Сергей Федоранич – Нет смысла без тебя (страница 22)
– Лиза, я гарантирую тебе, что с твоим братом все будет в порядке. Когда отец уедет, я буду свободен. Мы сможем не скрываться. Сможем остаться здесь или уехать куда захотим. Главное, что я больше ничем не буду обязан табору, отец отпустит меня мирно, это наша сделка. И никто не будет держать на меня зла.
Лиза обещала подумать. Она обещала Арсену, что ничего не скажет отцу, по крайней мере сегодня, но если завтра она решит, что не пойдет на похищение брата, то все расскажет. Арсен согласился с этим и отвез ее домой.
Лиза промучилась всю ночь, а утром написала смс Арсену: «Обещай мне, что все будет хорошо». Он ответил: «Я обещаю тебе». И она написала: «Я согласна».
Она вышла из комнаты рано утром, отца уже не было, а Саша собирался на очередную встречу. Он сказал, что урегулировал почти все свои вопросы и сейчас начинается новая эра его работы. Мама только вздохнула. Они вышли на балкон, чтобы проводить Сашу, посмотреть, как он садится в машину, помахать ему рукой.
И увидели, как его похитили.
Несмотря на то что Лиза была готова к этому, ее сильно шокировало увиденное. Саше на голову накинули мешок, скрутили и закинули в микроавтобус, который унесся. Пока мама, рыдая, вызывала полицию, Лиза звонила отцу. Ее трясло, но она верила Арсену и сказала отцу лишь то, что увидела.
А потом все пошло не так. Приехал этот двинутый на голову следователь, который косился на нее, не верил ни единому слову и подозрительно поглядывал на Лизин живот.
Арсен приехал к ней тем же вечером, рассказал, что с Сашей все в порядке, но пленника отвезли не в его квартиру, а на базу в Ангарск, но содержат в хороших условиях. Заверил, что это ненадолго.
– Но ты обещал, что Саша будет у тебя дома!
– Лиза, я должен быть с ним и следить за тем, чтобы отец выполнял свои обещания. А отец там.
– Разве ты не мог сказать об этом сразу? Что будешь с отцом и моим братом?
– До сегодняшнего утра я полностью доверял отцу. Мы договорились, что я встречусь с Сашей и увезу его к себе домой, но отец сказал, что такой вариант слишком опасен и он сам уже решил вопрос. Сейчас я поеду туда и буду с твоим братом.
Лизу трясло от ужаса и страха за брата, но она верила Арсену, молясь, чтобы все закончилось как можно скорее.
А потом отец потерял голову от страха. Он догадался, что информация об облаве была слита сверху, теми, кто эту операцию подтверждал. Он понял, что Наркобарона решили отпустить, взять пустую базу и несколько человек, готовых взять всю вину на себя, один из которых выдаст себя за Барона. При таком раскладе жизнь его сына в очень серьезной опасности, его могут пустить в расход только потому, что этого требует масштаб операции. И он ушел в отставку. Он не хотел, чтобы на него давили, не хотел, чтобы жизнь его сына стала сильнее его долга, не хотел работать на систему, которая пожирает наркотические деньги и готова убить его сына ради красивых и абсолютно лживых заголовков в газетах.
Его решение сломало все. План Арсена был рассчитан на то, что операцией руководит отец Лизы, а теперь цена жизни Саши обесценилась до уровня куска мяса. Он встретился с Лизой, сам не свой от страха, и объяснил ей всю суть поступка Лизиного отца.
– Сколько времени еще нужно? – спросила Лиза.
– Максимум два дня, – ответил Арсен. – Отец не может уехать, пока не вывезут табор.
– Тогда вам нужно больше заложников, чтобы это был не просто человек, а целая семья. Заберете нас с мамой. Я привезу ее к тебе домой.
– Нет, Лиза. Ты забываешь главное. Они все должны верить в то, что вокруг них происходит. Никто не должен тебя заподозрить, даже родные. Иначе мы с тобой попадем в передрягу.
Наверное, в тот момент у Лизы в голове сидело слишком много беспокойства за Сашу, потому что она опять поверила Арсену и не задала вопроса: неужели он думает, что мать и Саша будут сдавать ее, Лизу, в лапы полиции? Не станут они этого делать! В тот момент ей больше всего хотелось, чтобы все побыстрее закончилось.
Все время, пока Саша был в заложниках, отец возил их на дачу и обратно в город, оставлял одних, не разрешая выходить из дома, и поздно вечером возвращался домой. А потом случился этот захват заложника… Отец уехал по вызову, а за ними приехал Арсен, он увез ее и маму. О смерти отца Лиза узнала только спустя неделю.
Когда они приехали в место, где держали Сашу, мама Лизы пришла в себя и стала задавать вопросы. Арсен предложил ей стакан чаю из термоса, который усыпил ее. Арсен показал Лизе, где она переночует, и аккуратно перенес маму Лизы в камеру по соседству. Между камерой Лизы, в которой они с Арсеном были вдвоем, и камерой, где спала мама, была камера Саши. Он не издавал ни звука, только тяжело дышал.
Лиза укутала мать в теплые одеяла и всю ночь ходила проверять ее, не говоря ни слова, чтобы Саша не догадался, кто за стеной. Но он все равно догадался, потому что стал звать их – маму и Лизу. А Лиза в полном отчаянии в объятиях Арсена только сдавленно рыдала.
Они пробыли в этом месте практически двое суток, мама периодически просыпалась, но Лиза снова давала ей чай, и она опять засыпала. Так пережить заключение было гораздо проще. Когда Саша начинал говорить с Лизой или мамой, Лиза уходила вместе с Арсеном подальше, туда, где она не слышала голоса брата. Ей было страшно, больно. Она просила Арсена разрешить ей поговорить с братом. Она бы убедила его… Но Арсен успокаивал ее и умолял потерпеть еще чуть-чуть.
И не обманул.
По истечении вторых суток ему на телефон пришло сообщение: «Уходи, оставляй всех, полиция едет».
Арсен разбудил Лизу и показал ей сообщение. Он вышел из камеры, запер ее снаружи, запер камеру ее матери и выбежал на улицу. Лиза видела, как он садится в машину, старый «уазик», как на горе занялось свечение фар от машин, вот-вот выезжающих на трассу, ведущую к складу, сверху затрещал вертолет.
И вдруг Арсен вернулся за ней, отпер камеру, схватил за руку и потащил за собой. Лиза спрашивала, что случилось, но он не отвечал. Саша в камере кричал, Лиза видела, как к нему вошел какой-то человек.
– Что-то пошло не так, Лиза. Мы должны уехать.
– Арсен! А мама? Саша?
– С ними все будет в порядке, сюда едет полиция…
– Тогда и я останусь!
– Нет, ты поедешь со мной!
Он силой затащил ее в машину и увез в другую сторону, подальше от склада. Они пересекли железнодорожную станцию, оставили машину у перрона, сели в электричку до Иркутска.
Слушая стук колес, Лиза плакала. Арсен был мрачнее тучи, не говорил ничего, только смотрел на сообщение в телефоне: «Уходи, оставляй всех, полиция едет».
– Что случилось? – спросила Лиза еще раз.
– Уговор был не такой. Полиция должна была приехать позже. Если все случилось сейчас, значит, решение поменяли. Отец еще не успел выехать из страны. Что-то пошло не так.
– С мамой и Сашей все будет в порядке?
Он помолчал, а потом ответил:
– Я не знаю, Лиза.
Уже тогда она поняла, что все вышло из-под контроля, но поделать ничего нельзя. Ей оставалось только молиться, чтобы с Сашей и мамой все было хорошо.
По приезде в Иркутск Арсен отвез ее в какой-то дом за городом, где Лиза проплакала несколько дней в одиночестве, пока он был в городе, связываясь со своими. У нее не было доступа в Интернет, телефон разрядился, телевидение не работало, а выйти из дома она боялась. Она ничего не знала, пока не приехал Арсен и не сообщил страшные новости: ее отца взорвали, а мать убита полицейскими. Он сказал ей, что во время несвоевременной облавы на первую базу, где находился Барон, погибло очень много полицейских, и эти смерти нужно оправдать. Задержали почти сорок цыган, но не Барона, отцу Арсена удалось скрыться.
Арсен сказал, что смерть ее матери была спланирована спецслужбами в подтверждение слов о бесчисленном количестве цыган, на которых напали ОМОН и полицейские спецотряды. Им нужны были жертвы. Ее убили свои же.
– А Саша? Что с Сашей?
– Его успели спасти, мой друг увез его, посадил на поезд. Скоро твой брат будет в руках полиции, дорогая. Не переживай, с Сашей все будет хорошо.
И действительно так и оказалось. Они уже уехали из Иркутска, когда по телевидению передали, что Александр Лавров был найден в одном из поездов, следующих в Москву. Что с ним все в порядке и его поместили под программу защиты свидетелей, так как он, по мнению журналистов, знает, как выглядит Наркобарон.
Лиза оплакала родителей. У нее не было возможности посетить похороны ни матери, ни отца. Она даже не могла прийти на их могилки, все, что у нее было, – только память о них и несколько фотографий в фотоальбоме на страничке в социальной сети. Она не хотела возвращаться в дом, где никого не было, даже за вещами. Да это было и невозможно: в квартире все запорошено порошком для проявления отпечатков, а дверь опечатана. Лиза посчитала, что должна уехать. Все равно от ее прежней жизни не осталось ничего и никого…
Но кое-что ей было нужно. Она попросила Арсена зайти в их квартиру и взять две вещи: фотографию семьи, что стояла на тумбочке у ее кровати, и письмо в первом ящике той же тумбочки, на котором написано «Моей девочке». Арсен выполнил ее просьбу.
И они уехали. Сначала на машине в Омск, где остановились в съемной квартире в центре города, а потом в Нижний Новгород. В конце концов приехали в Подмосковье, в город Жуковский. Арсен уехал из Иркутска абсолютно легально, продал квартиру, машину и забрал деньги; у Лизы же не было ничего – ни денег, ни документов. Она числилась безвестно отсутствующей.