Сергей Греков – Последняя Арена 11 (страница 23)
— Это же?.. — ифрит неверяще посмотрел на Великую.
— Превентивный удар по бастиону.
— Откуда?…
— Так бывает, — не стала выдавать мой секрет Кейра. — Нужно максимально распространить этот предмет. Я надеюсь, Акелла ни во что не вляпался?
— Нет, моя госпожа. Он недавно проснулся. Господин, вы позволите?
Я передал кристалл.
— Хорошо, — Кейра кивнула. — Графиня! Мне нужно переговорить с Люцием.
— Он ещё не вернулся, — с легкой тревогой в голосе сказала Славская.
— Как только прибудет, передай, что я его искала. Сейчас сопровождаешь Хоруса. Сперва нужно доставить его к Фарруху. Он знает, что нужно сделать. Потом к Галахаду. Затем проведи его по торговцам, алхимикам и зачарователям. Ты всё успеешь. За двадцать минут до начала будешь свободна. Люций должен вернуться.
— А кузнецы?
— Не требуются.
— Какое направление? — задала непонятный для меня вопрос Графиня.
— Одиночка.
— Поняла. Сделаю.
— Моя госпожа, когда?..
— Огюст, — поморщилась Кейра, — всё, хватит. Я уже стала рядовым бойцом. При этом далеко не самым важным. Через полтора часа ты будешь мной командовать. Обращайся на «ты» и без этикета.
— Слушаюсь, — он склонил голову.
Я чувствовал, что Кейру действительно бесит этот официоз. Очень неожиданное поведение для той, кто привык повелевать с самого детства и пред которой склоняются даже существа, подобные императору.
— Графиня, отправляйтесь! — приказала моё рыжее чудо. Славская подошла ко мне. — Информатор и расширитель с видящей готовы?
— Полностью, — сказал Огюст.
— Хорошо. Херкулес, придется ликвидировать…
Дослушать я не успел, так как ощутил рывок телепорта.
— Рада, что ты жив, — сказала Славская. — Что это было с Огюстом?
— Такое случается, — я скромно пожал плечами. Мне и самому интересно, что это за странный эффект, заставляющий всех иномирцев меня касаться.
— Истребляющий! — пропищал эльф, который отсутствовал в лагере в прошлое мое посещение.
— Здравствуй, Лекси, — мы соединили конечности. — Я отблагодарил первостихию за… Ну ты понял.
— Знаю, Истребляющий. Спасибо тебе! Привет, Графиня.
— Не ожидала тебя здесь увидеть, — улыбнулась женщина.
— Виго Темный последним получил классовый доспех. Больше никого не осталось. Мне тут по большому секрету поведали, что аномалия на вершине Джомолунгмы…
— Мы спешим, — поторопила Славская.
— Конечно-конечно, — засуетился эльф, — там ничего важного, — он тут же испарился.
— Идём… — Графиня уверенно зашагала к Фарруху. Я потянулся за ней хвостиком.
Очень надеюсь, что статус извращенного не вмешается в очередной раз. А то есть у меня смутные подозрения, что усиления гладко не пройдут. В любом случае, посмотрим…
Глава 11
Эта часть лагеря, которая не просматривалась со скального уступа и находилась в отдалении от площадки, где восседали атланты, бурлила. Насколько я заметил, большинство игроков не были участниками Арены — они, видимо, скоро начнут использовать умения для усиления армии Земли.
Повсюду слышались тревожные возгласы и зычные команды. Купленные на аукционе крафтовые материалы сыпались нескончаемым потоком — в некоторых местах уже образовались холмы выше меня. Доносились взрывы. Сверкали вспышки заклинаний. Кипели переносные алхимические лаборатории. Полыхали кузницы. В воздухе зачем-то сражались друг с другом призванные существа.
— Весело живёте, — сказала Графиня Славская, обращаясь ко мне. Она только что приняла на руку непонятно откуда взявшийся огненный шар ранга неофита.
— Извини, — бросил пробегающий мимо мальчишка, умудрившийся дорасти до пятьдесят второго уровня. Хотя возраст, если учитывать десятилетия в безвременье, даже близко не соответствует его внешности.
— Ага, — подтвердил я, решив не упоминать, что фактически сам только что прибыл сюда. — Это нормально? — я всё же не стал строить из себя всезнайку, каким, вероятно, и должен быть подопечный Кейры. Меня заинтересовала странная процессия. Два игрока устроили конвейер смерти: к ним подходили люди и подставляли шеи, а бойцы раз за разом воплощали мечи и сносили им головы.
— Ты про что? — женщина непонимающе посмотрела на меня. Она обвела взглядом зачаровательные тумбы, над которыми корпели артефакторы, непонятные левитирующие растения, разбрызгивающие разноцветные искры, группу трясущихся людей, у которых изо рта выбивалась розовая пена. Всё это было для неё совершенно обыденным.
— Про них, — я кивнул на палачей, которые продолжали лихо рубить головы. На многочисленные убийства никто не обращал внимания.
— Ну… Да, — произнесла Графиня таким тоном, будто я сморозил какую-то глупость. — Жнецы же…
А, ну раз жнецы — тогда ладно. Понять бы ещё, кто это такие и для чего они нужны… Черт побери! Выходит, что среди нашего воинства я не только самый мелкий по уровню и рангу, так ещё и наименее информированный. А ведь в первую неделю прихода Игры всё было совершенно иначе: я знал про иерархию характеристик, про сильные классы, про время вхождения в данж; знал, почему в наш мир пришла система; знал, для чего нужна Арена и какие будут последствия, если мы проиграем. Теперь же, скорее всего, даже тот мальчишка-элементалист лучше разбирается во всех этих вопросах, не говоря уже о вещах, о существовании которых я и не догадываюсь. Такие вот выверты судьбы…
Через пару десятков метров мы подошли к человеку, который и оказался нужным мне Фаррухом. Почему-то я представлял его эдаким чернявым бородатым мужиком, злобно зыркающим на всех из-под кустистых бровей, но в этот раз интуиция меня подвела — обычный светловолосый голубоглазый парень. Он с отрешенным видом монотонно переливал жидкость из колбы в колбу.
— Не успеешь ведь, — ухмыльнулась ученица Огюста.
— И тебе привет. Может быть, на Арене будет свободное время, — пожал плечами Фаррух, — тогда успею. Мне нужно чуть меньше недели. Хорус? — утвердительно спросил он. Графиня кивнула. — Шлем сними!
Я сделал, как он сказал. Игрок осторожно отставил мензурки и приложил ладонь к моей голове. Интерфейс окрасился оповещением:
— До скорой встречи, — подмигнул Фаррух и как ни в чем не бывало принялся снова возиться со склянками.
Вот так просто⁈ Интересное умение у этого человека! Хотя чему удивляться? Не только у меня есть какие-то необычные навыки. Уверен, что тут такой каждый первый.
Я обратил внимание, что у всех, кто прошел отбор, не было ни малейших признаков нервозности. Игроки многое пережили, наверное, поэтому встреча с бойцами императора их не страшила.
Графиня взяла меня за руку, и мы совершили новый прыжок. На этот раз оказались перед тентованным сооружением, у которого стояла небольшая очередь. Карта не хотела показывать, что происходит на территории палатки.
— Сейчас Кот или Галахад? — спросила Славская, обращаясь к спине игрока с прозвищем Саймон.
— Сама-то как думаешь? — неприветливо буркнул он.
— Ты все ещё обижаешься из-за того случая?
— Сама-то как думаешь? — повторил Саймон.
— Ну извини, — какое-либо раскаяние в её голосе отсутствовало.
— Нет.
— Ты чего уровень не поднимаешь? — уточнила у меня Графиня. — Опыта не хватает?
— Хватает, — я тут же использовал снятие ограничителя и свободный уровень. Теперь я официально сорок седьмой. — Мне в артефакториум сейчас или потом?
— А сам-то как думаешь? — передразнивая Саймона, произнесла Славская.
Я кивнул и перепрыгнул на левитирующую в открытом космосе площадку. Подобрал знак силы и уверенно вложил его в ячейку с расстоянием. Двадцати секунд времени существования мне хватало, изменение скорости на десять метров в секунду уже не сыграет значимой роли, длина потока подходящая, объем шаров не имеет смысла, остальное лучше и вовсе не рассматривать. В общем, могу себя поздравить: траты на заклинания элементализма теперь уменьшены на девяносто девять процентов.
Остаётся всего один минерал… А, может, всё-таки раздобыть ещё один кристалл? Уверен, что Огюст поможет с этим. Тогда смогу постоянно находиться под стихийной свободой и бесперебойно использовать заклинания ранга мастера.
Хотя, учитывая особенность извращенного, не удивлюсь, если произойдёт какая-нибудь гадость, после которой мой ранг упадет до неофита. Так что рисковать не буду. Вернулся обратно.
Вскоре за нами встало ещё несколько человек. Через пару минут появился игрок с именем Мезенцева. Шестьдесят третий уровень. Поверх доспеха она была облачена в черное одеяние с глубоким капюшоном, на лице — серебряная маска. От неё распространялся гнилостный аромат. Также чувствовался едва уловимый шлейф от ацетона, призванный, видимо, заглушить тошнотворный запах. Безуспешно. Во взгляде Графини отразилось сочувствие.