Сергей Гончаров – Главное зеркало (страница 7)

– Привет, – вздохнул Захар.

Ему не нравилось общаться именно с этим двойником. Угнетала нищета, угнетала посредственность этого человека, угнетало отсутствие тем для бесед. Вероятно, это единственный двойник, с которым он бы предпочёл не общаться вовсе. Однако зеркало считало иначе и соединяло с ним достаточно часто. Инвалид входил в топ тех, с кем Захару приходилось общаться больше всего.

– Чего такая мина кислая? – двойник, как всегда, сидел правым боком к зеркалу и что-то делал руками на коленях.

Как-то он рассказал, что занимается хэндмейдом и хоть какие-то деньги этим зарабатывает. На них он, кстати, смог купить себе компьютер и теперь осваивал профессию копирайтера.

– Да есть вообще от чего, – сказал Захар. – Про убийство уже слышал?

– Слышал, – кивнул двойник. – Уже поползли панические слухи.

Захар несколько мгновений подождал, может собеседник ещё что-нибудь скажет, но тот мастерил что-то на коленях и молчал.

– Что думаешь по этому поводу? – поинтересовался он. – Как ни крути, а это касается нас всех?

– Да ну?! – произнёс инвалид. – С чего бы это касалось нас всех?

– Я ещё толком не знаю, но мне так кажется. Есть в этом убийстве что-то подозрительное… Да что я несу! – неожиданно вспылил Захар. – В этом убийстве всё подозрительно! Начиная с того, что это убийство во время разговора!

– Я ничего подозрительного не вижу, – отстранённо произнёс двойник.

Он поджал губы и что-то выкручивал за пределами видимости. Захар, конечно, мог привстать и посмотреть, чем занят собеседник, но его это не интересовало.

– Ты же знаешь, в каком он жил мире, – сказал инвалид. – Там много убивают. Ну, убили его. Печально. Не более.

– Печально. Не более, – как эхо повторил Захар. – Ты хоть понимаешь, что речь идёт о тебе! Какой-то тип вламывается в квартиру и убивает тебя во время разговора! Уже одно то, что это произошло во время разговора, то есть он открыл дверь и увидел зеркало! Работающее зеркало!

– И что? – косо глянул на собеседника двойник. – Ну, увидел. И что?

– Это кто-то, с кем мы все знакомы! – повысил голос Захар. – Не исключено, что он завтра придёт убивать тебя!

– Не придёт, – помотал головой двойник. – У меня, во-первых, нет знакомых. Никаких. Во-вторых, у меня брать в квартире нечего.

Захар шумно выдохнул. Конечно, в словах двойника имелось зерно истины, но он, кажется, многого попросту не понимал. Или не хотел понимать. У Захара так и просились на язык крепкие слова, характеризующие умственное развитие двойника.

– Послушай! Ты что, реально не понимаешь?! – поёрзал на стуле Захар. – Этот «кто-то» целенаправленно пришёл убить. Тебя, меня. Нас. Он знал куда и во сколько идти. Понимаешь? Он сумел войти в квартиру бесшумно! В твою квартиру! И он убил. Убил тебя, меня. Часовщик рассказал, что у него возникло стойкое чувство, что он знает этого человека. Значит, знаем его и мы! А если это так…

Захару пришла идея о том, что происходит, но он решил пока ею не делиться.

– У тебя богатая фантазия, – сказал инвалид. – А ещё ты всё слишком усложняешь. Вломился бандит, убил человека, а ты тут придумываешь…

– Я? Придумываю?! – ткнул себе в грудь Захар.

– Хорошо, не ты, – двойник искоса глянул на собеседника. – А Часовщик. От ужаса ему померещилось, что он знает убийцу. Вот и всё. А может и правда знает. Тут я тоже не вижу ничего запредельного. Мир Апокалиптичного сильно не походил на наши. Вполне вероятно, что этот человек есть у вас в окружении. Но в ваших мирах он примерный семьянин и хороший работник. А там его жизнь заставила пойти на такое… Если забыл, то Апокалиптичный рассказывал, что и сам пару раз магазины грабил. Такая у него жизнь была. Тут ничего не поделаешь.

– Ты так рассуждаешь, будто речь и не о тебе вовсе идёт, – сказал Захар.

– Не обо мне, – ответил инвалид. – Я жив. Сижу в кресле. Разговариваю с тобой. А то, что кого-то убили… Ты что мне предлагаешь? Бояться? Да я за свою жизнь набоялся больше, чем вы все вместе взятые! – с неожиданной злобой произнёс он.

Захар поджал губы. Внезапно он почувствовал необъяснимое чувство вины. Представил себя на месте собеседника. Как он всю жизнь, каждую ночь, смотрел на самого себя в сотнях миров и видел одну и ту же картину – при том падении с гаража пострадал лишь он. Остальные отделались испугом и синяком.

– Хорошо, – согласился Захар, чтобы не развивать тему. – А то, что убийца открыл дверь, а связь не прервалась, как ты объяснишь?

Двойник молчал, работая руками. Затем поднял деревянную куклу с конечностями на шарнирах. Поделка, конечно, ещё не окончена, но даже в таком виде казалась уродливой, даже пугающей. Инвалид покрутил её перед глазами. Руки и ноги куклы безвольно двигались. Двойник вернул её на колени, доделывать.

– Почему связь не прервалась? – сам у себя поинтересовался колясочник. – А вот не знаю! Но уверен, что это как-то легко объяснимо. Как говорится, чудес не бывает.

– Согласен, – кивнул Захар. – Не бывает. Совсем. Никогда. И мы сейчас с тобой не говорим. И вообще мы не один и тот же человек из параллельных миров. Чудес ведь не бывает.

– А ты смешной! Знаешь, как я тебя называю при общении с другими? – инвалид сразу ответил на свой вопрос. – Кипишной, – двойник искоса глянул на Захара и продолжил возиться с куклой. – Иногда Суетным! Так рьяно что-то пытаешься мне доказать и даже сам не знаешь что. Спорить с тобой одно удовольствие. Есть на что посмотреть!

– Я тебе клоун что ли?! – нахмурился Захар.

– Зачем так грубо и так шаблонно? – инвалид снова поднял куклу и покрутил перед глазами. – Я разве говорил, что ты клоун? Я сказал, что ты смешной, и мне интересно за тобой наблюдать.

– По-твоему…

– Только не надо у меня спрашивать: «По-твоему я обезьяна в клетке?».

Захар прикусил язык. В этом всё общение с двойниками. Иногда они прямо мысли читали, ведь и сами думали аналогично.

– Всё, давай, конец связи, – буркнул Захар, поворачиваясь к свече.

– Как хочешь, – пожал плечами двойник, по обыкновению даже не глянув на собеседника.

Захар дунул на свечу. Пламя покосилось, как дерево в ураган, а в следующий миг исчезло. Ванная ухнула в непроглядную тьму. Завоняло гарью и воском. На сетчатке глаза ещё плясал огонёк над стиральной машиной. Захар толкнул дверь и вышел в коридор. Взял стул. Колёсики стукнули о дверную коробку.

Ещё оставалось время, чтобы поиграть во «Время эльфийских чудес» и построить улучшенную казарму. Настроение беседовать с двойниками из других миров пропало. Не хватало, чтобы зеркало соединило ещё с кем-нибудь неприятным, или занудным.

Лучше поиграть в игру.

***

Захар заставил себя лечь на диван в половину пятого утра. До подъёма оставалось чуть более четырёх часов. На работу он ездил к десяти. Дорога в метро занимала около двадцати минут, плюс пешком. Контора, если так можно назвать небольшой заводик электрооборудования, располагалась рядом со станцией, поэтому он точно знал, сколько понадобится времени. А даже если и опоздает, то не страшно. Начальник на опоздания трудолюбивых сотрудников смотрел сквозь пальцы. На всём предприятии на опоздания смотрели сквозь пальцы. Витали слухи, что вот-вот установят СКУД и за опоздания начнут штрафовать, а пока имелись лишь бесполезные пропуска. Охрана и так знала в лицо большинство сотрудников.

Проснулся Захар даже раньше, чем зазвонил будильник. Первым делом глянул на часы – половина двенадцатого. Сонливость как рукой сняло. Захар вскочил… и сообразил, что в настенном приборе надо заменить батарейки. Посмотрел время на телефоне – восемь утра.

Появилось желание лечь и доспать, но он понимал, что не получится. Поплёлся в ванную. Тёплые струи воды окончательно привели в чувство. Захар попил воды. Собрался и вышел из дома.

Небо хмурилось, грозило разразиться дождём. Некоторые люди шли в лёгких куртках. Прохладный воздух покусывал кожу. Такое оно, непредсказуемое московское лето. Непредсказуемее только питерское.

Захар засунул руки в передние карманы джинсов и быстро зашагал к метро. По открытым участкам кожи забегали мураши. Несколько раз ему показалось, что начало покапывать, но дождь всё не начинался. Захар надеялся, что успеет добраться к сводам метрополитена, перед тем, как польёт будто из ведра.

Когда он находился в прямой видимости от спуска в подземку, полил дождь. Сразу и резко с неба хлынули мощные потоки. Пришлось немного пробежаться. Рядом люди тоже ускорились. В итоге у входа возникла небольшая пробка из-за тех, кто доставал или складывал зонты. Захар не стал дожидаться очереди, а попросту прошёл к проёмам для выхода, откуда на летний период сняли тяжёлые двери. Навстречу попался мужчина с короткой стрижкой и едва заметным вертикальным шрамом у левого глаза. Захар сбежал по лестнице и двинулся по переходу к стеклянным дверям.

И тут осознал, кого только что встретил.

Мгновение сомневался, затем развернулся и бегом бросился обратно. У выхода собралась толпа, ожидавшая, когда закончится ливень. Через этих людей пришлось весьма некультурно протолкнуться. Никто ему ничего не сказал, но цокнули многие. Наконец Захар оказался на границе дождя и укрытия. Край станционной крыши находился прямо над ним. Капли падали на кроссовки, но на другие части тела не попадали. Лило настолько сильно, что видимость упала до сотни метров. От остановки отъезжали сразу два автобуса, полные людей. Больше Захар никого в округе не видел. Тогда он встал на носочки и обвёл взглядом толпу.