Сергей Голдерин – Титаны: Перерождение (страница 11)

— Почему ты с кочевниками? Насколько я понял, тебя здесь не особо любят.

— Кто-то должен спасать слабых, — пожал плечами Лай. — Ты считаешь смерть спасением?

— А было бы лучше, если бы они страдали? Ты видел рабов. Никто не доживает до следующего набега, — нахмурился титан.

Я заметил, что он не сказал о женщинах.

— Тебе не кажется, что бороться со следствием, тем более, таким путем, не имеет смысла? — задал я провокационный вопрос. Сейчас я балансировал на тонком льду.

— Что ты хочешь этим сказать? — посерьезнел Лай.

— Я хочу сказать, что эти набеги и есть причина смертей и слабости. Ты говоришь, что те, кого ты убиваешь, слабы, потому что они не смогут выжить. И убиваешь ты их из-за милосердия. Но они жили вполне себе нормально, пока не появись мы, — развил я свою мысль.

— И что? Если не мы, то кто? Нападет стадо ящеров или другое племя. Все равно они все погибнут. Вспомни свою деревню. Где она теперь? И выжили ли твои родные?

— Мои родные живы, — уверенно сказал я, — и как ты можешь заметить, выжил и я.

— Да, ты сильный, и быстро развиваешься. Если все в твоей деревне настолько сильные, то они могли выжить. Вот только ты ошибаешься. Ты выжил только потому, что я так захотел, — недобро посмотрел на меня гигант.

— То есть ты считаешь себя вправе решать, кто будет жить, а кто нет? — начал заводиться я.

— Все мы смертны. Если кто-то найдется сильнее меня, то он будет решать: жить мне или нет.

— Например, Голова?

— Например, Голова. Вот только он не сильнее меня один на один. Будь бой между нами, я бы победил.

— Выходит, он сильнее потому, что у него есть сторонники? — закинул пробную удочку я.

— Выходит, что так, — задумался титан.

— Получается, если слабые собьются в кучу, то они сильные? Как тогда это вяжется с твоим пониманием, что слабые не могут выжить в этом мире? Ведь вы сами нападете на селения, где много людей. Разбиваете их устой, толпой убиваете сильных и забираете в качестве

рабов тех, кто слабее. В конечном итоге, несете за собой лишь разрушение под благородным предлогом спасения от мук слабых, — я встал и начал ходить из стороны в сторону.

— Я не привык думать так много. Мне хватает и того, что я могу спасать тех, кого не заберут в плен.

— У тебя была семья, — вдруг озарила меня догадка. — Да, — посмурнел Лай.

— И где они сейчас?

— Я их спас. Голова напал на наше селение. Я видел, как на моих глазах убивают и насилуют моих соседей. Воины умирали один за другим. Детей забирали в рабство. Я не хотел, чтобы эта участь постигла мою семью. Мне пришлось их спасти.

— И ты их убил, — припечатал я.

— Я их спас! — взревел титан и навис надо мной.

— Если ты такой спаситель, то почему не убьешь Голову⁈ Вызови его на бой, победи. Стань сам Головой. Ты же говоришь, что сильнее его! — в ответ закричал я.

— Мне не дадут это сделать, — вмиг успокоился Лай и сел на траву. — Голова хитер. Я уже пробовал. Его прихвостни подстроили так, что я получил травму, в итоге, я проиграл бой. Голова не стал меня убивать, а заставил отрабатывать долг жизни.

— Получается, если сменится Власть, ты последуешь за новым Головой?

— Зачем? Что от этого изменится? Мы также будем нападать на деревни. Также будем грабить и убивать.

— Если я стану Головой, ты последуешь за мной? — прямо спросил я этого гиганта. Лай-ен встал, подошел ко мне и заглянул в глаза. Долго, очень долго он сверлил меня тяжелым взглядом. Я же стойко выдержал это. Ни на секунду, не сомневаясь в своих силах.

— И что ты будешь делать, когда им станешь? — спросил он меня.

— Я не буду больше нападать на деревни. Мы соберем воинов и найдем большое селение. Заключим сделку с вождем или я брошу ему вызов. После того, как деревня нам подчиниться, мы найдем еще одну, потом еще. И так будем делать, пока не станем огромной силой. Построим большое селение. Где не придется бояться нападения, где

воины будут защищать всех, где не будет больше страданий. — на полном серьезе заявил я.

— Хахах! Ха-ха-ха-ха, — басовито залился смехом мужик. Смеялся он долго и со вкусом. Причем, искренне и не зло. — Я согласен, я помогу тебе, малой. Ты много сильнее всех, кого я встречал. Сильнее не телом, но духом. Маленький Голова, я последую за тобой или погибну в бою. Вот мое слово! — серьезно закончил Лай-ен.

Так закончился наш разговор с моим первым последователем, другом и наставником в этом мире. Осталось дело за малым: совершить переворот в этой шайке бандитов. Старый план побега был выкинут из головы. Я решил создать нечто новое в этом мире.

Глава 7

План я решил составить, исходя из тех данных, что мы имеем. Я непраздно шатался с бандитами, а наводил справки и прикидывал расположение селений. Так я узнал что нужное мне селение находится в тридцати днях пути на север, если брать с запасом. Следующий набег состоится месяца через полтора. Этого допустить я не могу, значит, у меня есть месяц, чтобы подготовиться к перевороту.

Итак, вырисовывается следующий план. Месяц мы с Лай-еном готовимся. После, совершаем переворот. Еще месяц уйдет на подготовку к походу и утряску брожений среди кочевников. Скорее всего, меня попытаются убить в течение первых дней, но это решаемо. Потом нужно будет ввести некоторые правила. Поэтому я и заложил месяц. Это время мы будем идти к нашей цели, сли ничего не выйдет, то придется бежать.

Как совершить переворот в группе дикарей из пятидесяти разумных? Они, в первую очередь, уважает личную силу. Преданность тут явление редкое, хотя имеет место быть. У нынешнего Головы есть, минимум, десять ярых последователей. Еще человек двадцать, которых все устраивает, но особого рвения в защиту атамана не имеют. Осталось восемнадцать человек, которые примкнули не так давно, там есть, как и отъявленные ублюдки, так и те, кто затаил злобу. С ними будет проще и сложнее одновременно.

Чтобы получить власть, я решил вызвать на бой Голову. Бросить вызов может каждый, но не у каждого достаточны сил на это. У меня же есть козырь в виде магии. В этом мире я не видел шаманов или пользоваться магией

ей никто не умеет. Осознанно, по крайней мере. Так, Лай пользуется своей энергией для укрепления и усиления тела, но делает это неосознанно.

Бросившему вызов нужно пережить сутки в лагере до начала боя. Как правило, на подготовку дается один день. В свое время, именно на этом и подловили здоровяка Лая. Сутки он не спал, ожидая нападения от кочевников, двоих он даже убил, но сам получил несколько непростых ранений. В итоге, вышел на бой измотанным.

Я же могу спрятаться в такую нору, что меня не найдут. Лай-ен же светиться с этим переворотом до боя не будет, чтобы его не посчитали сообщником. Так что шансы велики. Еще один фактор, который влияет на мою уверенность в победе, так это впечатлительность и первородный страх к грому и молнии у титанов. Не знаю с чем это связанно, но все великаны до дрожи боятся раскатов грома, вспышек молний и прячутся как можно глубже в шатры или пещеры.

Готовился я к бою в постоянных спаррингах с Лайем. Для этого мы уходили в лес, якобы на охоту, и весь день спаринговались. Здоровяк орудовал в одной руке дубиной, во второй держал костяной нож. Именно этим оружием привык пользоваться Голова. Противник он был неудобный, широкие и мощные взмахи дубиной не давали сократить дистанцию, а в ближнем бою нужно было опасаться ножа. Я же использовал свой костяной меч.

И вот настал день Д, час Ч, секунда С. Я был готов бросить вызов. Хотя готов — слишком сильно сказано, но времени ждать уже не было. За прошедший месяц я делал упор на ловкость. Сейчас это будет залогом моего выживания. Правда, в спарринге с Лай-еном так ни разу и не выиграл, но и заклинаний я не применял.

Я подошел к шатру Головы и специально громко вызвал его.

— Голова, выходи! Я, Юа, свободный воин, бросаю тебе вызов, прими с честью свою смерть!

На несколько секунд во всем лагере воцарилась тишина. Все в недоумении уставились на меня. Прошло, примерно, пятнадцать секунд, которые растянулись для моей персоны на все десять минут. И из шатра вышел Голова.

Это был высокий и худощавый титан с лысой головой. Про таких говорят, долговязый. Его лицо было испещрено множественными шрамами. Он был с голым торсом и в набедренной повязке. На его фоне я смотрелся первоклашкой перед старшеклассником.

Голова смерил меня насмешливым взглядом, скрестил руки на груди и сказал:

— Ты, верно, решил умереть, сопляк?

На это я лишь бросил ему в ноги принесенную с собой голову Раптора.

Атаман нахмурился и продолжил:

— Чтобы бросить вызов мужчине, нужно быть самому мужчиной. Ты еще не дорос. Сейчас же ты прямым текстом заявил, что хочешь стать рабом.

— Мне исполнилось шестнадцать, — на это многие недоуменно переглянулись, — просто я низкий. А что касается рабства, то попробуй! Скольким ты готов пожертвовать, чтобы сделать из меня раба?

— Хооо, — протянул атаман, — давай поступим так, я принимаю вызов. Но если ты проиграешь, ты станешь моим личным рабом! Твоя жизнь превратиться в сплошную боль, — злорадно усмехнулся Голова.

— Я согласен! — на этих словах я развернулся и ушел через толпу к себе в шатер. Все, теперь у меня есть время до завтрашнего заката. По традиции, бои состоятся на закате следующего дня.

Когда зашел в шатер, схватил с топчана шкуру и открыл замаскированный лаз. Нору я вырыл заранее, такой глубины и размера, что ни один титан не пролезет. Также, замаскировал вход. Я должен быть свежим к началу боя.