Сергей Гордиенко – Кольцо времени. Рассказы (страница 3)

Через два дня следователь Долгий, вызвав меня снова на допрос. Смотрел на меня как-то с жалостью. И словно что-то хотел сказать. И когда я попросил его организовать мне встречу с Олей, хоть бы на минутку, чтоб всё ей объяснить, он подумал и вдруг сказал:

– А стоит ли тебе с ней встречаться? Да и вообще?

– А что не так? – не понял я. – Я же вам рассказал, что из-за неё сюда приехал, ну и всё остальное.

– Так-то оно так, – снова подумав, сказал следователь. – Только зря ты к ней приехал. Я поговорил с её подругой Галей, надеюсь, знаешь такую и которая жалеет тебя. Это она сказала, что зря ты приехал. В общем, слушай. Когда ты дембельнулся и уехал домой, Ольга честно ждала тебя целый месяц. Письмо тебе сразу написала, ждала ответа. Но ты не ответил. Она поняла, что ты её обманул. Ну и немножко понесло её сторону. В ресторане познакомилась с одним парнем. Он живёт в Ужгороде. Работает учителем музыки в школе. И Ольгу туда хочет забрать и устроить в ту же школу и тоже учителем музыки. И всё у них хорошо. Но приехал ты. Действительно, зачем?

Я попросился в камеру. Мне надо было прийти в себя и хорошенько подумать.

Лёжа в камере с закинутыми за голову руками, я понял, что совершил ошибку, приняв решение вернуться сюда. Вспомнил, что вслед мне крикнул Николая Иванович: я могу вернуться назад, если поверну кольцо в обратную сторону.

Но кольцо, как и часы, и деньги у меня изъяли. Что же теперь делать?

И тут меня осенило. Я застучал в дверь и попросился срочно на допрос к моему следователю.

Вскоре меня привели к Долгому.

– Товарищ капитан, – сказал я, – у меня к вам будет большая просьба. Вы же знаете, я ни от чего не отказываюсь. Всё подписал. Прошу вас, выполните одну мою просьбу.

– Хорошо. Говори.

– Я хочу увидеть своё кольцо, которое забрали, перед тем как водворить меня в камеру.

– Не понял, – хмыкнул Долгий.

– Дело в том, что это кольцо для меня как талисман, как обет, который я дал на верность Ольге. И мне, чтобы этот обет перестал действовать, просто необходимо надеть это кольцо на палец и снять. И снять его уже навсегда.

Следователь улыбнулся.

– Это что-то вроде заклинания?

– Да, точно. Это как магия. Моя магия. И уверяю вас, она работает.

– Ну хорошо, – снова хмыкнул Долгий.

И вот мне принесли это моё кольцо, вернее не моё, а какого-то неизвестного. который назвался Николаем Ивановичем. Я разволновался. Не знаю, мне и хотелось и не хотелось возвращаться назад. Я снова стал молод, вся жизнь впереди. Ну отсижу семь лет и снова вернусь в этот чудесный город Мукачево, самый красивый город на земле. Но вот только сидеть буду не один я. Иван и Петро тоже. Ладно я. Но они за что? Хоть пусть меня и выдали. Счастье не может быть счастьем если кому-то тюрьма. И зачем я буду рушить только что создавшуюся новую жизнь Оли и того музыканта из Ужгорода.

Я осторожно надел кольцо на палец и вспомнив вагон, в котором ехал домой с вахты, повернулся его на сто восемьдесят градусов против стрелки. И вновь, как и тогда, все передо мной будто перевернулось, в голове что-то зашумело, словно зажужжал пропеллер, и я куда-то полетел. В какой-то как будто чёрный туман.

Открыв глаза, я обнаружил себя сидящим на полке тихо покачивающегося вагона. Тусклый свет, тихо спят люди. А рядом сидит Николай Иванович. И улыбается.

– Может ещё чаю?

Но какой там чай. Я был как чумной и соображал с трудом. А может, мне это только что приснилось? Но чувства от всего пережитого были настолько яркие и всё произошедшее было настолько явным, что я был на сто процентов уверен, что я действительно побывал в Мукачево.

Но в себя я приходил бы ещё наверное долго, если бы Николай Иванович не провёл несколько раз своей рукой перед моими глазами.

– Ну так как насчёт чая? Думаю, вам будет полезно.

За чаем мы мало-помалу снова разговорились. Я рассказал ему обо всём.

– Всё же хорошо, что назад было можно вернуться. А скажите, – вдруг спросил я, – вы кто?

– Я? – он улыбнулся. – Ну скажем, я такой же как Вольф Мессинг. Выступаю с концертами, произвожу с людьми психологические опыты.

– О, это, конечно, интересно. Вы гипнотизер, значит. Так может вы меня загипнотизировали и всё мне просто показалось? Но, позвольте, а как же кольцо? Ведь оно явное, вот оно на моём пальце. Да, надо ж вам его вернуть.

Я начал с пальца снимать кольцо.

– Погодите, – остановил он меня рукой, – может, вы ещё хотите куда нибудь вернуться?

– Опять гипноз? – теперь уже улыбнулся я. – А кстати, как ваша фамилия? Может, я где-то читал про вас. Такие люди как Вольф Мессинг, Ванга мне были всегда интересны.

– Моё сценическое

имя Крант. Николай Крант.

Я начал вспоминать. Нет, я вроде не слышал о таком артисте.

– Увы, впервые слышу это имя. Крант. Что-то мне напомнило лишь Канта.

– О, Иммануил Кант это имя! Его произведение Критика чистого разума пока что остаётся вершиной философии. Но с некоторыми его умозрениями я не согласен. Например, он говорит, что время не существует само по себе, что оно лишь в воображении человека. Но если он признаёт существование Бога в виде звёзд на головой и нравственности внутри, что очевидно, то получается, что Бог руководит воображением людей. А это не так. Бог дал свободу воли. А воображение это и есть воля. И тогда Бог существует. И Бог управляет временем. И выходит, что время само по себе не может существовать.

Николай Иванович сделал глоток и снова посмотрел на меня с улыбкой.

– Ну так что, Сергей, продолжим?

И я, чуть подумав, кивнул.

– Давайте.

Глава вторая

Долго думать мне было ни к чему. Я часто вспоминал то время, когда пришёл из армии. Это время – самое лучшее, наверное, не только для меня, а и для всех парней, отдавших долг Родине и вставших на совершенно новый путь жизни. Всё что было до армии, всё было в сущности детством. И только эта пора открывала путь в настоящую взрослую жизнь. Перед тобой открыты были все двери. Открывай любую и иди. Иди вперёд к своему счастью. И у меня была такая дверь. Дело в том, что, учась в десятом классе, к нам в класс пришла новая девушка. Звали её Люда. Она с семьёй переехала к нам откуда-то из Белоруссии к своим родственникам, которые переехали в наш посёлок два года назад. Люда была очень красивая девушка. Я как только её увидел, сразу вспомнил недавно прошедший у нас в клубе индийский фильм Месть и Закон. Люда была твк похожа на Басанти. Не знаю, влюбился я в неё или нет, но она мне очень нравилась. Мы дружили, после кино я провожал её домой. Целовались. Но впереди была армия, и планов никаких я не строил, тем более любовных да ещё семейных. Главное было отслужить, а уж потом всё остальное. Впрочем, неизвестно как бы у нас всё сложилось, если бы однажды она не уехала. Её родителям что-то у нас не понравилось, и они решили вернуться обратно в Белоруссию. Короче, я её потерял. Вспоминал о ней часто, узнавал про неё. Она после школы уехала в Ленинград. А я после армии захотел стать моряком торгового флота. Хотел мир повидать, побывать в разных странах. Кстати, это, наверное, была главная причина, что я не вернулся в Мукачево. И вот, узнав, что такая мореходная школа есть в Ленинграде, я написал туда письмо. Ответ пришёл быстро. Я собрал необходимые документы и поехал в город на Неве.

В приёмной комиссии мне сказали, что теперь нужно ждать вызова. Довольный я вернулся на вокзал, но до поезда было ещё много времени, и я решил прогуляться по городу. И вот, идя по Невскому проспекту, вдруг неожиданно увидел её, Люду.

Она шла с подругой, о чём-то весело болтая. Сердце у меня подскочило от радости. Она, увлечённая беседой, прошла мимо, не заметив меня. Я повернулся и только хотел её окликнуть, как вдруг что-то меня остановило. После я много раз думал, почему я её не догнал, не остановил, не обнял. Но, видимо, потому же, из-за чего я не вернулся к Оле. Впереди открывались двери в новую яркую жизнь. Но яркая жизнь, как потом оказывалось, была всегда вот именно тогда, в тот день, в тот час и в ту минуту, которые никогда не вернуть.

Но вот теперь есть шанс всё исправить. Я повернул кольцо. Мир снова передо мной перевернулся, и я, молодой, полный сил, оказался на Невском проспекте. Но уже я был спокоен. Той ошарашенной мысли, какую я испытал в первый раз, уже не было. К такому развороту я был уже подготовлен. И я знал, что сейчас увижу Люду. Да, всё произошло как и тогда. Мне навстречу идёт она со своей подругой. Я, улыбаясь, встал перед ней.

– Здравствуй, Люда.

Она как онемела, глядя на меня так, будто увидела чудо. Впрочем, это ведь чудо и было.

– Серёж, ты? – наконец, выдохнула она.

Через минуту мы уже непринуждённо разговорились, как и что.

– Ну что ж мы стоим? – спохватилась она. – Идём!

Она взяла меня под руку и мы пошли, без умолку разговаривая друг с другом. Её подруга, молча, шла рядом.

Люда училась в институте, жила в общежитии. В общежитие мы и пришли.

Домой я не поехал. Даже не поехал на вокзал, чтоб сдать билет. Слишком дорога была для меня каждая минута. В комнате у девчат было чисто и уютно, как-то по-домашнему. На окне сиреневая занавеска, на подоконнике цветы. Сперва пили чай, потом я сбегал в магазин купить вина. Подругу Люды звали Ирина. Она была очень красивая девушка. Худощавое лицо с пронзительно синими глазами и чёрные шелковистые волосы, лежащие на плечах. И фигурка у неё была что надо. Стройная, с очень соблазнительными изгибами. И я… влюбился в неё. Да, Люда тоже, конечно, была красивая, как уже говорил, похожая на Басанти из Месть и Закон, но Ира, стрельнув в меня своим взглядом, пронзила моё сердце как стрелой. Наверное, я тоже ей понравился, что она не переставала стрелять в меня глазами. Я начал уделять ей знаки внимания, по-видимому, даже больше чем Людмиле. Но Люда, как мне показалось, не ревновала. Напротив, даже улыбалась, но как-то настороженно. Дело в том, что у Люды, как она сказала есть жених, и скоро у них предстоит свадьба. Но и у Иры тоже был парень…