Сергей Дзус – Экзопланета (страница 1)
Сергей Дзус
Экзопланета
Фантастический рассказ
Непридуманная история.
Космическая лихорадка
Звездолёт перекосило. Лампочка кислорода бешено мигала, сигнализация опасности разгерметизации выла высоким блеющим воем. Нештатная ситуация случилась, как это обычно бывает, в самый неподходящий момент, во время критически важного изменения курса и скорости, перерасчёта координат и загрузки установочных данных. Звездолёт лихорадило, и болтало из стороны в сторону, нарушая все законы гравитации. Космический аппарат, управляемый двумя наиопытнейшими пилотами, должен был встать на прежний курс, и благополучно вернуться домой на Вегу 513 в соответствии с ранее разработанным планом. Очередная командировка научного челнока с командой из двух человек почти удачно почти завершилась, и эта нештатная ситуация всё портила.
Полёт шёл строго по графику, космический аппарат был полностью исправен, и ничто не предвещало беды. На борту находилась команда из двух человек, отличных пилотов и славных парней. Опытные исследователи космических просторов, большие специалисты наивысшей квалификации, Рим и Калас. Рим занимал вторую должность, и был помощником капитана, главным же на звездолёте был Калас. Он был Капитаном звездолёта и руководителем экспедиции. Межзвёздный аппарат покорял просторы вселенной, и сейчас возвращался домой. Но внезапная суматоха и электронная неразбериха внесла, в слаженный до этого полёт, космический диссонанс, и надо было что-то делать.
Рим и Калас
Калас карьерист и зануда, всё делает по уставу, любит выслужиться, и мечтает стать главным начальником всех пилотов на Веге 513. Он отличный пилот, один из лучших в космическом корпусе Веги 513. Он доказывает всем и каждому, что для ответственного сотрудника межзвёздных полётов нет ничего невозможного, и если есть задача, то её нужно выполнить. Он достиг больших высот и крупных успехов в своей карьере, и уверенно двигался к намеченной цели. Второй пилот – Рим, обычный человек. Он тоже прекрасный штурман межзвёздных полётов, завершил много миссий, но одна неприятная история подкосила его капитанский путь. Два года назад, во время очередной космической командировки на межзвёздном корабле под его командованием произошла нештатная ситуация, и он покинул неисправный звездолёт, тем самым нарушив правила полётов. Последующая за этим происшествием комиссия посчитала, что неисправность космического аппарата была не критичной, и можно было оставаться на борту терпящего бедствие аппарата до прибытия команды спасения. Но Рим, как капитан, принял другое решение. Сначала он эвакуировал всю команду, а потом и сам покинул звездолёт на спасательной капсуле. Рим доказывал, что ситуация была непредвиденной и катастрофической, космический аппарат полностью вышел из строя, он и вся команда могла пострадать как при встрече с астероидом, так и при попадании в гравитационную яму. Несмотря на все его доводы, комиссия была непреклонна, и вынесла Риму предупреждение о неполном соответствии. По результатам разбирательства он был понижен в должности до помощника капитана. Но совсем от полётов его не отстранили, его опыт и предыдущие заслуги перевесили негативные выводы комиссии. Так он попал сначала в грузовые перевозки между орбитальными базами, ну а потом на исследовательский корабль под командованием Каласа.
Рим и Калас совершили четыре совместных полёта на дальние станции, первые три прошли штатно, без замечаний и каких-либо неполадок. Этот четвёртый полёт был завершающим в их миссии, и дальше они должны были разойтись по своим направлениям. Рим после окончания экспедиции должен был получить свой звездолёт, новую команду, и опять стать капитаном, а Калас уже почти был назначен на большую должность управления полётами северо-западного сектора. Они не были друзьями, но и не были врагами. Они просто вместе работали. Рим чётко и точно выполнял все приказы и поручения капитана, Калас уверенно командовал. Их взаимоотношения были уравновешенными, и хорошо скоординированными. Несмотря на то, что Рим был более опытным пилотом, с большим стажем, и сам долгое время был капитаном, субординацию он не нарушал. За безупречную службу он вот-вот должен был получить обратно свой капитанский мундир.
Мутное мерцание
Научно-исследовательский звездолёт, под командованием Каласа, двигался по заранее намеченному маршруту, и держал курс на Вегу 513. Все цели и задачи четвёртой миссии были выполнены, космический аппарат собрал множество ценных образцов с дальних рубежей галактики, много новых данных и научных расчётов о звёздных картах и благополучно транспортировал всё это на базу. Команда из двух человек чувствовала себя хорошо, Рим и Калас пили кофе, смотрели в открытый космос, мелькающий в иллюминаторах, и вели непринуждённую беседу.
– По прибытию на Вегу мне положен отпуск, 14 дней, но я, наверное, откажусь, – покачиваясь на капитанском кресле говорил Калас,
– Я бы не отказывался, – отвечал Рим, – хотя дело твоё, смотри сам,
– А ты как, пойдёшь в отпуск, или сразу в бой?
– Пока не знаю, корабль мне ещё не дали, а только пообещали. Обещать ещё не значит жениться, – улыбаясь ответил Рим, и добавил: – но если отправят в отпуск, конечно пойду.
Каласу отпуск был не нужен, ему не терпелось вступить в должность командующего управления полётами северо-западного сектора. Он так долго ждал этого, наконец его мечта почти сбылась, и он не собирался ждать ещё 14 дней. Рим же никуда не торопился и вёл себя сдержано. Он уже был капитаном ранее, и управлял собственным кораблём, так что восстановление в должности его ничуть не удивляло.
В таком безмятежном и приподнятом настроении они проходили мимо одной из малоизученных космических аномалий. На обновлённых космических картах в этом месте значилась орбитальная неопределённость, или гравитационная аномалия. Эта "блуждающая аномалия" не была достаточно изучена, и информации о ней было крайне мало. Все космические аппараты обходили эту неопределённость на безопасном расстоянии.
– Опять это мутное мерцание, – глядя на мониторы сказал Рим, – Аномалия. Пару раз я мимо неё уже проходил. Но это давно было.
– Было это давно, а аномалия до сих пор не изучена, – ответил Калас,
– Точно, -подтвердил Рим, – у управления полётами есть дела поважнее, чем всякие блуждающие аномалии.
– Некому просто заняться этим вопросом, или нет ответственных сотрудников. Но для нас нет ничего невозможного. Мы же исследовательское судно? Можно слегка изменить курс, пройти по самому краю аномалии, собрать образцы космической пыли, и произвести необходимые замеры и расчеты. Что скажешь? – Калас посмотрел на своего помощника.
Рим удивлённо поднял брови и сосредоточился.
– Думаю это плохая идея. Мы идем по проверенному маршруту, и скоро будем на базе. Нам эта аномалия триста лет не впала.
Этим ответом он только подзадорил Каласа. Тот вскочил, встал у мониторов, и начал проверять все возможные изменения маршрута, с одновременной прокладкой курса до Веги 513.
– Ну вот же! При небольшом отклонении от первоначального курса мы теряем всего 15 минут времени, или максимум час на возвращение домой, но можем собрать весьма ценные данные!
– А почему бы нам просто не вернуться на Вегу, а потом уже пусть управление посылает на исследование этой аномалии кого хочет? – Рим уже не улыбался, и был слегка напряжён. Его интуиция подсказывала ему, что изменение курса, это плохая идея. Но он не был капитаном, и не принимал решения.
И когда Калас скомандовал:
– Меняем курс на 12 градусов!
Рим лишь на секунду задумался, и потом ответил:
– Есть!
Но уже через минуту в соответствии с внутренним уставом межзвёздных полётов он доложил капитану:
– По новому курсу мы проходим в опасной близости от гравитационной аномалии Z-16. Насколько оправдано изменение курса, может встать на прежний маршрут? Аномалия ещё достаточно не изучена, и у нас нет о ней точных данных.
– Потому и не изучена, что все её обходят по старому курсу. Вот мы посмотрим, что с ней не так.
Рим кивнул в знак согласия. В конце концов не он капитан. Он только выполняет приказы.
Через 30 минут он, как и положено доложил Каласу:
– По правому борту усиление гравитации на 0,3%
Калас стоял рядом, и сам всё прекрасно видел на мониторах. Курс менялся, звездолёт всё дальше уносило от рекомендованного маршрута. По идее уже пора было выпускать зонд для сбора космической пыли, но Калас нахмурился, и видимо уже не хотел никакой космической пыли.
– Хорошо, отставить аномалию, потом изучим. Возвращаемся на прежний курс, -скомандовал капитан.
Рим ввёл данные в бортовой компьютер, выставил прежний маршрут, и звездолёт должен был автоматически встать на прежний курс, и лететь на Вегу 513. Но не тут-то было. Звездолет упрямо клонился в сторону аномалии. Рим ещё раз ввёл необходимые данные, сосредоточенно понажимал разные важные кнопки, но ситуация не менялась. Калас сам встал за пульт управления, и начал восстанавливать координаты. Но внезапно из строя вышел гравитационный стабилизатор. Вслед за этим забарахлил ещё один важный навигационный космический прибор. Управление звездолёта стало выходить из-под контроля. Калас вспотел и раскраснелся, он нажимал нужные кнопки и переключал тумблеры. Но звездолёт летел не туда. Рим угрюмо стоял рядом и молча производил необходимые расчёты. Сигналы сбоя разных систем начинали по очереди мигать и издавать специальные высокие звуки, обстановка ухудшалась. Вскоре вся рубка управления была похожа на мигающую новогоднюю ёлку, с воющими сиренами предупреждения. Системы космического аппарата одна за другой выходили из строя, ситуация становилась критической. Через минуту Рим повернулся к капитану и доложил: