Сергей Фирсов – Вампир. Восхождение. Том 1 (страница 2)

Стены были отделаны полированным чёрным камнем с узорами из светящегося кварца, складывавшегося в сложные защитные руны. Вдоль коридоров парили светильники в виде хрустальных сфер, изнутри которых изливался теплый и мягкий свет, ровно освещая пространство вокруг. Воздух здесь был свежим и лёгким, с едва уловимым запахом можжевельника.

Каждый уголок убежища дышал безопасностью: магические барьеры защищали от любых вторжений, иллюзии скрывали его от божественного взора недоброжелателей, а системы оповещения мгновенно предупреждали хозяйку о приближении чужаков.

Эрешкигаль прошла по извилистому коридору и остановилась в центре приёмного зала. Здесь, в самом сердце своего тайного убежища, она наконец могла позволить себе расслабиться и удовлетворённо улыбнувшись, она произнесла, обращаясь скорее к себе, чем к кому‑либо:

- Глупец, этот Мор… Он думает, что обхитрил меня, выторговал больше кристаллов, чем я изначально предлагала. Но он даже не подозревает, что я оставила себе гораздо больше, чем показала. Разыграть загнанную в угол жертву было несложно - его алчность сыграла мне на руку. Он получит свою плату, выполнит условия сделки… и даже не догадается, что я всё рассчитала заранее.

Она подошла к одной из стен, коснулась едва заметной руны, и часть каменной кладки бесшумно отъехала в сторону, открывая тайник. Внутри, на бархатной подушке глубокого пурпурного цвета, покоились сто три крупных кристалла цвета тёмно‑фиолетового ночного неба с пульсирующими внутри серебристыми нитями. Эрешкигаль с удовольствием пересчитала их. Затем с лёгкой улыбкой переложила пять кристаллов из поясного мешочка обратно в тайник, надёжно спрятав.

Оставшиеся десять кристаллов из мешочка она взяла в обе ладони и крепко их сжала. На мгновение богиня замерла, прислушиваясь к ощущениям исходящей от них силы, а затем с наслаждением поглотила их один за другим. Каждый кристалл, растворяясь в её сущности, наполнял тело энергией приятной волной наслаждения.

Подойдя к высокому зеркалу из полированного обсидиана, Эрешкигаль взглянула на своё отражение. Перед ней стояла девушка лет семнадцати, среднего роста, с бледной кожей и чёрными волосами до пят и янтарными глазами светящихся изнутри. Богиня улыбнулась своему отражению, но тут же прикусила губу, задумавшись.

- Как хорошо быть молодой… - тихо произнесла она. - даже поглотив целых десять крупных эфирных кристаллов, я восстановила лишь одну сотую от своей изначальной силы. Печально, но ожидаемо. Впрочем, пока и этого достаточно. Я привыкла сражаться хитростью, а не силой. Остальные кристаллы стоит поберечь, ведь они понадобятся для пробуждения погибших друзей из моего пантеона.

Она на мгновение прикрыла глаза, вспоминая давние времена, когда её пантеон был могущественен, а подземелья дарили неисчерпаемый источник эфира. Затем, резко распахнув глаза, решительно добавила:

- Что ж, пожалуй, пора, навестить старших детей Виктора. Они ждут моего ответа. Пришло время окончательно обсудить все детали. Сделку необходимо обязательно заключить ведь от этого зависит не только моё выживание, но и будущее моих павших друзей.

С этими словами Эрешкигаль взмахнула рукой, и перед ней в воздухе замерцал портал, ведущий в материальный мир. Богиня шагнула вперёд, и её фигура растворилась в переливах магических энергий, оставив после себя лишь лёгкое мерцание рун на стенах и шёпот теней, склонившихся в почтительном поклоне.

Пролог часть третья.

Эрешкигаль шагнула из портала в плохо освещённую потайную комнату. Тусклый свет единственного факела, закреплённого на каменной стене, бросал дрожащие тени на неровную кладку. В углу неподвижно стоял молодой страж — стройный юноша лет двадцати с бледной кожей и коротко подстриженными серебристо‑пепельными волосами. Его глаза, ярко‑голубые, словно льдинки, внимательно следили за богиней. Одет он был в облегающий чёрный доспех с кожаными вставками, на поясе висели два изогнутых кинжала в резных ножнах. На плече юноши красовалась татуировка — стилизованный ворон с распростёртыми крыльями.

Страж склонил голову в почтительном поклоне:

— Великая Эрешкигаль, вас ожидают, — произнёс он низким, ровным голосом. — Прошу следовать за мной.

Он развернулся и двинулся вдоль узкой каменной галереи, освещая путь факелом. Эрешкигаль последовала за ним. Через несколько минут они вышли в просторную комнату. Пол покрывали татами из плетёной соломы, вдоль стен стояли низкие деревянные шкафы с раздвижными дверцами, украшенные лаконичной резьбой с изображением бамбука и журавлей. В нише токонома висела свисающая шёлковая картина с пейзажем гор и туманных долин, рядом стояла ваза с ветками цветущей сакуры — её лепестки едва заметно дрожали, словно от невидимого ветерка. Лёгкие ширмы сёдзи, расписанные сценами охоты на оленей, отделяли комнату от внешнего мира. Мягкий свет проникал сквозь полупрозрачную бумагу, создавая на полу причудливые тени. В углу мерцал очаг ирори, над которым висел чугунный котелок; от него исходил тонкий аромат сандала и зелёного чая.

У низкого стола, покрытого тканью цвета осенней листвы, сидели двое — дети Виктора.

Мужчина, которого звали Кайто, был высок и строен. Его чёрные волосы были аккуратно собраны в низкий хвост, несколько прядей свободно падали на лоб. Лицо отличалось резкими, но благородными чертами: высокие скулы, прямой нос и пронзительные тёмно‑серые глаза с крупными вкраплениями, светящимися изнутри красным цветом. Он был одет в тёмно‑синий кимоно с вышитыми серебряными волнами, поверх — чёрный хаори с гербом рода на спине: переплетённые змеи, кусающие собственные хвосты.

Его сестра, Юми, выглядела моложе, хотя в её глазах светилась мудрость, не свойственная юным. У неё были длинные, струящиеся каштановые волосы с проблесками рыжего, заплетённые в сложную косу, украшенную нефритовыми заколками. Её светло‑зелёное кимоно с узором из листьев гинкго подчёркивало хрупкость фигуры. Взгляд больших миндалевидных глаз цвета мёда с вкраплениями красного, светящегося изнутри, был одновременно мягким и цепким, словно она оценивала каждое слово и жест Эрешкигаль.

За дверью, у раздвижных сёдзи, неподвижно стоял доверенный посыльный — пожилой мужчина в скромном сером кимоно. Его поза была прямой и собранной, руки сложены перед собой, взгляд устремлён вдаль, но уши, казалось, ловили каждый звук из комнаты.

Эрешкигаль присела напротив них, скрестив ноги на татами. Её голос прозвучал ровно и уверенно:

— Я подготовила всё, как вы просили. Я смогу спасти ребёнка и наделить его дополнительной силой, которой, как правило, нет у потомков вампиров. За это я прошу ту оплату, что была обговорена ранее — 500 крупных эфирных кристаллов.

Кайто слегка склонил голову, его пальцы непроизвольно сжались на рукояти скрытого под рукавом кинжала, но голос остался ровным:

— Мы благодарны вам, великая Эрешкигаль, — произнёс он. — Ваша помощь бесценна. Мы заверяем вас, что после спасения дитя вы получите всё обещанное.

Юми мягко добавила, её голос звучал как шелест осенних листьев:

— Вы даёте нам надежду, которой мы уже не смели ждать. Наш дом в долгу перед вами.

Эрешкигаль чуть расслабилась, едва заметная улыбка тронула её губы. Она уже собиралась ответить, когда из‑за двери сёдзи раздался жалобный голос, наполненный страхом. Он обращался к Кайто:

— Господин Кайто… простите, что прерываю, но… беда!

Кайто резко вскинул голову:

— Я слушаю тебя, говори кратко, — приказал он.

— Жена старшего сына родила живых близнецов на две недели раньше срока, — выпалил посыльный.

Юми удивлённо приподняла брови:

— И где же тут беда? Это же радость!

Посыльный замялся, опустив глаза. Кайто нахмурился:

— Говори, в чём дело!

— Пришлось при родах, ради спасения детей, производить кесарево сечение, — с трудом выговорил посыльный. — В процессе на лица детей попала кровь матери, и они резко выросли до роста двухлетних детей… и сразу набросились на одного из слуг, выпив его досуха. И так, пока не убили в убежище всех, кроме матери, а это около 100 взрослых человек, хоть среди них и было не меньше 10 пробуждённых вампиров. Теперь они похожи на детей 4–5 лет, находятся в убежище и не выходят оттуда.

Все в комнате потеряли дар речи. Юми задумчиво произнесла:

— Нам повезло, что они не убили мать. Она же вампир‑тёмный эльф, её жаль было бы потерять. Остальных… их не особо жаль, ведь они всего лишь расходный материал.

Кайто раздражённо возразил:

— Сестра, это были мои доверенные люди, а не материал! Впрочем, уже ничего не исправить.

Он обратился к посыльному:

— Передай приказ: обеспечить полную изоляцию убежища. И направить отряд для наблюдения не вступая в прямой контакт. Мы с Юми соро прибудем и сами всё решим.

Кайто медленно повернулся к Эрешкигаль, его глаза с красными вкраплениями сверкнули холодным огнём.

— как видите, обстоятельства изменились, — произнёс он твёрдо. — Наше соглашение придётся пересмотреть. Клан понёс непоправимый урон, и сейчас мы не в состоянии выплатить обещанную сумму.

Эрешкигаль слегка приподняла бровь, её янтарные глаза вспыхнули золотым светом.

— Это не моя вина, — возразила она ровным голосом. — Свою часть уговора я уже частично выполнила, подготовив всё необходимое для спасения ребёнка и наделением его дополнительными силами.