Сергей Фрумкин – Улей (страница 14)

Григ вздохнул:

– Я не знаю. Все каюты перепутаны. Нет нормальных коридоров, нет уровней. Помещения соприкасаются между собой, как шарики в коробке. Если нужно будет найти дорогу, я не смогу… да и никто не сможет. Конечно, Старшие Братья…

– Хватит об этом! Что еще необычного?

– Наверное: люди. Они не так едят, не так разговаривают, ни о том думают. Особенно… – Григ прервался.

– Что «особенно»?!

– Особенно женщины. Они какие-то…

Отец пристально заглянул в глаза сыну.

– Не думай о глупостях, – серьезно, но без гнева напомнил он. – Времени не так много – всего несколько часов. Судьба Братства в твоих руках, Григ! Помни об этом! Помни и действуй!

Глава 5

Григ открыл глаза. Резкость восстановилась не сразу, а в голове ощутилась тяжесть, словно туда залили свинца… Брат лежал на большом мягком диване перед столом из неизвестного сплава в огромной полутемной зале, уставленной такими же столиками и едва освещенной полосками света по краям неровного потолка сложной формы. Кругом тишина, и ни одной души… кроме сидящей напротив Линти и еще – двух бартерианцев, замерших, словно изваяния, выше по лестнице – в полумраке их не сразу удалось заметить. Линти сидела на диване, облокотившись на стол и склонив голову на руки. Вероятно, дремала.

Какое-то время Григ не мог определить, куда попал. Позже вспомнилось диковатое веселье «дискоклуба», скопище молодежи, оглушающая музыка, бесноватый свет прожекторов… Ничего такого не осталось. Вокруг было тихо, спокойно, красиво, умиротворенно. Таким клуб показался Брату гораздо уютней.

Только что прервавшийся сон отчетливо отпечатался в памяти. Григ рос здоровым парнем – ему редко снились сны. Тем более – настолько четкие и реалистичные. Чем больше Григ осознавал увиденное, тем сильнее нервничал. Отец – Бог, он может все. Нет ничего странного, что даже во сне Отец следил за ним и явился, чтобы помочь, подсказать, чтобы напомнить, зачем Григ попал на лайнер тарибов и чего от него ждут. Парню стало стыдно. Отец застал его в минуты слабости. Сын позволил напоить себя какой-то вкусной отравой, позволил себе съесть больше, чем требовал организм, потерял контроль над ситуацией и даже заснул… Обидно! Григ заморгал, подавляя слезы. Такой позор!

Но Отец ведь не ругал его, он почему-то все еще в него верил. Ждал реальных действий. А что Григ сделает? Когда придет время, заставит капитана подчиниться? Но как?! Капитана охраняет целый взвод вооруженных людей, за ним следят камеры и глаза роботов по всему кораблю. Попробуй оказать нажим – Грига попросту пристрелят или засадят под арест в какой-нибудь отдаленной комнате этого ненормального лабиринта помещений. В любом случае, толку никакого – один вред. Если Григ провалится, враг не только уничтожит лазутчика, враг окажется предупрежден! Тогда шансы Братства упадут настолько, что лучше было бы Григу тихонько сидеть в «Улье», смотреть фильмы, играть в игры и не корчить из себя героя.

А что значит «управлять человеком»? Капитан, насколько Григ его помнил, выглядел самоуверенным, заносчивым, гордым. Убедить такого невозможно. Обмануть? Но как можно «обмануть» человека, если на его корабль нападает абордажная группа – сказать: «не волнуйтесь, это мои друзья – они хорошие, никого не тронут, посмотрят и уйдут»? Пообещать «улучшить жизненные условия»? Опять же, что может пообещать Младший Брат тарибскому капитану? У того и так есть все: положение, деньги, власть, превосходный огромный лайнер. Чего еще желать? Что есть у Грига такого, чего нет у них здесь, на «Эльрабике»?

Григ ощутил полное бессилие. Задача не имела решений. По крайней мере, не стоило и думать решить ее за два дня, один из которых, к тому же, Брат провалялся, прикованным к постели. А второй день… Сколько времени он спал?

Григ сел, оказавшись прямо напротив Линти. В тишине умершего клуба можно было даже различить дыхание альтинки. Золотистые светлые волосы в беспорядке покрывали стол. Сейчас, спящей, девушка казалась такой беззащитной, такой безобидной, такой красивой… что вызвала непонятное Григу чувство жалости, желание сделать так, чтобы никакая сила не посмела дотронуться до этого инопланетного существа, обидеть его, причинить ему боль или вред… Да этому существу ведь никогда ничего и не грозило, до тех пор, пока не появился он, Григ, со всем своим Братством…

Григ задумался, глядя на разбросанные по столу волосы. Почему-то у него возникло сильнейшее желание дотронуться до этих тонких, золотистых локонов. Он протянул руку, но Линти тут же подняла голову. От ее взгляда Брат в очередной раз вздрогнул.

– Ты не спишь? – удивился Григ.

Линти усмехнулась, но промолчала, с умилением разглядывая Младшего Брата, словно тот сказал очередную глупость.

– А где все? – Григ оглянулся вокруг. – Сейчас ночь?

– Нет, Григ. Нету никакой ночи. – Линти улыбнулась мягкой и доброй улыбкой. – Мало кто в мире не отказался ото «сна» – бессмысленное занятие. А «ночь» происходит только на планетах, и то не на всех. Клубы на «Эльрабике» работают круглосуточно, без перерывов.

– Тогда где же люди? Почему нет музыки?

– Мы с Кани всех выгнали.

– Почему?

– Чтобы не мешали тебе спать.

Григ посмотрел удивленно. Выгнать всех ради одного него? С чего вдруг такая честь?

– И они ушли?

– Ты понимаешь, – Линти опять улыбнулась. – Мы ведь не простые пассажирки. И у меня и у Кани очень серьезные родители. Нам трудно отказать. Мы попросили, чтобы клуб закрылся – нас послушались. Клубов много – ничего страшного, переживут.

– Здорово!

– Что здорово?

Григ немного помрачнел.

– Когда у тебя такие родители…

Линти грустно хмыкнула.

– Не очень-то, – поймав взгляд Грига, она поспешила добавить: – То есть, конечно, у меня очень добрый и хороший папа, и «здорово», когда тебя все уважают, когда слушаются, когда заботятся. Но… Это ведь так скучно! Нельзя сделать ни одного шага, чтобы за тобой кто-то не присматривал. Ты всегда думаешь, чего бы не натворить, чтобы не уронить достоинства, чтобы никто ничего не сказал, никто не так не посмотрел. Чтобы родителям не стало стыдно, чтобы не пострадал их авторитет… Ты всегда следишь как ходить, во что одеваться, кому улыбаться, с кем сохранять дистанцию, что можно сказать, а о чем лучше помалкивать. И все время: этикет, этикет, этикет…

– Этикет? Кани…

Линти засмеялась.

– Ну да! Но это только здесь. Видел бы ты ее месяц назад! Тут мы отдыхаем, расслабляемся… но и то… Вон, – Линти кивнула в стороны лестницы, где застыли бартерианцы. – Ни шагу без охраны, ни минуты без надзора… Разве так живут? – альтинка стукнула кулачком по столу. Григ изумленно проследил за ее импульсивным движением.

– А вот ты, – глаза Линти вдруг восторженно засверкали, пронизывая Грига до самого позвоночника. – Ты свободен. Ты идешь за светом. Ты делаешь то, чего хочет сердце. Ты паришь в космическом пространстве, летишь, куда вздумается, рискуешь жизнью, не прячешься от опасностей и никто не может остановить тебя, никто не следит за тобою, никто не держит на привязи, никто не сдувает пылинок, никто не дрожит за тебя от каждого ветерка…

– Да, но…

– Как я тебе завидую!

Григ посмотрел изумленно. Линти говорила правду – ее глаза заблестели от влаги. Непонятно почему, но при виде слез в голубых глазах альтинки, Григ почувствовал острую боль где-то на уровне груди и привкус горечи во рту. Ему захотелось помочь. Сделать хоть что-нибудь такое, чтобы вернуть этим красивым глазам их радостное живое свечение.

– Но в этом нет ничего такого…

– Для тебя нет!

– Но мы можем вместе…

– Что?! – Линти резко выпрямилась, в упор посмотрев в глаза Младшему Брату.

– Я говорю: мы можем выйти вместе… – неуверенно и запинаясь повторил Григ.

– Куда выйти?

– В космос.

– В одноместном кораблике?

Григ улыбнулся ее наивности:

– Парусники не строят для детей. Даже вдвоем с тобой мы в полтора раза легче нормального мужчины. Нет ничего невозможного – немного неудобно и все.

Линти бросила беглый взгляд на бартерианцев.

– Когда? – шепнула она.

Ее глаза так засверкали, что Григ понял, что пути назад уже нет – ничто и никто теперь не остановит молодую альтинку. По крайней мере, только не он…

– Да хоть сейчас, – почему-то тоже шепотом отозвался Брат.

– Не на долго?

– Да…

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, как заговорщики перед бунтом.

– А они? – Линти кивнула на свою охрану.

– Возьми с собой, до ангара. Они же тебя не остановят?

– Они – нет. Болер – может.

– Но они же не побегут к Болеру жаловаться?

– Нет, не побегут…

– Ну… так что?

– Идем! – Линти встала и громко произнесла: – Техник!