Сергей Глазков – Дурь (страница 16)
Осин скептично хмыкает.
ОСИН: Заявление?
ШУТОВ: Да.
ОСИН: Из чего я делаю вывод, что вы не хотите заниматься этим делом.
ШУТОВ: У меня и без него дел по горло.
ОСИН: Странно это слышать от вас, капитан. А, может быть, вы не боретесь с наркоторговцами, а крышуете их.
ШУТОВ: Считайте, как хотите, гражданин Осин. Мне это по барабану.
ОСИН: У меня сестра от этой заразы погибла.
Шутов вздыхает и с сочувствием смотрит на Дмитрия Осина.
ШУТОВ: Идемте в кабинет. Там поговорим…
Корольков рассматривает фотографии, висящие на стенах квартиры Щербаковых. На них изображена мать Зарины Щербакой – актриса местного театра, в разных театральных постановках и образах. Среди фотографий мелькают афиши, на которых не только фамилия матери, но и отца-режиссера. В шкафу под стеклом стоят несколько театральных статуэток. Комнату входит Зарина, несущая поднос с чайной посудой. Она ставит его на круглый стол, расставляет чашки, чайник, сахарницу и блюдечко с печеньем.
ЗАРИНА: Это моя мама. Она когда-то была примой в театре.
КОРОЛЬКОВ: А сейчас?
ЗАРИНА: Она на пенсии, но время от времени выходит на сцену.
Они садятся за стол. Корольков помогает Зарине сесть, отодвигая и придвигая её стул. Зарина ждет, когда за столом умостится гость.
ЗАРИНА: Я вас слушаю, товарищ следователь?
КОРОЛЬКОВ: Что вы можете рассказать по поводу смерти Серафимы Журавковой?
Зарина пожимает плечами.
ЗАРИНА: Я ошарашена этой новостью.
КОРОЛЬКОВ: Это и всё?
ЗАРИНА: А что еще? Я узнала об этом утром, когда приехала из Москвы.
КОРОЛЬКОВ: Поездом?
Зарина отрицательно качает головой.
ЗАРИНА: Машиной.
КОРОЛЬКОВ: Не боитесь ездить на такие дальние расстояния?
ЗАРИНА: Я уже привыкла.
КОРОЛЬКОВ: Что вы там делали?
ЗАРИНА: Бегала по магазинам.
КОРОЛЬКОВ: Что можете рассказать о Серафиме?
ЗАРИНА: Серафима – серая курица, которая без папы и мамы ничего не значит.
КОРОЛЬКОВ: Вы довольно резко говорите о своей подруге.
ЗАРИНА: Я бы сказала: откровенно. Я говорила ей это в лицо, когда она собралась уехать от родителей.
КОРОЛЬКОВ: Куда?
ЗАРИНА: В собственную квартиру.
Дмитрий ставит подпись под заявлением и передает его Шутову.
ШУТОВ: Всё?
Осин что-то припоминает.
ОСИН: Нет.
Он лезет в карман, достает конверт и протягивает его Шутову.
ОСИН: Вот.
Шутов с недоумением смотрит на конверт.
ШУТОВ: Что это?
ОСИН: Деньги.
ШУТОВ: Какие деньги?
ОСИН: Те, которые мне дал начальник смены Исаков за молчание.
Шутов понимает, что это может быть «подстава». Он подходит к двери, оставляет ее приоткрытой, а затем возвращается на место.
ШУТОВ: Ты не хочешь их оставить себе?
ОСИН: Не хочу.
Шутов с удивлением смотрит на Дмитрия Осина.
ШУТОВ: Ты написал о них в заявлении?
ОСИН: Нет.
Шутов кладет перед Дмитрием Осиным листок бумаги.
ШУТОВ: Пиши.
Осин кладет конверт рядом с листком и начинает писать. Шутов читает его заявление, а затем поднимает глаза на Осина.
ШУТОВ: Ты уверен, что водителем КамАЗа, в котором перевозился ангидрид уксусной кислоты, был Густав Винс?
Осин отвечает, продолжая писать:
ОСИН: Да.
Шутов на некоторое время задумывается, отвернувшись к окну. Затем закрывает дверь и подходит к Осину.
ШУТОВ: Написал?
ОСИН: Да.
Шутов забирает у него листок с конвертом и вместе с заявлением прячет их в сейф.
ШУТОВ: Никому не рассказывай о том, что был здесь.
ОСИН: Конечно.
ШУТОВ: Я тебя вызову, когда понадобишься.
Осин встает со своего места.