Сергей Глазков – Шаман по выходным. или, Чукча, однако… (страница 6)
ИГНАТЬЕВ: Где спать будешь: в зале или спальне?
РОМАНОВ: На кухне. Поближе к холодильнику.
ИГНАТЬЕВ: Правильно. Бросай вещи и пошли жрать. Здесь недалеко замечательное местечко есть, где очень вкусно готовят.
Игнатьев забирает у Романова чемоданы и заносит в спальную комнату.
РОМАНОВ: «Фаст Фуд» и картошка фри?
Игнатьев снисходительно качает головой.
ИГНАТЬЕВ: Чукча ты, однако… Жрать нужно здоровую пищу, а не эрзац. Пошли.
Игнатьев обнимает Романова за плечи и выводит из квартиры.
36
Романов и Игнатьев играют в бильярд в бильярдном клубе. Пьют пиво и едят чипсы.
ИГНАТЬЕВ: Ты помнишь, как мы в наряде картошку жарили прямо на спирали, а капитан застукал? Плитки-то не было. Замыкание могло произойти в любой момент…
РОМАНОВ: Вкусная была картошка, не то, что эта гадость.
Он показывает на чипсы, которые тут же отправляет в рот.
ИГНАТЬЕВ: Золотые были времена. Армия!
РОМАНОВ: Это потому, что всё, как на ладони. Сразу было видно, кто друг, а кто так.
ИГНАТЬЕВ: А давай выпьем за армию?
РОМАНОВ: Давай. За нашу родную российскую армию!
Они чокаются кружками с пивом, выпивают и закусывают чипсами.
РОМАНОВ: А ты чем занимаешься?
ИГНАТЬЕВ: Журналистскими расследованиями.
РОМАНОВ: Так ты у нас литератор, однако…
ИГНАТЬЕВ: Ну, до литератора я пока не дорос, а вот в хорошего журналиста превратился.
РОМАНОВ: Что расследуешь?
ИГНАТЬЕВ: Преступления. Но в отличие от тебя – опера – я разоблачаю преступников не в суде, а на станицах глянцевых журналов.
РОМАНОВ: А те, кого ты разоблачаешь, тебя не бьют?
ИГНАТЬЕВ: Случается и такое…
37
Эдик и Рома сидят в засаде во дворе дома Игнатьева.
ЭДИК: Его так просто не возьмешь.
РОМА: Смотри. Я кое-что для него приготовил.
Рома показывает кусок водопроводной трубы.
РОМА: Против лома нет приема!
ЭДИК: Только бы он раньше нас не заметил.
РОМА: А мы его здесь подождем. Он обязательно мимо пройдет.
В арку двора входят Романов и Игнатьев.
ЭДИК: Идут!
Романов и Игнатьев останавливаются у входа. Видно, что они выпившие.
ИГНАТЬЕВ: Классное место! Я в этом клубе всегда зависаю, когда хочу расслабиться.
РОМАНОВ: Я думал, что ты с женщинами расслабляешься. Ты ж у нас всегда ходоком был.
ИГНАТЬЕВ: Всему свое время, Коля. Совмещаю и то, и другое.
РОМАНОВ: Почему до сих пор не женился?
ИГНАТЬЕВ: Не нашел ту – единственную, ради которой я пошел бы на этот шаг. А ты?
РОМАНОВ: Ты же знаешь, Егор, что Таня уехала и забыла меня. Да и её родители были против. Особенно Надежда Сергеевна.
ИГНАТЬЕВ: До сих пор по ней сохнешь? Коля, ты не прав! Посмотри вокруг, сколько красивых женщин. И все хотят нашей любви!
Мимо них на большой скорости проезжает машина, из которой высовывается рука с пистолетом. Номера машины заляпаны грязью. Романов успевает заметить пистолет. Он толкает Игнатьева, сам прыгает в сторону. Звучат несколько выстрелов. Машина увеличивает скорость и выезжает со двора.
Романов бросается к Игнатьеву. Игнатьев тяжело ранен, говорит через силу. Романов набирает на мобильнике номер скорой.
ИГНАТЬЕВ: Коля, это все «Природа»… Она опасна…
РОМАНОВ: Я знаю. Ты только не переживай. Всё наладится.
ИГНАТЬЕВ: «Арта»… Я собрал… компромат… Главный редактор Павлов… Они…
Игнатьев теряет сознание. Романов дозванивается до скорой.
РОМАНОВ: Алло? Скорая? Капитан Романов, следственный отдел. Ленинский проспект, 119. Срочно! Огнестрельное ранение. Игнатьев Егор Иванович. Жду.
Романов сбрасывает вызов и набирает следующий номер.
РОМАНОВ: Алло? Полиция? На Московском проспекте только что стреляли в журналиста Игнатьева…
Рома отбрасывает водопроводную трубу в сторону.
РОМА: Эдик, пошли отсюда.
ЭДИК: Рома, его сейчас можно взять тепленьким!
РОМА: Я под мокруху не подписывался.
ЭДИК: Какая мокруха? Мы же не стреляли.
РОМА: Эдик, раскинь мозгами! Через минуту сюда привалит мусарня. Загребут. Ты хочешь сутки чалиться на нарах, пока они разбираться будут?
ЭДИК: Нет.
РОМА: Пошли. Мы его в другой раз повяжем.
Рома и Эдик покидают засаду.
38
Полицейские Лукин и Рыков допрашивают Романова. Романов сидит на стуле посередине кабинета и улыбается своей широкой улыбкой. Рыков ходит за его спиной, а Лукин за столом составляет протокол опроса.
РЫКОВ: Прекрати улыбаться и отвечай! На меня твои улыбочки не действуют.