомневался, – хрипло сказал он. – Думал, слухи. Дочь Охотника. Живо, брось ствол – скажу, куда спрятал серёжки твоей матушки.
– Не понадобятся, – ответила Катарина.
Две тени замерли, разделённые двадцатью шагами и пятнадцатью годами ненависти.
Феликс первым нажал на спуск. Огонь вырвался вспышкой, отсёк левое плечо куртки Катарины – горячее, как прижог. Она рухнула на колено, но в ту же секунду вдавила крючок револьвера. Рикошет – ещё один – третий. Пули гремели, разбивая прожектор, секя листы жести.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.