Сергей Фомичев – Роман с феей (страница 56)

– Ах да, – кивнула Взломщик. – На ампулах и пакетиках отпечатки пальцев клиента, а также несколько записей, сделанных им собственноручно.

– Отлично!

– Кстати говоря, американские феды пасут его уже третий год, – решила добавить Взломщик. – Но близко подобраться не могут. Тем более арестовать. У Дементьева свои люди в правительстве.

– В американском?

– Нет, в вашем. Но его хорошо прикрывают и за границей. Правда, развитые страны он предпочитает не посещать.

– Что-то ещё?

– Убийства. За ним числятся несколько трупов. За ним лично, я имею в виду. В том числе две молодые женщины и один ребёнок. Улик почти никаких, но мне удалось достать запись его ссоры с любовницей, где она его обвиняет в пролитой крови. Хотя, сказать по правде, крови там не пролилось ни капли. Все жертвы были задушены шёлковым шнуром.

– Шёлковым?

– Да.

– Хорошо, я доволен. В смысле, доволен проделанной вами работой.

– Это лишнее, – сказала девица, которая и без похвалы знала себе цену. – Возникнет нужда, вы знаете, как меня найти.

Поезд как раз выбрался из туннеля, и Взломщик, выскользнув из купе, исчезла.

…Только в фургоне Николай понял, что держит в руках настоящую бомбу, и покрылся испариной, осознав, по сколь тонкому лезвию он шагает и чем могло закончиться, если бы ему пришлось проходить паспортный контроль и таможню, как на международных скоростных линиях. Под бомбой подразумевалась не сенсация (хотя собранные Взломщиком документы тянули на отличное журналистское расследование), но прилагаемые к оной сенсации образцы товара, которые могут подвести под петлю самого Николая, заинтересуйся вдруг полицейские содержимым сумки. И вот теперь ему предстояло разъезжать с этой бомбой по всему миру, потому что и спрятать-то до поры компромат ему было некуда.

– Я уже и сам не против, чтобы его шлёпнули, – произнёс Николай, изучая материалы. – Редкостная сволочь, оказывается. А что, может быть, так и сделать? Нанять кого-нибудь из наших или из ваших. Я на эту тварь ещё одной монетки не пожалею. Да и сам, пожалуй, смог бы при случае нажать на курок.

– Пенсионер Цветков не согласится, – заметила Айви. – Он хочет уголовного процесса и приговора.

– Я всё же попробую уломать его.

Как предположила Айви, так, собственно, и вышло. Вернее сказать, так и не вышло. Николай показал Цветкову часть компромата, «сознался», что тот «слез с крючка и работает сам на себя», а потом предложил завалить ублюдка и в качестве демонстрации серьёзности своих намерений даже выложил перед пенсионером пистолет.

– Я очень рад, что вы осознали ошибку, кем бы и где бы вы там ни служили, – сказал Цветков. – Но негодяя должны судить народным судом.

– Бросьте, – отмахнулся Николай. – Вы как будто не знаете, какие у нас суды? Да и до суда дело не дойдёт скорее всего, потому что следственные органы у нас не лучше. От них он уйдёт! А если не от них, то из тюрьмы точно. А я предлагаю его грохнуть. И закрыть вопрос раз и навсегда. Слышали об эскадронах смерти? Считайте, что у нас есть такие же.

– В расправе нет смысла, как вы этого не понимаете? – возмутился Цветков. – Важно, чтобы восторжествовал закон!

Николай некоторое время разглядывал пенсионера, пытаясь понять, сколько в его позиции принципиальности, а сколько безумия. Ему вдруг стало интересно, а как справляются божества с безумными желаниями своих адептов? Не отсюда ли появились все кошмары мира? Сон разума рождает чудовищ? Похоже, это не только метафора.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Вы не желаете, чтобы ублюдок ушёл в ничто, не осознав, за что получил пулю. Я понимаю. Он должен почувствовать страх смерти, вспомнить все жертвы. Осознать неизбежность наказания и только тогда получить его. Верно? Но кажется, есть выход. Перед выстрелом я зачитаю ему приговор от, скажем, группы «Народное Возмездие». Перечислю все его грешки, предъявлю улики, а потом отправлю на разбирательство в небесные инстанции. Ну как вам такое?

Пенсионер, в свою очередь, посмотрел на него как на сумасшедшего, что само по себе выглядело занятно.

– Никак, – ответил он. – Поймите же. Смысл наказания не столько в мести, столько в острастке других. Справедливость – это не акт, справедливость – это система.

Сумку с компроматом на Дементьева пришлось спрятать в автоматической камере хранения. Не таскаться же с образцами наркотиков по всему миру? И уничтожать было рано. Амрун с Цветковым они пока не закрыли. По нужному адресу в Орегон выдвигались, как настоящая армия. Впереди шёл фургон, позади трещал мотоцикл с шелки. Наготове были боевые амры, артефакты, арбалеты с волшебными стрелами и автомат с пистолетом. Адрес, хоть и состоял из названия городка, улицы и номера дома, привёл к одиноко стоящему среди горного леса трейлеру. На съезде с асфальтированной дороги стоял почтовый ящик, а от линии электропередачи шёл отводок. Шелки рассыпались цепью (если можно применить такой термин к строю из трёх существ), окружая трейлер, Айви с Николаем шагнули ко входу.

Едва открыв дверь, они услышали гул сотен мух, столь знакомый по криминальным триллерам. Саспенса, однако, не получилось. Причина слаженного жужжания насекомых находилась на виду, почти у самого входа. Лесоруб со старым винчестером на коленях сидел в плетёном кресле-качалке и был абсолютно мёртв. Под свободно повисшей рукой на полу лежал пульт от телевизора, но сам телевизор оказался выключенным. То ли хозяин перед смертью успел нажать кнопку, то ли убийце потребовалась тишина. Впрочем, возможно, электрическая компания просто обрезала провода за неуплату. Времени после смерти прошло достаточно. Что подтверждал и труп, который выглядел не очень свежим – синим, почти чёрным. Однако, несмотря на это и на вьющихся мух, разложение его практически не тронуло. В смысле, запаха не было, и личинки по телу не ползали. Может, поэтому мухи так злобно жужжали? Не по вкусу им пришлась плоть. Это обстоятельство заставило Айви предпринять некоторые магические действия, сопровождаемые воскуриванием трав, произнесением амры и слушанием эфира. Удалось ли ей что-то увидеть или нет, Николай остался непосвящённым, мух магия, однако, разогнала, и то польза. Под мерное бормотание спутницы Николай осмотрел помещение. Ничего интересного. Обычное жилище обычного бродяги. Не очень чистоплотного – возле окна лежала немытая посуда, а возле входной двери ботинки с присохшими комьями грязи. Пол выглядел пыльным, но тут скорее всего вины хозяина не было.

– Идёмте, – сказала наконец Айви и направилась к выходу.

Пожав плечами, Николай двинулся следом.

– Судя по всему, наш засранец воспользовался аватаром, – сообщила девушка, покинув трейлер.

Шелки осторожно высунулись из зарослей, сжимая в руках арбалеты. Николай жестом показал им, что дело кончилось пшиком, и те, не задавая вопросов, побрели к мотоциклу с понурым видом охотников, от которых ушла добыча. У самого Николая вопросы, однако, имелись.

– Думаете, это искусственное тело? – спросил он. – Поэтому его мухи не жрут?

– Зачем создавать искусственное, когда вокруг бродит семь миллиардов натуральных? – Айви забралась в «Транспортёр», завела двигатель. – Почему бы не позаимствовать, хоть и у лесоруба? Здоровое, сильное тело не прихватит внезапный артрит. Отсюда и накладка в астральном отражении.

– От артрита?

Она не ответила, видимо, распознав шутку. Мотоцикл с шелки уже скрылся из виду, но фургон ехал медленно. Под колёсами потрескивали палые ветки, а те, что ещё росли на деревьях, царапали стёкла и борта.

– То есть мы опять не знаем, кто на самом деле наш враг и откуда он взялся? – заключил Николай.

– Ну кое-что мы знаем, – возразила спутница. – Чародеев такого уровня не больше нескольких сотен, а значит, круг поисков сильно сужается.

– Выстроим их на плацу и заставим сдать отпечатки пальцев?

– Да, с этим проблема. Собрать, конечно, можно. Многие, например, появятся на рождественском фестивале Рассвета, но не факт, что наш засранец туда пожалует, а если пожалует, мы его вряд ли так быстро вычислим. Народу там будет много. Думаю, пришло время проконсультироваться ещё кое с кем.

– С кем же?

– С графом Эйхофом.

– Кажется, с ним мы уже консультировались.

– Мы просто взяли у него книги, а он, помнится, намекал на некоторую осведомлённость в этом деле.

Глава 12

Источники силы

Прежде всего они вызвали старину Драгоша и сделали его богаче ещё на пару слёзок, сдав на хранение монетки. Вернее, на этот раз ограничились только проклятым никелем.

– Разговор может затянуться, – пояснила Айви смысл манёвра. – Но главное даже не в этом. Я не хочу светить графа перед нашим противником. Он сильный союзник и пусть до времени остаётся в тени.

– Он один из тех нескольких сотен? – уточнил Николай.

Айви задумалась.

– Да, вы правы. Вне подозрений нельзя оставлять никого. И если Эйхоф наш враг, то нам крышечка. Я, однако, надеюсь, что это не так. Мои долгие и хорошие отношения с графом позволяют рассчитывать на его сочувствие…

…Нынешний визит, поводом к которому послужило возвращение одолженных у графа книг, Айви обставила более строго, заставив Николая надеть старомодный сюртук и такие же брюки, которые откопала в одном из рундуков, стоящих в фургоне. К ним в комплекте шли рубаха с кружевами и лакированные туфли, но они Николаю не подошли, так что с тем и другим пришлось импровизировать. И сюртук, и брюки были ношеными-переношеными, но, видимо, символизировали принадлежность к более высокой категории лиц, нежели к той, на которую тянул до сих пор Николай. А он, в свою очередь, уже соображал, что к чему, не разевал рот, как крестьянин на ярмарке, так что удостоился лёгкого поклона графа Эйхофа в ответ на представление.