Сергей Фомичев – Возвращение рейдера «Нибелунг» (страница 23)

По новому графику одна пара кораблей всегда находилась на орбите,в то время как две другие занимали позиции на окраине системы. Пары менялись местами через каждые две недели.Постоянное пребывание в космосе плохо сказывалось на здоровье, поэтому корабли, что находились на орбите, отправляли половину экипажей на поверхность. Это позволяло людям проводить на планете с нормальной тяжестью и под защитой магнитного поля каждую шестую неделю службы. В случае тревоги, шаттлы доставили бы людей на борт через час-полтора, в крайнем случае через два. Труднее, пожалуй, было бы найти их и вытащить их из кабаков и борделей. Но на этот счет Ада Демир договорилась с военной полицией.

Она все больше доверяла своему старпому и когда на дежурство уходил «Принц», без колебаний передавала Лемэтру командование эсминцем. Самой графине следовало оставаться в центре паутины, которую они плели с Вальтером. Так что большую часть времени оба проводили теперь на поверхности Новой Австралии. Должность Ады Демир подразумевала возможность руководить боем с поверхности или чужого корабля, а её личный шаттл дежурил прямо на дворцовой площади.

Виктория понемногу оживала, возвращаясь к довоенному образу жизни. И это выглядело немного абсурдно. На самом деле почти вся остальная планета пребывала в разрухе, отчего столичная праздность и суета создавала впечатление театральных декораций.

Население увеличивалось с каждым днем. После разгрома повстанцев в Викторию перебирались все уцелевшие, пережившие оккупацию дворянские семьи вместе со слугами и работниками. До сих пор они прятались в каких-то отнорках, выдавали себя за простолюдинов или воспринимались повстанцами слишком незначительными для мести. А теперь остатки элиты стекались под защиту армии и флота.

К ним добавлялись те, что возвращались из эмиграции. Генерал Гоже и графиня Демир запретили восстанавливать имения за пределами Центральной провинции. Так что по больше части вернувшиеся из эмиграции аристократы обитали в Виктории, ожидая развития событий. Зато мужчины пополнили собой Королевскую конную милицию. На неё генерал Гоже и переложил контроль над территориями, оставив при себе в резерве лишь один армейский батальон. Остальные войска вернулись на Барти.

Бездельники-аристократы висели на шее графини, чем сильно её раздражали. Она понимала, конечно, что если армию и дворян убрать с Новой Австралии, то перспектив на восстановление страны вообще не останется. И весь смысл удержания системы под властью королевства исчезнет. Но сохраняя присутствие, военным следовало заранее решить, как эвакуировать всех этих гражданских в случае нападения.

Итак перед графиней, в случае нового вторжения, стояло две задачи. Первая — эвакуировать людей с Новой Австралии, вторая — нанести вражескому флоту максимальный ущерб, сбить темп его продвижения.

Над разработкой и уточнением плана, над расстановкой сил они с Вальтером трудились днем, оставляя ночь для развлечений. Астрономическая ночь на Новой Австралии длилась долго, выдержать без сна почти в шестьдесят часов человеческий организм не мог, поэтому сутки делили на три условных «дня», один из которых считался «темным». И даже в темный день на улицах города царило деловое оживление. Но и злачные заведения работали круглосуточно.

Так что им с Вальтером жаловаться не приходилось.

Они спали в одной из роскошных гостевых комнат королевского дворца Виктории, когда прозвучал вызов с орбиты. К счастью на дежурстве в центре системы находился её корабль, что облегчило коммуникацию.

— В систему вошло судно по вектору с Надаля, мэм, — сообщила Эвелен Форд, несущая вахту. — Судя по транспондеру это королевская яхта «Хильдисвини». Скорость пятьсот, ускорение шесть метров в секунду за секунду.

— «Хильдисвини»? — переспросила графиня. — Насколько я знаю это комплекс маскировки для рейдера «Нибелунг».

Она вдруг осознала, что сердце забилось чаще. Рейдер давно считался пропавшим без вести. Он так и не появился ни в одном из свободных миров, не дошло до Северной Дуги и сведений о его захвате или гибели. И вот появилась надежда, что Гарру жив. То, что рядом находился любовник (он даже не проснулся) графиню нисколько не смущало. Дело житейское. Она и не собиралась сразу бросаться Ивору на шею, но даже просто узнать, что он в безопасности, будет немало.

Однако…

— Слишком низкие скорость и ускорение для рейдера, миледи, — сообщила Эвелин Форд. — Впрочем и для яхты тоже.

— Вы сняли параметры сигнатуры?

— Занимаемся этим прямо сейчас, мэм, — Эвелин на некоторое время замолчала, отвлекаясь на монитор, потом продолжила: — Сигнатура нам неизвестна, мэм. Двигатель только один и он, судя по всему, гражданского образца.

— Странно. Какая-то хитрость? Мы получали коды, запросы или вызов от вошедшего судна?

— Никак нет, мэм.

Генерал Марбас мог захватить «Нибелунг» и использовать фальшивый транспондер ради диверсии или разведки. Но тогда он постарался бы выдать себя за рейдер, отправил бы что-то похожее… нет, тут концы не сходились с концами. Однако, не мог же Гарру просто продать лишний транспондер кому попало… Он мог купить корабль! Или судно снабжения. Или зафрахтовать транспорт с какой-нибудь грузом. И передать ему транспондер на всякий случай. Чтобы друзья поняли, что пришел свой. Но почему просто не сделать вызов? Единственная пришедшая в голову мысль заключалась в том, что Гарру не был уверен, кто именно контролирует систему. А на борту этого судна находится что-то важное. Или кто-то важный. Например, принцесса.

— Ладно, Эвелин, давайте поступим так. Отправьте гостю вызов с нашим флотским кодом. И сделайте запрос от моего имени. Наши пикеты на окраине системы пока не трогайте.

— Да, мэм.

— Вальтер, поднимайся, мой дорогой, — она вытянула вперед ногу, точно балерина, и кончикам пальцев слегка толкнула спящего любовника. — Нас ждет работа, а возможно и бой.

А сама отправилась в душ. Там её и застал ответ с неизвестного корабля. Эвелин воспроизвела запись молодого мужского голоса: «Говорит научное судно „Астролябия“ компании „Астропоиск“. Шкипер Одрик Солович. У меня на борту важное послание для графини Демир и короля Фроди».

— Что ещё, чёрт возьми, за «Астролябия»? — пробурчала графиня. — Спасибо, Эвелин. Мы вскоре поднимемся на борт.

Собственно она могла не спешить. Пусть положение «Принца» на орбите оказалось удобным, чтобы шаттл пристыковался к эсминцу уже через полтора часа, «Астролябия» добиралась до планеты ещё целых двенадцать. И все это время графиня места себе не находила. Переговоры велись на открытом канале, приходилось общаться обиняками. В системе запросто мг быть разведчик повстанцев. А знакомые голоса и намеки давали лишь общее представление, кто находится на судне, а кого там не было.

Ада никак не ожидала увидеть герцогиню в помятом комбинезоне и со спутанными волосами.

— Чертова консервная банка! — произнесла Далия. — От меня верно пахнет, как от того знаменитого норвежского блюда. Надеюсь милочка, у вас найдется кораблик покомфортнее, чтобы доставить нас на Барти? На «Астролябии» есть место только для двоих, а мы летели три недели двадцать два человека!

— О, боги! Зачем же вы забрались туда, герцогиня?

— Секретность, милая моя. Так мы проявляли героизм, пытаясь отвлечь взгляды шпионов от «Нибелунга». По этой же причине посол на Надале не стал никого предупреждать.

— А где сам «Нибелунг»?

Далия отмахнулась.

— Принцесса с капитаном отправились за покупками.

Давно Ада Демир не слышала архаичных титулов первых дворян, но на «Астролябии» прилетела их целая группа. А с ними посол Олсон с семьей, гвардейцы, разведчики. Общество!

Вот только общество странным образом по большей части молчало. Графиня навидалась беженцев, когда перевозила их после первой войны на Барти. И все они были словоохотливы, пытались рассказать ей свою историю. А эти как воды в рот набрали.

— На обычном торговом судне вам придется довольно долго тащиться до Барти. А скоростные грузовики все задействованы.

На самом деле скоростные грузовики она придержала на орбите Новой Австралии на тот случай, если возникнет необходимость вытаскивать с планеты всех этих безумных дворян, приехавших восстанавливать имения. Однако, Далия в юности служила на флоте, а поэтому быстро нашла решение.

— Не беда. «Астролябия» может взять огромную массу горючего. Мы разгонимся до тысячи и пройдем все системы транзитом. Мы такое уже проворачивали на «Нибелунге». И, кстати, хорошо, что напомнила. Я попрошу тебя никому не сообщать о нашем прибытии и отлете, кроме самых доверенных лиц. На Барти сообщать тоже не следует. Дорога предстоит долгая и мне бы не хотелось нарваться на рейдеров Марбаса. Ты ведь не можешь выделить нам сопровождение?

— Не могу.

— Ну вот. А на борту важные люди. Нас должен был сопровождать «Нибелунг», но…

— Как там с ним, всё в порядке?

— Ну, милая моя, если я сяду рассказывать, это займет целый вечер. Новоавстралийский вечер!

Далия протянула ей чип.

— Здесь копия некоторых материалов нашей миссии. Я скопировала только то, что тебе может оказаться полезным здесь. Отчеты, рапорты, сигнатуры вражеских и подозрительных кораблей, тактические журналы… так что мне не придется долго рассказывать о всех этих вещах за ужином. Вы ведь угостите герцогиню ужином, дорогая?