Сергей Ермилов – Контрпроект (страница 2)

От россыпи камней вокруг скалы отделились приземистые тени. Они сразу напомнили Максу ящериц: передвигались рывками, цепляясь за землю шестью ногами, замирали на месте на долю секунды и выплевывали из пасти вспышку лазера. Голос по рации вновь ожил:

– Так. Это… ага, впереди боевые роботы. Наша разведка, как всегда, на высоте – ничего не знает. Вооружение у этих роботов, кажется, маломощное – костюм должен выдержать, но не подпускайте их близко. Бейте разрывными – у них слабая броня.

У Макса в голове как будто что-то переключилось, и он сразу понял, что нужно делать. Вскинув винтовку и взглядом установив индикатор на экране шлема на разрывные заряды, он на бегу открыл огонь по вертким ящерицам. Обходя их правее, Макс с удивившей его самого нечеловеческой проворностью уворачивался от лазерных вспышек. В бой вступили подоспевшие десантники, но из каких-то щелей повсюду вылезали все новые волны роботов и Макс с удвоенной энергией бросился удирать, петляя между камнями. Через каждую пару прыжков он оборачивался и одним выстрелом без промаха снимал ближайшего преследователя, разлетавшегося от попадания на мелкие части. Впереди открывалась ровная как стол долина, над которой нависали теперь уже близкие, практически отвесные горы. Никаких укрытий, но финальный рывок позволил бы спрятаться от пушек у подножья. Если бы за ним не гнались эти роботы… Макс лихорадочно искал выход, но ситуация казалась безнадежной.

Слева он заметил, как несколько ящериц наседают на одинокого десантника, который держал оборону, забравшись на покатый валун. Бегло отстреливаясь, он отступил на край камня, но из тени снизу взвился робот и слету клешней начисто отхватил солдату руку выше локтя. Макс, секунду поколебавшись и преодолев какую-то силу, гнавшую его дальше вперед, резко свернул и побежал на помощь. Солдат упал как подкошенный, но лежа продолжил отстреливать роботов, ловко перехватив винтовку одной рукой. Макс прикончил двух оставшихся ящериц, вскочил на камень и взвалил себе на спину легкого как пушинка десантника. Своим актом милосердия Макс неожиданно приобрел себе надежную защиту: однорукий солдат болтался на спине и, не обращая внимания на тяжелое ранение, яростно расстреливал преследователей, тогда как Макс сосредоточился на преодолении дистанции до отвесных скал, с которых по-прежнему размеренно били пушки.

Последний отрезок оказался сущим адом. Макс пытался одновременно уследить за бегущими сзади ящерицами, в рядах которых, казалось, только прибывало, и не упускать из виду орудий, в любой момент способных стереть в порошок их обоих вместе с роботами. На пару выстрелов в их сторону из ближайшей пушки он смог каким-то чудом среагировать, отпрыгнув в сторону вместе со своей ношей, а затем они, видимо, достигли мертвой зоны и орудия их больше не беспокоили. Однако ящерицы уже окружали их полукругом, некоторые даже пытались забежать вперед, сразу разлетаясь на куски под огнем винтовки Макса. Разряды их лазеров то и дело обжигали ему ноги, но бессильно соскальзывали с защитного костюма. Если они навалятся всей кучей… Макс гигантским прыжком преодолел последние полтора десятка метров до скалы, сбросил с плеча своего несчастного спутника и приготовился дать последний бой.

Однорукий десантник вместо того, чтобы встать плечом к плечу и достойно встретить смерть, пристегнул винтовку к поясу и, оставив за собой дымный шлейф, взвился на сотню метров вверх вдоль отвесной стены. «РД – реактивный двигатель», – Макс вдруг понял, почему его ботинки были такими массивными. Его взгляд упал на нужный индикатор на экране шлема и в тот же момент он почувствовал страшный удар молотом по пяткам, выбросивший его высоко в небо, прочь от клешней десятков ящериц. Солдат уже шустро взбирался на скалу, цепляясь одной рукой и отталкиваясь ногами как хромой лягушонок, когда Макс на излете своего прыжка судорожно попытался ухватиться за гладкие камни. Каким-то невероятным усилием воли он сумел выпустить из перчаток и ботинок своего обмундирования длинные острые шипы, которые глубоко вонзились в твердую поверхность. Ничему уже не удивляясь, Макс бросил взгляд вниз, где ящерицы с ходу запрыгивали на стену и карабкались по ней еще проворнее, чем по равнине. Большинство остальных десантников застряли среди валунов, заняв круговую оборону против наседающих роботов.

Безумная гонка вверх по скалам вскоре превратилась в побоище. Перехватив оружие одной рукой, и отталкиваясь всеми остальными конечностями по направлению к вершине, Макс опять с помощью какой-то интуиции открыл на экране шлема вид с камеры на винтовке и принялся, не оборачиваясь, длинными очередями сбивать ящериц со стены. Извиваясь и пытаясь ухватиться лапами за камни, роботы гроздьями соскальзывали вниз. Некоторые ловко приземлялись на ноги и опять прыгали на стену, но в большинстве брякались корпусом об камни и оставались лежать, подергивая клешнями.

Солдат первым взобрался наверх и открыл огонь по оставшимся ящерицам, упрямо ползущим за Максом. «Какого черта я его тащил. Он поздоровее меня будет», – думал тот, запрыгнув на открывшееся перед ним горное плато.

– Идите к входу в бункер, – сразу же скомандовал по рации голос. На экране шлема появился указатель. – Нужно взорвать шлюз, найти и захватить пульт управления. Сопротивления не ожидается, но будьте осторожны – разведданные ненадежны…

Сопротивления и вправду не оказалось. Люди в бункере, походившем на стерильную лабораторию, в страхе жались к стенам и прятали лица, когда Макс со своим партнером пытались разобраться в путанице залов и коридоров, заставленных оборудованием. Однорукий солдат, без шлема оказавшийся злобным пареньком с корабля, странновато поглядывая на Макса, вскоре вывел их к покинутому всеми центру управления и остался там отключать системы защиты на астероиде, выполняя команды по рации.

Макса в это время погнали на другой конец бункера что-то проверить. Пройдя через дверь двухметровой толщины, он добрался до гигантских размеров круглого зала под сферическим потолком, в котором в полной тишине ровными рядами стояли высокие металлические цилиндры. Пресекая зал, Макс краем глаза заметил легкое движение и, резко обернувшись, увернулся от выстрела в висок. Как будто заученными движениями он выбил оружие из руки нападавшего и, мгновенно выдвинув из перчатки костюма длинное, гибкое как змея лезвие, хотел раскроить череп противнику. Он остановился под уверенным взором огромных серых глаз. Опустив руку, Макс в оцепенении наблюдал, как высокая женщина с ослепительно белыми волосами, не отрывая от него взгляда, спокойно подняла упавшее оружие и направила ему в лицо. Что-то промелькнуло у нее глазах, какая-то тень, ствол пополз вниз. В следующий миг грудь Макса провалилась как от удара железным футбольным мячом. Лежа на полу и медленно теряя сознание, он смотрел на прозрачный лифт, уносящий наверх его прекрасную убийцу.

2

– Стабильная финансовая ситуация не означает, что теперь мы можем тратить направо и налево, – сказал Первый казначей – вертлявый старичок с бегающими мутными глазками. – Она стала стабильной только в результате длительной жесткой экономии. Которая стала жизненной необходимостью после того, как строительство сети чуть не обанкротило Федерацию.

– Может быть, не стоило вообще затевать проект? Ведь это одни расходы, – подначил его министр коммуникаций.

– Не говорите ерунды, – отрезал казначей. – Но тот урок мы должны выучить. Или вы еще слишком молоды, чтобы все это помнить?

– Мы не можем быть уверены в безопасности остальных приемных станций в подконтрольном Ахолконде секторе, – настаивал на своем директор Внутренней службы. Несмотря на вводящее в заблуждение название, деятельность службы парадоксальным образом осуществлялась исключительно за внешними границами Первого круга. За поддержание порядка внутри Федерации давно отвечала гвардия, теперь уже почти полностью автоматизированная и редко требующая человеческого вмешательства. – Диктатор Пирана, видимо, планирует захватить пограничные области Ахолконды, и будет и дальше выводить из строя их противометеоритную оборону.

– Сколько там наших станций? – спросил казначей.

– Четыре. Вряд ли мы потеряем их все. Они рассредоточены, тогда как пиранийскому флоту для прорыва будет достаточно узкого сектора, – отвечал директор. – Помимо выведенной из строя на астероиде М122, в непосредственной опасности только одна ближайшая станция, но мы пока не знаем какая именно.

– Это не критично для сети, – заметил министр коммуникаций.

– Да, но в случае захвата части или всей Ахолконды, что вполне возможно, мы, как минимум временно, лишимся всех станций. Наверное, не стоило маскировать их под противометеоритные центры.

– Бросьте. Мы точно так же договоримся с лидерами Пирана, и они продолжат работать, – уверенно заявил Первый казначей. – Нет никакого смысла в строительстве новых.

– Вы правы в том, что местоположение существующих станций оптимально с точки зрения сбора. От их переноса пострадала бы эффективность, – признал министр. – Главное, чего я боюсь, что пиранийцы начнут задавать лишние вопросы и мешать работе. Вы в курсе, что они сделали с М122?