Сергей Горбонос – Душный наемник. Том 2 (страница 2)

Два астероида смогли беспрепятственно приблизиться и ударить в бронированный бок пиратской базы. Не смотря на внушительные габариты, к большим разрушениям это не привело. Разворотило парочку бронелистов, в открытый космос стал вырываться газообразный поток, видимо из-за поврежденной магистрали систем жизнеобеспечения. Но это не та проблема, что может навредить космической станции. Сами же астероиды рассыпались мелкими осколками и ничего более.

— Ну, вот. Структура пористая, сильно не ударишь. Впрочем, этого и не требовалось. Они разбились на достаточно мелкие фракции — это главное.

— Брат, сей пророк деградации просит повторной связи.

— Еще бы. Сейчас расскажет какие мы идиоты. Соединяй.

И снова на мониторе появилось едва влезавшее в экран красное лицо пирата:

— Боже, какие же вы идиоты! Аха-ха! А ведь я давал вам возможность пожить еще немного, — он демонстративно поднял указательный палец так, чтобы его было видно на мониторе. — Но теперь все, питание переподключено. Сейчас включу щиты и…

Палец опустился вниз, видимо нажав активацию щитов. И… Связь пропала. А на обзорном мониторе засияли яркие огни взрывов. Один за другим отсеки станции разрывало. Это не стало её полным уничтожением, но треть отсеков была серьезно повреждена. Восстановление займет много времени и денег.

— Вот и всё. Скажем спасибо местным астероидам. Здешний лёд очень «грязный». Аммиак, метанол, угарный газ. Всё это становится крайне нестабильным коктейлем при резком повышении температуры, как например при активации энергощита станции. Не лучший вариант, когда рядом прорыв системы жизнеобеспечения. Все равно, что спичкой утечку газа проверять. Цепная реакция вполне способна вывести из строя часть станции, через которую проходит заблокированная ветка системы жизнеобеспечения. Наша миссия на этом моменте окончена. Трэм, передай бравым колонистам, что они могут выдвигаться на штурм станции. Как и было оговорено, дальше ребята действуют сами. Или у вас есть возражения, леди Дарквуд?

— Нет-нет, капитан. Мне просто было интересно понаблюдать за всем происходящим. Я до последнего не верила, что с помощью астероида и льда получится навредить космической станции. Кстати, вы давно проходили психологические тесты?

— В этом нет нужды, леди Эвелин, к тому же… секунду, — Молох удивленно поднял руку, на которой был закреплен коммуникатор. Находясь в удалении от любых станций шанс, что до него кто-то «пробьется», был ничтожно мал. Тем не менее, аппарат упорно просил принять вызов. Вызов от Катарины Лонг. — Госпожа Лонг? Что-то случилось?

— Случилось, Молох. На представителя гильдии наёмников, было совершено покушение. Корабль Морган был взорван прямо в нашем доке. Сама Рида в больнице. Я понимаю, что у тебя миссия, но ты бы не мог вернуться побыстрей на Гефест?

— Я вас понял, госпожа Лонг. Мы немедленно возвращаемся!

Глава 2

Плохие воспоминания. Старые плохие воспоминания, никак не связанные с местом, где Молох находился сейчас. Медицинский корпус верфи Гефест-Дальний. И капсулы экстренной регенерации. Именно они послужили основой для проведения экспериментов над ним и братьями. Но это сейчас не важно, ведь только такой аппарат мог спасти жизнь его подруге.

Рида была в капсуле. Погруженная в глубокий сон до восстановления тканей. Подключённая к системам жизнеобеспечения. Не нужно быть медиком для понимания серьезности положения. Взглянув только на внешние повреждения, становится понятно, что дела у Морган хреновые. Кожа в рубцах и ожогах. На ногах и руках синтетические шины, стабилизирующие кость во время регенерации. Био-броня не выдержала, но, если бы не она, все не закончилось бы переломами и ожогами, пусть и такими тяжелыми. Рида умерла бы в доках.

— Здравствуй, капитана! — Вот и Доминго. Кто бы мог подумать, что этот веселый и неунывающий пилот мог так переживать. Черные круги под глазами, лицо осунулось. — Как видишь, мы забыть, что война никогда не кончаться. Забыть, что умирать можно везде. Хотеть ненадолго пожить, как люди… Нельзя забывать.

— Не говори глупостей, Доминго. У всего есть причины и исполнители, и неосязаемые стихийные силы тут ни к чему. Всегда есть тот, кто виновен и кому нужно оторвать голову. Осталось только понять, кто виноват. Вы в последнее время не ссорились ни с кем?

Пилот цокнул языком и скривился. В этот раз приходилось вытягивать ответы буквально клещами.

— Доминго.

— Мы ремонтировать наше корыто после награда гильдии. Хорошие деньги — хороший ремонт. Просидеть в доках, не делать «вжух-вжух». Я думать… думать это вы переходить дорога. Может пираты. Может Стальной Кулак. Капитана заказывать э-э-э… некоторые вещи на ваше имя. Получать скидка. Думаю… Думаю, они хотеть взрывать вас. Но мы не винить, друг, мы всё понимать. Мы сами виноват.

— Ты уверен, что заказанная на мое имя техника не могла сдетонировать случайно? Скидки не просто так дают.

Пилот вздохнул и как-то странно дернул рукой. Поднял ее вверх и вытянул из рукава куртки недопитую бутылку вина.

— Я брать, когда грузить. Это наша «техника». Все ящики. Может детонировать только изжога.

— Дай посмотреть ближе, — Молох взял бутылку, проверяя её со всех сторон. Стекло, этикетка, надписи. Открыл небольшой бокс и достал лабораторный пузырек. В нем лежали какие-то таблетки, в которые наёмник вылил вино. Посмотрел на забурлившую алой пеной жижу. Отлил еще немного, но уже в пустой пузырек.

— Ваше вино полное дерьмо, Доминго. Такая паленка, что на уши не натянешь. И под видом дорогого алкоголя… кто вообще рассчитывал впарить такое и избежать последствий?

— Да? А мне нормально. Да и Джо проверяла вино и говорить, что оно отменное.

— Всё проверила? Каждый ящик?

— Эм… нет. Мы так быстро его грузить… из-за определенный причина, что потом никто ничего не смотреть. Тащить и грузить, тащить и грузить. Могли не заметить. А я не знать точно. Привык пить что гореть. Мешать с коньяк и корабельный топливо — получаться отличный букет, крепенький такой.

Но его ответ Молоху сильно не понравился. Наёмник навис над пилотом и поднял бутылку на уровень глаз и медленно повторил:

— После продажи такого, не избежать последствий. Любой, кто не мешает вино с корабельным топливом, почувствует разницу. Но продавец не побоялся. Почему, Доминго?

— Потому что… Потому что… Он знать, что никто не… Ах безлактозный сын бананового рафа! Я находить мудака и обижать проктально, что родной гинеколог не узнать! Он до конца дней уринотерапией будет лечиться! Я лицо этот чОрт на нога одевать!

— Вот такой настрой, мне нравится. Не хочешь прогуляться к логистам, поинтересоваться от кого прибыл груз?

— О-о-о-о! Орошать их счастье от мой встреча бурный поток. С радостью сходить! Только надо найти Джо. Она ходить к лечащий врач, узнавать здоровье капитана.

— Подожди… Эвелин тоже хотела сходить к врачу. Получается, они обе там. И… Доминго, ты ведь тоже слышишь это?

— Кто-то греметь минут десять чем-то тяжелый? Слышать. А почему ты спроси… ой бля! Быстрее, друг! Мы должны спасти медицина от медицина!

За свою жизнь человеку приходится повидать много страшных вещей. Но, так или иначе, среди них найдутся те самые «наистрашнейшие воспоминания». Пробирающие холодом тело и душу. Так вот, для бедного врача, занимавшегося лечением Риды Морган, эти «самые страшные воспоминания» формировались в данный момент.

— Дорогой, ну открой дверь. Тебя две дамы просят. Мы с тобой не больно поговорим. Мы ведь коллеги. Тебя успеют реанимировать. Милый, ну давай, открой дверку.

Слов было не разобрать, но, судя по радикально-отрицательной интонации, «милый» в реанимацию не хотел.

— Ты, придурок жизни, что там бухтишь⁈ Ты что ей назначил⁈ — А вот госпожа Дарквуд, была куда более радикальна в высказываниях. Она отошла в сторону и притащила стул для посетителей. Крепкий, прочный, местами сильно железный. Села на него и, казалось бы, спокойным голосом произнесла. — Послушай д… доктор. Я понимаю, что у тебя было тяжелое детство. Рос без матери, с двумя отцами, но это не значит, что нужно ломать жизнь другим. Та бурда, что ты выписал для лечения нашей подруги, безусловно, поставит её на ноги. Но побочка будет такой, что придётся проходить повторный курс, а может и два. Я понимаю, ты решил немного заработать на перспективном пациенте. Но нужно ведь учитывать, что деньги достаточно сложно брать, когда… КОГДА У ТЕБЯ НЕТ РУК!!!

Она больше не сидела на стуле. Теперь они вдвоем использовали его как таран. Замок не выдержал совместного напора. А дальше, до ушей двух мужчин-наёмников, стали доноситься душераздирающие крики засевшего в кабинете доктора.

— Они его там убивать. Надо что-то делать.

— И почему ты говоришь это мне, Доминго, а не делаешь?

— Ты в броня, Молох. Есть вероятность, что ты выживать. У меня такой шанс нет вообще.

— Разумно. Ну, я тогда пошёл.

— Иди.

— Иду.

— Идешь?

— Ну, иду…

…

— Знаешь, Доминго. Уважаемые корабельные доктора, заняты. Было бы невежливо с нашей стороны их отвлекать. Давай лучше навестим логистов. Или у тебя есть возражения?

— Никак нет, товарищ капитана. Только хотел вам предложить.

Офис логистов встретил Молоха с распростертыми объятиями. И это относится не только к рядовому персоналу, ведь даже начальник отделения специально вышел и пригласил наёмника в кабинет. Ага, наёмникА, потому как Доминго, хитрый жук, вспомнил, что ему надо «срачно спердолить по важный дела, капитана». На самом деле, динамики Молоха уловили голос Джо. Так что дело Доминго, вполне могло быть достаточно «срачным». Но раз помощи не просил, то и парень не стал вмешиваться. А логисты… с ними оказалось куда меньше проблем, чем ожидал Молох. Милые, обходительные, готовые помочь люди… к которым до этого уже заходил главмех верфи. Так что желание оказать помощь, фонило со всех щелей.