Сергей Фомичев – Под знаком Z (страница 46)

Но никаких подробностей сержант им не сообщил. Наверняка из садистских наклонностей, желая, чтобы они проворочались всю ночь.

– Ну и кто он после этого? – риторически спросил Артур, когда они засели в баре, устроив прощальную вечеринку.

Обычно бойцам выдавали каждый вечер по банке пива. Но перед отправкой в патруль командование расщедрилось и не стало ограничивать выпивку. А денег скопилось много, и парни так упоролись, что их повело.

– Тебя возбуждают зомби-женщины? – спросил вкрадчивым голосом Ли у Тараса.

– Спятил? Они же мёртвые.

– Что с того? Даже трупы красивых женщин привлекали мужчин. Почитай классику. А мы имеем дело не с трупами, а с зомби. Тем более с девицами из Западной пустыни. А они, скажу я тебе, выглядят не хуже некоторых актрис из порнофильмов. Не говори, что никогда не думал об этом.

– Да нет же.

– Среди них есть совсем неплохие девочки.

– Ты пьян.

– Какой ты сегодня сообразительный.

– На самом деле меня не привлекали женщины ни в Ираке, ни в Афганистане. Это ваша американская привычка – чуть что искать тёлок, а мне как-то не по себе кадрить девочек в стране, с которой я воюю.

– Мы не воюем с ними, Тарас. В этом-то всё и дело. Мы освобождаем их. А освобождённые люди готовы на многое!

Тарас не помнил, как кончилась вечеринка, как они добрались до домика, как он разделся и забрался под одеяло. Проснулся он неожиданно под утро и увидел перед собой искажённое страхом и опухшее лицо Артура.

– Чёрт, Тарас! Мне приснились райские врата. Проклятье! Они были как триумфальная арка в Париже, ну то есть – если бы в неё поставили створы. Огромные. Серые. Вроде бы из бетона или такого камня, какого здесь полно. На бетоне выбоины от пуль. Много. И всё исписано граффити. «Ирландская республиканская армия», «Анархия», арабские какие-то надписи, персидские. Сам Пётр сидел в таком шезлонге, в солнцезащитных очках, и держал на коленях старенький М16, а палец указательный вытянул в готовности нажать на спуск. Но сам расслаблен, улыбается. Я ему кивнул, мол, всё путём, и на створку ворот надавил. А они не открываются. Тяжёлые или заперты, не знаю. А Пётр мне такой: «Приходи завтра».

– Это всего лишь сон, мужик. Всего лишь дурной сон.

Он взглянул на часы и решил, что лучше начать собираться, чем пытаться опять заснуть.

– Что-то случится, Тарас.

– Брось, что здесь может случиться?

– Да всё что угодно. По сути, мы здесь одни. На тысячи квадратных километров – одна задрипанная бригада наполовину наёмников, наполовину миротворцев.

6

Кроме Олбигана возле их Страйкера отирался рядовой Норман и неизвестный парень в штатском, рядом с которым была свалена груда кофров.

– Это имущество университета, так что обращайтесь с ним аккуратно, – сообщил им Олбиган. – Иные приборы стоят дороже всего нашего контингента. Это профессор Вайарики из университета Атланты. Мы отправляемся с ним, джентльмены. Для начала к аванпосту Зулу, а дальше туда, куда он скажет. Рядовой Норман отправляется с нами в качестве санитара. И если вас укусит зомби, у него в аптечке найдётся антидот, противостолбнячная сыворотка, бинты и целокс.

– А что на счёт морфинов? – спросил Фернандо.

Олбиган ощерился, но промолчал. Тарас посмотрел ещё раз на молоденького, не имеющего опыта в подобных делах Нормана и вдруг занервничал. Тот как-то утверждал, что пару раз тренировался ставить уколы на медицинском тренажёре – это такой манекен с улыбкой гомика, – но Тарас, как и любой из взвода, случись неприятность, предпочёл бы руку опытного сержанта. И Смит, и Олбиган воевали дольше, чем Норман жил на свете, и обоим приходилось вытаскивать из дерьма как солдат, так и офицеров.

Смит собрался отдать приказ, но замешкался и взглянул на Олбигана.

– Отделение ваше, сержант, вы и командуете. Я только ставлю задачи.

– В машину! – рявкнул Смит.

И они полезли в машину. Страйкер загрузили больше обычного – кроме пассажира и его груза везли большие запасы воды и продуктов. Так что они едва разместились внутри, и уже через час пути кто-то предложил перебраться на броню. В зоне обитания зомби не следовало опасаться самодельных взрывных устройств, так что езда на броне вовсе не выглядела необходимостью, а палящее солнце лишало её и какого-либо комфорта. Но первому сержанту идея понравилась.

Вообще-то, если не учитывать склонности Олбигана к садизму, который во многом был показным, то замену первым сержантом тупого и ленивого взводного всё отделение посчитало большой удачей. И добрым знаком. В таких гиблых местах, как район вокруг позиции Зулу, малейшая небрежность могла привести к гибели всего подразделения. Притом вовсе не от зомби. Против человека там восстала сама природа. В сравнении с тамошней пустыней долина смерти в Калифорнии была чем-то вроде прохладного офиса.

Экологическая катастрофа произошла здесь шестнадцать лет назад. Население огромной страны разом лишилось почти всех водных ресурсов и как следствие – источников пищи. Мало того, использование грязных водоёмов вызвало распространение совершенно новых инфекционных заболеваний. Когда единственная крупная река страны пересохла, в Дельте проживало восемь миллионов человек. Ещё столько же жило вдоль русла и в Розовом городе, и ещё пара миллионов в глубине континента – в Западной и Восточной пустынях. Голод и эпидемия выкосили практически всех. Беженцев в соседних странах не набралось и полутора миллионов. Все остальные превратились со временем в зомби. После короткой, но кровопролитной войны всё неожиданно стихло. Зомби успокоились, и регион взяли под контроль международные силы.

* * *

– Что собираетесь изучать в этой дыре, профессор? – спросил Ли, большой охотник до всяческих научных бесед.

– Сезонные миграционные пути, – крикнул в ответ Вайарики.

Все, кто впервые оказывались внутри бронетранспортёра, кричали сильнее необходимого. На самом деле здесь было не так уж шумно, просто нужно было привыкнуть.

– Вы орнитолог? – спросил Ли. – По правде говоря, однажды я видел там стаю стервятников. В тот год было много дохлятины, и они, канюки, слетелись со всех окрестных земель. Обычно же птицы у нас не гостят. Если и пролетают мимо, то на большой высоте.

– Нет, я не орнитолог, – крикнул учёный. – Я изучаю сезонную миграцию зомби.

– Шутите?

– Ничуть. Мы уже несколько лет ставим маячки на особей в Дельте. Оказалось, что некоторые из них отправились в Розовый город.

– Вы сказали – сезонные? – спросил Тарас.

– Да, эти миграции происходят периодически.

– Любопытно. И вы нашли объяснение?

– Они каким-то образом связаны с календарём, но к какому именно природному циклу привязаны, пока выяснить не удалось. Собственно, для этого мы с вами туда и отправились.

– Чёрт! Какой здесь природный цикл? С уходом воды всё превратилось в сплошное пекло. Даже сезонные дожди прекратились.

– Есть ещё песчаные бури, сухие грозы. В конце концов, мы не знаем, что именно на них влияет в физическом смысле – перепады атмосферного давления или температурный максимум.

7

Солдаты на блокпосту Зулу выглядели бандой пиратов, проведшей пару лет на необитаемом острове. Они встретили отряд с большим воодушевлением, только что пальбу из всех стволов не открыли, но узнав, что приехала вовсе не смена, сильно расстроились и даже, как показалось Тарасу, затаили на приезжих злобу. Ребята сидели тут пятый месяц, и отзывать их в ближайшее время никто не планировал. По сути, они являлись штрафниками, сосланными на отдалённый блокпост за разграбление воинского склада в Дельте. Пирушка у них тогда вышла знатная, слухи о ней дошли и до лагеря «Виктор», но теперь вчерашние герои расплачивались за короткую славу – они сидели совсем без спиртного и уже озверели до такой степени, что сдерживать их мог только свирепый рык Олбигана. Во всяком случае, Тарас не раз ловил себя на желании спрятаться за широкую спину первого сержанта.

– Вы немного успокоитесь, парни, когда узнаете, что нам предстоит двигаться дальше в пустыню, – сказал им Ли. – Не думаю, чтобы вы горели желанием поменяться с нами местами.

Пираты действительно успокоились. Во всяком случае, перестали винить в своих бедах простых солдат и бросать на приезжих злобные взгляды. Пока Олбиган распекал их сержанта, ребята угостили Артура, Тараса и Ли какой-то подозрительной бражкой и рассказали немного о здешних местах.

В районе к северу от аванпоста Зулу народу побывало, наверное, меньше, чем на Луне. Хотя ландшафт там больше походил на марсианский – местами песчаная, местами каменистая красноватая равнина, полностью лишённая растительности, но сохранившая высохшие русла прежних речушек. Дальше на севере был даже собственный кратер. Правда, остался он не от метеорита, а от огромной фугасной бомбы, которой метили в деревню, когда ту захватили зомби, но почему-то промазали.

* * *

В это гиблое место профессор и отправился на следующий день. А отделение, конечно, не могло отпустить его одного.

Деревенька состояла из единственной улицы, вытянувшейся вдоль дороги, которая давно исчезла. Две дюжины бедных глинобитных хижин с завалившимися внутрь каркасами крыш, давно лишённых покрытия из соломы, составляли всю местную застройку. На центральной площади (скорее небольшом расширении единственной улицы) вместо ратуши или какого-нибудь административного здания стоял пересохший колодец.