Сергей Греков – Последняя Арена 11 (страница 53)
Кейра, обвив меня ногами и вонзая мне в спину острые ноготки, сладко стонала. Я же, совершая ритмичные движения и погрузив пальцы в рыжие волосы, целовал шею Великой. Если судить по таймеру права первого удара, уже прошло двадцать минут. Черт… Время уходит.
— Эй, аллё! — возмутилась Лика. — Барс, может их убить? Они же полностью невменяемы!
— Может! — ответил абсолют.
— Будто суккубовскими феромонами надышались. Эй, совокупляющиеся, подъём!
Собрав всю волю в кулак, я отстранился от так и не пришедшей в себя женщины. Увидел на теле следы множественных укусов и царапины. Регенерирующие зелья можно не использовать — целостность залечит повреждения. Материализовал броню и приказал:
— Кейра, очнись!
Великая перестала дергаться. Она с ужасом посмотрела на меня, а после перевела взгляд на Лику со Снежным Барсом. Через миг и на ней возникли доспехи.
«Что это было?» — с испугом транслировала она мысль.
«Не знаю. Не убивай их. Ты получила информацию?»
«Да. Нужно срочно идти к Огюсту. Решать будет он, — Кейра тут же вскинула руки, направив их на занозу с абсолютом. — Стёрла им память. Вроде бы».
«Ясно. Что думаешь насчет слов Объединяющего?»
«Ничего. Решать будет Огюст», — донёсся категоричный образ от Великой.
«Понял. И нам лучше пока что обойтись без прикосновений».
«Согласна».
— Как я здесь оказалась? — спросила Лика, с удивлением крутя головой во все стороны.
— Зачем пришли сюда? — проигнорировала Кейра.
— Эммм… Так это… Ща… Ты сперва скажи: а правда, что задания первостихии распространяются на всех, кто принадлежит этой силе?
Я заметил, как подобрался Снежный Барс.
— Мы только что говорили про это, — вклинился в разговор я, понимая, что явившаяся парочка забыла о ранее увиденном. Раз Лика успела распространить эту информацию, моё чудо уже должна быть в курсе. — Кейра всё знает. И я полностью на стороне команды Огюста.
— М-да? — хаоситка смерила меня уничижительным взглядом. — Ну ладно.
Мне захотелось щелкнуть занозу по носу, а после обнять, но, думаю, эта парочка не поймет порыва.
«Откуда взялось такое странное отношение к ней?» — спросила Кейра.
«Без понятия. Барс странно себя ведёт. Ничему не удивляется. Ты точно стёрла ему память?»
«Скорее всего, нет. Стоит блокировка».
— Мне тоже на колено надо вставать? — спросила Лика у абсолюта.
— Не знаю.
— Тогда попробуем без этих церемоний, — заноза подошла ко мне и протянула руку. После проговорила ехидным голосом. — Благослови, истинный!
Всплыло новое уведомление. Очень надеюсь, что хотя бы сейчас обойдётся без сюрпризов…
Глава 25
— Тварь! — очень громко и крайне яростно прошипела Кейра, нарушая повисшую тишину. В её голосе смешалось всё: боль потери, ужас от осознания произошедшего и неверие в то, что я мог так поступить.
Когда мы гостили в доме Василька, Великая демонстрировала, как работает внесистемное воздействие на аудиальный канал восприятия. Это уже была не просто магия, а какая-то чертовщина, пробивающаяся через все виды блокировок за исключением банальной глухоты. Учителя, потратившие столетия на обучение наследницы трех сотен миров, не зря ели свой хлеб… Проняло даже меня, и это при том, что я находился во внетелесном состоянии, ожидая чего-то подобного. Да что меня? Эльфы и те испуганно прижали уши, непоколебимые Люций и Графиня Славская вздрогнули, а гордые атланты попятились — все они, как и я, были в курсе подоплёки происходящего, но это знание не очень-то помогло против голоса моей любимой женщины.
Некоторые игроки окутывались защитными умениями и зачем-то воплощали оружие, но всё же большинство людей шокировано замерли, смотря на открывшуюся картину.
— Тварь! Тварь! Тварь! — повторяла обезумевшая Кейра. Она раз за разом опускала ногу, давя как мою отсеченную голову, так и оголившуюся промежность. — Тварь! Тварь! Тварь! — будто ничего не соображая, кричало моё артистичное чудо. Во все стороны брызгали ошметки мозгов и капли крови.
В данный момент Великая была похожа не на могущественного и всезнающего серого кардинала, а на обманутую женщину, которая по своей глупости и неопытности повелась на уловки талантливого манипулятора. По её щекам текли слёзы, губы скривились, а красивое лицо превратилось в уродливую маску. Образ свихнувшегося военачальника дополняли ошалелые глаза — в них не было видно и грамма осознанности.
Я знал, что сейчас к разбушевавшейся Кейре подбегут эльфы и попытаются её остановить. Лекси поймает достаточно мощное зелье, которое должно будет аннигилировать обнуленного Фрола и которое заденет саму девушку и Кару-ор-Рона. Следом Морти погасит её сознание. Другие иномирцы тоже не будут стоять без дела, занимаясь нагнетанием обстановки и ещё большим сплочением коллектива.
В последний миг перед переносом я услышал душераздирающий вопль, издаваемый тихоней Беллой. До девушки наконец-то дошло, что только что обнулили того, кого она считала наставником, любовником и кумиром.
Дальше же, как мне сказали, начнётся самая сложная часть плана, но в детали меня не посвятили. Основная причина такой скрытности: для меня это совершенно бесполезная информация.
Моё взаимодействие с армией Огюста завершилось — теперь начинается индивидуальная игра, где я буду выступать в роли терраареносумского пугала, а если на привычный манер: одиночного партизана.
Забавные выверты судьбы… Когда только-только получил скрытый класс, я мечтал накопить сотню знаков силы, чтобы заклинания моей школы не растрачивали ману. По стечению обстоятельств сделать этого не удалось. Потом хотел сохранить в тайне свои параметры и особенности стихийного универсала. И снова ничего не вышло. Теперь же столкнулся с очередным извращенным сюрпризом…
Какие самые страшные грехи в былую и нынешнюю эпоху имелись у различных народностей и разнообразных культур на моей планете? В одних религиях значилось убийство человека или самовольный уход из жизни. В других — неверие или вера во множество божеств. В третьих — надругательство над священным идолом или трусость во время битвы…
Мне же ближе всего то, что описано у Данте Алигьери в «Божественной комедии». На девятом круге ада, вмерзшие в ледяную толщу, бесконечно истязаемые Люцифером, год за годом и век за веком мучимые вечной агонией, томятся они: предатели. Отныне мне суждено обитать бок о бок с Брутом и Кассием, вонзившими нож в спину Цезаря, или с Иудой, продавшим наставника за тридцать серебряников. Хотя всё же мой грех, если говорить откровенно, в глазах людей выглядит более ужасающим, так что итальянскому поэту следовало придумать и специальный, десятый круг.
Раньше Фрол был всего лишь ублюдком, запустившим процедуру призыва внерангового существа. Великий Отсев уничтожил около миллиона игроков. Возможно, из-за потери защитников поселения мы лишились ещё несколько сотен тысяч инициализированных. Это было раньше… Теперь же я стал тем, кто обнулил командующего, на могучих плечах которого громоздились жизни каждого человека. И это я ещё не говорю про миллиарды особей других рас, которые обитают в иных локациях.
Если каким-то чудом мы победим, если среди выживших окажутся люди и если Землю не сметут легионы императора, то каждый узнает, что я пошел против своих. Игроки разнесут эту весть по всем территориям, принадлежащим нашей сфере миров.
В общем, для меня вырисовываются крайне занятные перспективы. Истребляющий станет олицетворением предательства. Хотя не факт, что мы сможем одолеть нашего противника, но в моих планах значится приложить к этому все усилия, на которые я только способен.
Я возродился на новом месте. Первым делом активировал ауру пустоты, затем использовал новоприобретенное умение скрыта артфикса и только потом оценил обстановку. Когда убедился, что мне ничего не угрожает, в очередной раз вспомнил события, произошедшие за последние полчаса.
— … Благослови, истинный! — произнесла Лика, протягивая мне ладонь.
Перед глазами всплыло ожидаемое сообщение:
И снова угроза обнулением… И снова добровольно-принудительная форма… И снова я не знаю, чего ожидать от моей первостихии… Привычная картина.
Я, ощущая исходящую от Кейры гамму противоречащих друг другу эмоций, подтвердил выбор: