Сергей Галимов – Такси времени (страница 4)

В сущности, она была права. Ведь все они были знакомы всего несколько часов, и выкладывать душу совсем постороннему человеку вряд ли кто захочет. Исключение был Павел, и это подсознательно Дима почувствовал, исходя из опыта общения с преступниками, которые припертые к стене неопровержимыми доказательствами, вынуждены были откровенничать. Да, и будучи на «зоне» многие занимались перепиской совсем с незнакомыми женщинами, красиво изливая свои души на нескольких листах.

– Хорошо… Так, в 94 году я окончил школу милиции и попал в уголовный розыск. Жил с мамой на ул. Гагарина… Женился в 98 году. С женой мы познакомились за год до свадьбы. А в 96 году я получил звезду, стал старшим лейтенантом…Что еще?… Какими я занимался уголовными делами?… Сразу действительно не вспомнить. Нужен какой-то толчок. …Надо будет прессу почитать, – рассуждал Дима.

Он и не предполагал, что будет так трудно вспомнить события именно десятилетней давности. Беспорядочно вспоминались какие-то фрагменты из жизни, но неизвестно какого срока давности.

– Иногда знаковые события возникают после неприметных на первый взгляд встреч, – сказала Валентина Николаевна, почему-то сделав ударение на последнем слове.

– Видимо нам нужно какое-то время для этого. Давайте пока займемся насущными проблемами: жильем, добычей еды, денег, документов. Жить как-то надо… Думки какие есть у кого?

– Ну, жилье-то у нас пока есть. А вот на счет еды и денег. Я, например, могу пойти на колхозный рынок и подработать там продавцом у азербайджанцев, – предложила Смирнова.

– Не боитесь, что Вас узнают.

– Нет, в то время я была более стройной. Ну, еще очки одену солнечные.

– Хорошо. А ты, Павел?

– Я думаю можно подзаработать на железнодорожной станции, на разгрузке вагонов. Было дело – я там подрабатывал. Силы есть. Деньги там платят сразу… Удобно

– Поаккуратней там. Издалека присмотрись. Не дай бог, на знакомого нарвешься.

Павел кивнул головой и через паузу, взглянув из-под лобья, спросил:

– А Вы будете мою Анну искать?

– Это самое главное. И время нельзя терять. Кстати, если ее дома нет, то где можно ее найти?

– Она работала по сменам на ткацкой фабрике.

– Это на улице Ткачей или Коммунаров?

– На Ткачей.

–Хорошо. Представляешь, если мы изменим твое прошлое? Вернешься обратно, а там семья, дети…

Павел отвернул голову к окну. Видимо его задело за живое.

– А мне что делать? Тоже на разгрузку вагонов?– спросил Егор.

Дима задумался. Он как-то не очень надеялся на студента.

– Можешь в лес сходить за грибами.

– Да какие сейчас грибы, – проснулась Мария Петровна, – у меня, вон, сушеные есть, если надо.

– Спасибо, бабушка. Грибы действительно еще рано.

– А давайте я схожу в архив, библиотеку. Ведь нам надо узнать что-нибудь из истории этого места и этой часовни? – с надеждой в глазах спросил Егор.

– Верно, Егор, молодец. Ну, все расходимся. Еще раз предупреждаю, не забывайте где мы находимся. Встречаемся все в доме напротив, как стемнеет. Если кто встретит девчонок, тащите их сюда.

Глава 2

Света Удалова и Алла Мунирова дружили с детства. Жили в одном дворе, ходили в один садик, в одну школу. На пару поступали в педагогический университет. Обе провалились и вот уже год работали в маркете на ул. Строителей. Внешне казалось, что они подруги «не разлей вода». Но на самом деле, их друг возле друга удерживала простая привычка быть вместе и что-то еще, что они тщательно скрывали от всего мира.

Алла была доброй девушкой. Это была заслуга ее бабушки. Родителей она видела редко. Оба военнослужащие, и по роду своей службы не могли уделять дочери достаточно много времени. Крепкое телосложение, смуглая кожа и черные волосы ей достались от папы, у которого были татарские корни. От мамы – грация и скромность.

Света же, наоборот, на внешний вид казалась хрупкой и скромной девушкой, но за маской добродетели скрывалась жестокая и расчетливая душа.

Все свое время они проводили во дворе. В их доме было немного детей. Всего три девочки и один мальчик. Дружбу свою они начинали еще в песочнице. Потом пошли в один садик, в одну школу и даже в один класс. Вместе делали уроки. И как обычно это бывает – наступила пора любви. В Сергея влюбились все три девочки. Света и Надя – третья девочка из их компании, даже вели счет: сколько раз на них посмотрел Сережа, сколько раз разговаривал, кому нес портфель и т.д. Алла же никому не поведала о своей любви и тихо вела дневник. Мальчик никому предпочтения не давал, но с Надей у них было одно хобби – аквариумные рыбки. Света, самовлюбленная эгоистка и избалованная вниманием родителей девочка, была вне себя от ярости. Даже попыталась завести аквариум с дорогими рыбками. Родители для нее были готовы и крокодила купить. Но рыбки быстро всплыли брюхом вверх, и аквариум был закинут в дальний угол чуланки.

В тот год, недалеко от их дома, началось строительство новой телефонной станции и вчетвером они часто бегали туда играть в прятки, дочки-матери и в другие игры, ими самими придуманные. После того, как аквариум был заброшен, у Светы в голове родился страшный план. Она все обдумала заранее. Когда они в очередной раз играли в сыщиков-разбойников, она специально завела Надежду на самый верхний этаж и, уличив момент, столкнула подружку вниз в проем между бетонными плитами.

Надя разбилась насмерть.

Когда они сбежались на крик, Алла сразу заметила возбужденность Светы, горящие торжествующие глаза смотрели на погибшую подругу без всякого сожаления. И она прямо задала вопрос:

– Это ты сделала?

– Отстань от меня! Она сама упала, – раздраженно ответила Света и пошла спокойно домой.

Несколько раз Алла пыталась вывести Свету на откровенность, но натыкалась на такой холод в глазах, что ей становилось не по себе. После каждой такой попытки Алла порывалась разорвать с подругой отношения. Но не хватало силы воли. Да и что она могла сказать? Свои догадки, чувства? И кто послушает девятилетнюю девочку?

И вот, когда она услышала версию Димы Петрова об искуплении грехов, совершенных в 1996 году, Алла сразу взглянула на подругу. Та опустила глаза. Природная тактичность не позволила девушке во всеуслышание рассказать о преступлении подружки.

Уличив момент, когда мужчины ушли в дом напротив, Алла сказала Валентине Николаевне, что им надо в туалет. Выйдя из дома, Алла сразу развернула подругу к себе лицом и сказала:

– Если мы действительно попали в 96 год, то ты понимаешь, что это твой шанс все исправить?

– Что ты имеешь в виду? – Света и сейчас пыталась вывернуться.

– Хватит! Ты прекрасно меня поняла! Идем немедленно домой. Нас все равно никто не узнает. А пока идем – подумай хорошенько, как это предотвратить. Иначе у нас не будет шансов вернуться.

Алла подтолкнула Свету в спину и та безропотно подчинилась.

Город практически был таким же. Только вместо Президента Путина везде были портреты Ельцина и Зюганова. Стояли старые газетные киоски. На центральной улице, которая в 2006 году вся была в магазинчиках, бутиках и офисах, были старые Гастрономы и булочные. Огромных рекламных щитов и в помине не было. В центре города еще стояли старые не спиленные развесистые деревья. Автомашин на улицах было немного, никаких пробок. Сначала девушки с интересом глазели по сторонам, но чем ближе они приближались к дому, тем больше их охватывала дрожь. Каждая думала о своем. Алла – о родителях, бабушке, которая была еще жива в 96 году. А Света – как избежать позора. Мысли о спасении подруги ее даже не навещали.

Не доходя квартала до своего дома, они увидели, как в троллейбус запрыгнули три девочки и мальчик. При виде их у Аллы подкосились ноги, и она упала без чувств.

Сколько времени прошло, она не знала. Светы рядом не было. Видимо, она воспользовалась моментом и сбежала. У Аллы было жутковатое чувство после того, как она увидела саму себя и своих друзей. Она сидела на траве, в шоковом состоянии. Видеть себя со стороны, при желании даже можно было заговорить или дотронуться до себя самой – это было вне ее понимания. Кружилась голова. Почему-то стало жалко себя, и самопроизвольно полились слезы. Немного успокоившись, Алла сделала главный вывод из происшедшего – Надя еще была жива!

Она встала с травы, отряхнулась, пальцами расчесала свои волосы. «Ладно, хоть в кусты меня затащила» – подумала Алла про подругу. «Что делать дальше? Что предпримет подружка? Вернуться к остальным? Или…» – стали перед ней один за другим возникать вопросы. Сколько она пролежала в кустах, Алла не знала, потеряла счет времени.

В конце концов, любопытство взяло верх, и она осторожно пошла к такому родному и одновременно такому далекому дому. Во дворе стоял один грибок и песочница без песка. Ни качелей, ни горок, ни домика, что построил какой-то депутат накануне выборов, не было. Она присела на лавочку возле своего подъезда. «Ведь я только пару часов назад вышла отсюда» – ее не отпускала мысль, что это какое-то кино. Душа ее рвалась домой, но разум останавливал. «Надо выждать» – поставила перед собой цель Алла.

Но ее ждало еще одно потрясение. Во двор вошла ее любимая бабушка. Алла закрыла лицо руками, у нее опять, уже рекой, полились слезы. Она хватала ртом воздух, пытаясь успокоиться. Надо было убегать, но она словно приросла к скамейке. Сердце прыгало внутри с бешеной скоростью. Ведь это была ее баба Катя. После ее смерти Алла не разговаривала два месяца, настолько было сильным потрясение.