Сергей Фомичев – Оперативная эскадра "Нибелунг" (страница 16)

— Пусть они создадут траст или что-то такое, чтобы распределить риски и убытки на всех, — предложил принц. — Я добавлю из Кубышки сколько нужно.

— И пусть торговый флот поможет укомплектовать наши экипажи компетентными специалистами.

— Какие же специалисты вам нужны?

— Электроника, навигация, реакторный отсек, генератор… все что можно найти в гражданском флоте.

— Только на добровольной основе. Надеюсь это последнее условие?

— Нет. Вот список людей, которых нужно произвести в офицеры. Дело в том что отправленные на флот аристократы не успеют войти в курс дел и мне понадобятся дублеры.

— Это внушительный список, — произнес адмирал.

— По сравнению с конфискацией танкеров, это пустяк, — рассержено бросил принц. — Но, Гарру! Вы должны доставить сюда новую партию зеков и выпустить в центральные миры наших купцов.

— Я сделаю, что смогу, ваше высочество.

Ивор выдохнул. Кажется он выжал из руководства всё, что хотел.

Глава восьмая. Свора. Грейхаунд

Прежде чем наведаться на Алабай, Ивор решил заскочить в штаб системной обороны, который располагался на астероиде под названием Грейхаунд. Он считался частью той же Большой Своры, что Алабай и в настоящее время их разделяло десять миллионов километров.

Корабль разогнался на одном g до 425 км. в секунду и за 12 с небольшим часов пролетел 9 млн. км. Затем он перешли в гипер всего на тринадцать секунд просто, чтобы проверить работу оборудования и готовность экипажа. За это время корабль оказался на 147 млн. км. ближе к средним орбитам Своры. А затем еще 12 часов ушло на торможение, чтобы выйти в ноль у Грейхаунда в 165 млн. км. от Барти. Это был приятный перелет при нормальном ускорении. Хорошая тренировка для команды, много времени чтобы подумать в тишине космоса о предстоящей миссии.

Пользуясь искусственной силой тяжести, корабельный кок Рюттер кормил их с Маскарилем изысканными блюдами. Правда на этот раз во время обеда в капитанской столовой царила тишина. Обычно представитель принца любил поболтать о том, о сем, расспрашивая Ивора или провоцируя Рюттера на глупые жалобы. Но сейчас он грустил. Его пассия Паула Шелдон возглавила секцию связи на «Маршалси» и миллионы километров пустого пространства между кораблями терзали сердце королевского шута. И будут терзать на протяжении всей миссии, пусть даже миллионы километров превратятся в тысячи.

Ивор воспользовался дарованной тишиной, чтобы поразмыслить.

Он вез контракты флайт-офицеров и для Паулы Шелдон, и для Лоры Морган, которая заняла должность начальника секции связи на «Алькатрасе». В отличие от Маскариля, Ника Тавиани наверняка обрадует повышение в звании предмета его интереса, поскольку откроет дорогу к ухаживаниям, которые были невозможны в отношении нижних чинов.

А на «Нибелунге» появился новый начальник связи — баронет Алан Коллинз из Области Дофина. Он сразу понравился Ивору тем, что во-первых, оказался достаточно компетентным в своем деле (кажется раньше он занимался радиоконтролем стад скота, которым в пустынной Области Дофина позволялось пастись на коронных землях). Во-вторых, взяв пример с барона Вальха, он привел на корабль несколько компетентных сотрудников из собственного имения, что позволило «Нибелунгу» полностью укомплектовать секцию связи. Наконец, в третьих, он начисто был лишен дворянской спеси, может быть от того, что относился к первому поколению аристократов. Как и Ник Тавиани, он не родился на Барти, а эмигрировал по программе инвестиции в дворянство.

«Нибелунгу» пришлось щедро поделиться с крейсерами опытными матросами и офицерами, проведшими хотя бы одни бой. Одним из последних приказов адмирал с подачи Ивора назначил Пирсона старшим помощником на «Алькатрас». Тем самым корабль расстался с последним из троицы гвардейских офицеров, назначенных на него в первые дни войны. Все трое изрядно попортили Ивору нервы, но все же кое-чему научились и были полезны на более серьезных позициях. Из первого набора с ним остался только шевалье Дастис, перешедший из секции связи на должность старшего помощника. Все остальные вакансии заполнило свежее пополнение.

От новенькой с иголочки униформы рябило в глазах. Ради первого после ремонта полета, офицеры «Нибелунга» надели белые рубашки с погонами на плечах и обязательным галстуком. Хотя обычно сразу после торжественного прощания меняли их на повседневную темную рубашку с погоном на груди.

Помимо новобранцев из аристократических семей, офицерские кольца на рукава получили и некоторые старожилы из нижних чинов. Вахтенным офицером теперь стала Ломка, вернее Анна Норман, потому что называть офицеров прозвищами не полагалось. После сражения у Майрхофена девушка к большой радости Ивора пересмотрела свои взгляды на космос и отношение к «плаванию» в пустоте, а адмирал, не желающий выдавать звание подростку, сдался, когда с ним поговорил лично принц. Впрочем подростком Ломке быть оставалось недолго. Между прочим только на её рубашке имелись планки, обозначающие две медали «за храбрость» и знак отличия гвардии. Больше никого из флотских принц так и не наградил.

Её брат Алекс пересел в кресло начальника РЭБ. Он долго отмахивался от должности, не желая выбираться из уютного мира боевых вирусов. Но всё же сдался и надел флайт-офицерский мундир.

Повышение получили друзья детства Ивора. Те, кто выжили в последнем бою. Раджан занял место главного инженера, а Ларри, получив серебряное кольцо на рукав, стал начальником ангара вместо Пирсона. На всём корабле лишь Маскариль обходился без униформы. Но по случаю торжества тоже явился на мостик в белой рубашке. Как принято у дворян с жабо и кружевом на рукавах.

С остальными секциями тоже получилось неплохо. На башню Ивор посадил молодого Джея Косту. Бывшего учителя Эрнеста Райта перевёл обратно в ОКП, но на этот раз на позицию начальника. И только торпедная секция оставалась без надежного офицера. Пришлось попросить боцмана Гарднера временно возглавить её.

Помимо тех, кто получил кольца, имелось на корабле и множество юнкеров и даже несколько юнкфрау. Примерно того же возраста, что и Ломка, но без её навыков. Прежде чем давать молодым людям постоянное назначение, их следовало обучить и ознакомить с хозяйством. Ивору раньше не приходилось выступать в качестве наставника. Он решил пропустить молодёжь через все секции корабля и посмотреть, кто на что способен.

Раджан получил в помощники двух завербованных монголов. Буга и Хулан оказались крайне полезным приобретением. Их опыт работы в промышленности немного отличался от флотских методов работы. Зато они много рассказывали о разных диковинках, не дошедших ещё до периферии. И между прочим поведали Ивору о некоторых новшествах в военном деле. Оказалось, например, что конструкторы Земли и Марса смогли значительно увеличить продолжительность пребывания боевого корабля в гипере. В качестве аккумулятора холода использовали метанол, охлажденный до минус девяносто градусов Цельсия. Это требовало некоторых конструктивных доработок — прокладки контура через все отсеки корабля, специальных узлов, рассчитанных на низкие температуры, особых баков выдерживающих увеличение объема, так как при столь сильном охлаждении метанол терял больше трети объема, а при нагревании возвращал утраченное.

Метод позволял проводить в гипере лишние две недели. Или охлаждать лазеры энергетического реактора в течении часа. Это давало возможность совершить короткий прыжок без отключения многих систем.

Всё это, конечно, при нормальном запасе топлива.

Конструкции некоторых кораблей предусматривали по словам монголов даже отдельные радиаторы, чтобы доводить топливо до нужной температуры. Потому что на коммерческих станциях метанол хранили и выдавали при температуре немного выше нуля, в расчете на стандартные топливные системы, которые не предназначались для работы с низкими температурами.

Ивор подумал, что с такими системами, караван мог бы проскочить всю Северную дугу в один-два прыжка. Если конечно снабдить ими коммерческие корабли. Он решил обсудить как-нибудь этот вопрос с инженером Джонсоном, хотя перестраивать корабли накануне операции, конечно, никто не будет. Но в будущем, новшество могло дать им больше возможностей для обхода блокады.

Маскарилю надоело грустить, а может быть насыщение разогнало сплин. Он оглянулся в поисках развлечений и наткнулся взглядом на Рюттера.

— Вы выглядите печально, Адриен, — заметил Маскариль с прежней легкомысленностью.

— Что ж, — произнёс Рюттер. — Жаловаться не привык, но вам скажу. Мне не нравится, что я должен запрашивать позволения у инженера Митры, чтобы срезать в оранжерее пару веточек базилика.

— Это к капитану, — засмеялся Маскариль. — Что скажете, мистер Гарру?

— Скажу, что корабельные оранжереи включены в систему жизнеобеспечения, и именно Раджан Митра отвечает за это подразделение.

На самом деле Раджу приходилось носить несколько шляп одновременно. «Нибелунг» отдал всех инженеров на другие корабли и товарищу приходилось отвечать за энергетику, гиперпривод, системы жизнеобеспечения, но при этом быть главным инженером и отвечать за все сразу. С другой стороны, Радж знал, на что согласился, а тройной оклад требовалось отработать.

— Система жизнеобеспечения? — с легким возмущением переспросил Рюттер. — Много ли кислорода дадут вам две веточки базилика?