Сергей Фомичев – Роман с феей (страница 45)

Затем Николай пришёл в себя и осознал, что червей в саркофаге больше нет, а тело вновь обрело способность чувствовать холод. Холод и боль.

– Можешь подниматься, парень, – произнёс из угла Тернер. – Здесь тебе не гостиница, чтобы дрыхнуть.

Николай уцепился руками за борта саркофага и с трудом сел. Тело одеревенело, но всё же слушалось, а болело так, будто его долго и упорно били. Подумав и примерившись, Николай вынес ногу и после некоторых усилий поставил её на пол. Затем сумел перенести через край саркофага центр тяжести. Дальше оказалось проще.

Тернер сидел на стуле за небольшим столом, хлебал из гранёного стакана какое-то пойло, похожее цветом на дешёвый ром или виски, и курил. Как только Николай выпрямился, он достал с полочки ещё один стакан, дунул внутрь, освобождая от пыли, и налил в него из бутылки до половины.

– Выпей, полегчает, – добродушным и чуть пьяным голосом предложил хозяин склепа.

Николай и не подумал отказываться. Выпил залпом. В стакане действительно оказался ром. По телу прошла тёплая волна. Боль не исчезла, но притупилась, а к рукам и ногам начала возвращаться гибкость.

– Можешь, собственно, одеваться, – сказал Тернер.

Пока Николай одевался, хозяин плеснул ему ещё, да и себя не забыл.

Николай на этот раз без приглашения взял стакан и уселся на свободный стул.

– Ничего удивительного, – сказал хозяин. – Кстати, кури, если хочешь. Тысяча дней тренировок спрессованы в один. Это нелегко осознать и переварить. Зато теперь ты сможешь поломать любого, кто, разумеется, сам не прошёл подобной инициации. Или не провел тысячи дней тренировок в реальном времени.

Николай достал из кармана собственные сигареты и прикурил от свечи. Ещё одна тёплая волна смыла очередной слой боли. Теперь остались тупая ломота и неприятные воспоминания от прикосновений к коже шевелящейся массы.

– Зачем ты впихивал в меня приёмы, которые предусматривают применение магии? – спросил он.

– Заметил? – улыбнулся Тернер. – Случайно перепутал листы. Ничего, думаю, не повредит. Главное, не рассчитывай, что они тебе помогут во время боя, а то пропустишь удар. У меня бывали случаи и посложнее. Как-то раз…

Он замолчал, внимательно осмотрел бутылку, покачал её, разглядывая, как плещется ром, и налил ещё по одной.

– Будь здоров! – поднял стакан хозяин склепа.

Они выпили. Николай наконец почувствовал голод, осмотрелся в поисках закуски, но ничего съедобного не увидел. Тернер между тем поднялся и направился к саркофагу, заметно при этом покачиваясь.

– Это мой 3D-принтер, – с гордостью сказал он и похлопал по изголовью саркофага. – На нём я выпекаю настоящих бойцов…

Тут хозяин склепа задел ногой подставку. Один из листов бумаги, что до сих пор держались на ней, сорвался и спланировал прямо в саркофаг. Тернер попытался перехватить его на лету, но промахнулся, затем нагнулся, чтобы подобрать, и вдруг сам повалился внутрь. Николай вскочил, уронив стул. Бросился было на помощь, но понял, что вмешательство не требуется. Из саркофага раздался храп. Николай тем не менее подошёл ближе и заглянул внутрь. Сейчас его интересовало не состояние хозяина, а то, не полезут ли из дырок черви, а если полезут, чему они станут обучать своего пастыря? Черви, однако, не полезли, Тернер спокойно спал на боку, подложив ладони под голову. Николай побарабанил пальцами по стенке саркофага так, как в детстве стучал по стенке аквариума, зовя рыбок к кормушке. Но на червей сигнал не подействовал, видимо, они не слушались чужака или нуждались в особом слове. Тогда Николай вернулся к столу и вылил в стакан остатки рома, а когда поставил под стол бутылку, отметил, что та звякнула о другую, тоже пустую. Похоже, хозяин долго ждал его пробуждения.

Николай едва успел выпить, как снаружи раздался отрывистый автомобильный гудок. Он встал, покачнулся и, опираясь рукой о стенку, поднялся по ступенькам. На кладбище было темно, но где-то вдали уже занималась заря.

– Я смотрю, вы успели отметить окончание тернинга? – хмурым взглядом встретила его Айви.

– Меня нельзя оставлять одного, барышня! – ответил он, с трудом забираясь в кабину. – Зарубите это себе на носу.

Они поехали. Тело до сих пор ныло, а кожа помнила прикосновение миллионов червей. От дешёвого рома гудела голова.

– Вы могли бы придумать для обучения рукопашной борьбе что-нибудь вроде тех капель, которые учат английскому, вместо того чтобы укладывать меня в саркофаг.

– Давайте, вы не будете учить чародеев технологии колдовства, – бросила Айви. – А они не станут учить вас напиваться и лазить в фонтаны.

Николай замолчал. Айви коротко взглянула на него и пожала плечами.

– Для боевых рефлексов, как, впрочем, и для вождения, стрельбы и многого другого, важна мышечная память, – пояснила она. – Поэтому медикаментозные средства там не срабатывают. Либо саркофаг, либо изнурительные тренировки обычного типа.

Глава 10

Американские гастроли

Айви остановила фургон возле огромного корпуса заброшенного завода или склада, подальше от людских глаз и камер слежения. Натянув комбинезон, она вытащила из-под сиденья комплект регистрационных номеров штата Небраска. Помимо, собственно, номера, на раскрашенных в цвета неба и пастбища жестянках была изображена корова с бычком, а внизу шла надпись «Говяжий штат». Пока Николай размышлял над объектом гордости американской глубинки, а также гнал мысль о хорошем бифштексе, девушка покинула фургон. Разумеется, она даже не подумала попросить о помощи, так что Николаю пришлось просто отправиться следом. В комбинезоне Айви напомнила ему Гаечку из мультика про слабоумных и отважных бурундуков. Бурундуков имелась в наличии одна штука, что, впрочем, не снижало общего градуса слабоумия.

– Мы ведь раньше появлялись здесь с нашими номерами, – напомнил он, придерживая чуть помятую отечественную жестянку, пока Айви отвинчивала винты. – Вроде бы никаких проблем не возникало.

– Раньше мы передвигались главным образом по второстепенным трассам, где никому нет дела до того, какая у тебя регистрация.

Девушка убрала винты в коробочку и стала примерять американский номер к европейскому бамперу. Крепления и формат номерных знаков не совпадали, и она со вздохом потянулась к ящичку с инструментами.

– А теперь?

– А теперь придётся ездить по городским улицам, полным любопытных людей и подозрительных полицейских. И не только ездить, но и стоять в ожидании. Могу поспорить, кто-то обязательно настучит, и нас остановят для проверки в течение первых трёх дней, если мы не замаскируемся.

Николай кивнул. К этому времени сведения, собранные бестелесными духами, были аккуратно рассортированы в волшебном блокноте овды, а желания, значащиеся на соответствующих сегментах розового свитка, расшифрованы и подшиты к делам. Выходило, что и правда большинство американских клиентов проживало в крупных городах на обоих побережьях. Фермеры и ковбои из прерий не горели желанием путешествовать по странам, столь же пустынным, как их собственные.

– А документы? – пришло в голову Николаю.

– Вообще-то техпаспорт выправлен на прежний «Транспортёр», и заводские номера не совпадают. Но с документами проблем не будет, если никто не заинтересуется нами с пристрастием.

– Ну да, в крайнем случае можно отвести глаз, – рассудил Николай, привычно мазнув по горизонту рукой. – А с другой стороны, всё это можно было проделывать и с прежними номерами.

Айви не удостоила его ответом. Она закончила возиться с передним бампером, и они перекочевали к корме. Николай огляделся. Зима здесь ещё и не думала наступать, припекало солнышко. Он даже потянулся, будто только что проснулся от зимней спячки, набрал полную грудь воздуха, но тут же выпустил его. Беззаботному расположению духа мешали мысли о до сих пор не решённой проблеме. Одного адреса в их списке недоставало. Погонщик Мёртвых весточки пока не прислал, и шансы, что даже такая могучая сущность разберётся с владельцем редкой монеты, с каждым днём умалялись.

– Я не верю в совпадение, – вслух продолжил размышлять Николай. – Допустим, есть некто, бросающий в фонтан дорогой раритет. И вот его же имя с адресом остаются единственными, сокрытыми от Погонщика.

– Скажите что-нибудь менее очевидное, – фыркнула Айви. – Пока начнём с того, что есть, а там видно будет. Погонщик ещё работает, быть может, и нападёт на какой-нибудь след, пока мы разбираемся с остальной клиентурой. А нет, тогда будем думать.

– Звучит не слишком обнадёживающе.

– Верно, но в любом случае нам и с простыми делами предстоит разобраться. Тем более не все они такие уж простые.

– Вот как?

– Помните, мы говорили о записи с пожеланием смерти? – Айви вдруг хихикнула. – Вы ещё тогда так смешно испугались…

– Я рад, что смог развеселить вас, – буркнул Николай.

Предчувствуя плохие новости, он достал сигарету и прикурил. Айви тем временем заканчивала со вторым номерным знаком.

– Мне пришлось повозиться с той записью, – продолжила она. – Но когда Погонщик отправил подробное досье, всё стало ясно.

– Не тяните же.

– Наш клиент – женщина, больная раком и возжелавшая умереть, чтобы не испытывать боль.

– Умереть, – обречённо повторил Николай. – Что за странные фантазии возникают у людей при посещении музея ремёсел?

Айви собрала инструменты, ненужные номера и отнесла всё в кабину.