Сергей Джевага – Когда оживают Тени (страница 100)

Похоже, крики, издаваемые тварью, являлись и боевым кличем, и оружием одновременно. Инфразвук точно присутствовал. Иначе откуда такой панический иррациональный страх? Нет, сама Тьма тоже влияла на эмоциональный фон, но и эта рвущаяся струна лупила по мозгам как молоток. Причем и на физическом уровне — сосуды-то лопались. Уверен, в древности от такого клича кто-то из противников Стража накладывал в штаны, а у кого-то и сердце не выдерживало. Меня же спасло то, что Вестник, овладевший Стражем, плохо управлялся с возможностями механизма.

Кстати, в последнем предположении я укрепился, когда монстр начал разрывать себя на куски. Почудилось, что пытается избавиться не от огня, а от побегов черноты. Словно древний воин в какой-то момент обрел остатки разума, очнулся. И попытался бороться, вскрывал плиты, чтобы пламя добралось до сосредоточия Тьмы.

Но повезло, очень повезло. Если бы не решился прыгнуть к истекающему Изнанкой кольцу, если бы не сработала Машина, мне несдобровать.

Поистине есть чему удивляться. Ведь считал, что Стражи сгинули, а борьба с Тьмой в Изнанке — не более чем теория.

Я мотнул головой, отгоняя слабость и звон в ушах, шмыгнул носом и утер кровь рукавом. Затем с трудом встал и со странной смесью отвращения и уважения посмотрел на застывший за оградой силуэт. Металл спекся, потек, с обугленной фигуры сыпалась сажа. Жутко воняло горелым железом и почему-то паленым мясом. И кажется, будто останки Стража таяли.

Присмотревшись внимательнее, я укрепился в подозрениях. Действительно, металлическая туша истончалась как акварельный рисунок под действием воды. Артефакт дома затягивал ее в какой-то из своих карманных мирков, расслаивал. Совсем наверняка не пропадет, какая-то часть останется и тут, но от изначального останется немного.

Пора уходить. Так как я ощущал, как Мрак шевелится вокруг. Просыпается, встряхивается. Под потолком грота, в нескольких особняках, в канализации. И очень скоро на охоту выйдут новые твари, привлеченные шумом и возней. И слабые, и более сильные.

Я одного-то едва обманул. Что делать, когда будет целая свора? Или придет тот, бестелесный? Лишь при воспоминании о той жути мурашки по коже.

Зябко поежившись, я отвернулся и сделал шаг по направлению к проспекту. Но остановился, когда за спиной раздался треск. Резко оглянулся, внутренне похолодев. Но увидел лишь узкую ветвистую трещину, рассекающую шею и череп недавнего врага.

Хруст повторился, сухой и неприятный. Разлом дал ответвление, пересек глазницу. Оттуда выпало нечто круглое и черное, с металлическим звоном ударилось о камни, подпрыгнуло и покатилось прямиком к ограде. Предмет закатился под прутья и остановился в шаге от меня.

Глаз Стража. Покрытый копотью, не светящийся и потому очень похожий теперь на человеческий. Лежал на полу, обращенный ко мне желтоватой радужкой и пустым черным зрачком.

Поколебавшись, я вернулся и присел, разглядывая неожиданный подарок. Достал окуляр, и с его помощью увидел в глубине механизма сложнейшую теургическую вязь, невольно залюбовался как произведением искусства. Металл и стекло, хрусталь, сложные линзы, неизвестные материалы, филигранная механика.

Если не ошибаюсь, в одном из источников упоминалось, что некоторые из Стражей умели бить лучами света, сжигали врагов одним взглядом. Обладал ли такой способностью встреченный одержимый, неизвестно, я не специалист в сложных машинах. Но невольно затаил дыхание от созерцания кусочка древних технологий, невероятных и практически совершенных по сравнению с современным уровнем.

В глазу чувствовались остатки энергии Изнанки. Немного, крохи по сравнению с изначальным уровнем. Но замкнутых контуров, способных привести к взрыву или иным неприятностям не обнаружилось. Как и Тьмы не имелось — выгорела полностью.

Равноценный обмен?

Хмыкнув вот таким превратностям судьбы, я почему-то воровато огляделся, а затем схватил глаз и взвесил тяжелый холодный кругляш в ладони. Очистил от копоти и сажи, кинул в сумку. Может, пригодится. А может, и нет. Но какая разница?.. За останки Стража и возможность изучить подобное Лига если не продаст душу, то точно выпишет чек на немалую сумму. Что неплохо.

Оставалась сущая безделица — выжить в Лимбе, а потом как-то вызволить друзей и разобраться с Лиамом. После этого можно заниматься и долгами, и вопросом Теней, сбытом всякого хлама, разговорами с Тайной службой.

Сдаваться я не собирался. И потому бросив последний взгляд на особняк и изломанную фигуру Стража, направился к галерее.

Следовало поторопиться, Тьма просыпалась.

Глава 18

Терпение — есть величайшее благо. Терпение и осторожность должны стать вторым именем Искателя, гармонично уравновешивать любопытство с жадностью.

Кому ты сделаешь хорошо, если поторопишься и вляпаешься в неприятности, бессмысленно подохнешь? Да никому. Себе тем более. Мертвецам-то уже ничего не нужно. Потому надо уметь выдерживать паузу и действовать строго тогда, когда полностью уверен в обстоятельствах, собственных силах и успехе предпринятого.

Ни раньше. Ни позже. Вовремя. И тогда получишь то, к чему стремился — знания, деньги, признание.

Так, помнится, втолковывал Старик юному и наглому лорденышу. Что лишился отца, а затем и надежды на нормальную жизнь в силу собственных уникальных талантов.

И надо сказать, втолковывал часто. Иногда больно, подкрепляя слова крепкими подзатыльниками. Предоставлял настоящий выбор и в полной мере давал ощущать на своей шкурке последствия.

Да, в юности я не отличался ни смирением, ни самоконтролем. И положа руку на сердце был тем еще нахальным засранцем, который любил получать все и сразу, не прикладывая усилий. Справедливости ради стоит заметить, что засранцем талантливым, неглупым и обучаемым. И то, что выжил, да и чего-то достиг, говорило — воспитание Старика дало определенный эффект.

Впрочем, сам Дампир так не считал, продолжая называть меня сопляком, больше надеющимся на удачу, чем на успех. Я же имел собственное мнение. Но сейчас, после нескольких часов в Лимбе, готов признать, что старый пират прав.

Ведь из-за собственной глупости и нетерпения влез в тот особняк, должным образом не разобравшись. А потом потерял контроль и побежал, забыв о блуждающей неподалеку твари. И хотя вышел сухим из воды, но на грани, на волоске от гибели. Спасся лишь благодаря стечению обстоятельств, удаче и спонтанным решениям.

Профессионалы так не работают. Не ударяются в панику, не ищут легких решений. Я же совершал ошибку за ошибкой. И сейчас почти готов сорваться и вступить в ту же лужу.

«Терпение — сказал я себе, прячась за окном, что смотрело на здание-колонну Анклава Теургов из соседнего строения. — Не торопись, Орм».

Путь через верхний район выдался чрезвычайно долгим и тревожным. После шума учиненного мной и Стражем, из канализационных коллекторов полезла всякая мерзость, и приходилось петлять, прятаться, искать обходные пути. Я видел черных слизней, медленно ползающих по улицам. Видел тварей вроде пауков и крабов, покрывших один из особняков стеклянной паутиной. Пару раз сталкивался с одержимыми в виде людей — монструозных, с пергаментной кожей, запавшими глазами, с шевелящимися во ртах червями.

Везло лишь в одном — твари только-только пробудились, и не чуяли меня. Бродили по улицам, и их оставалось лишь аккуратно обходить. Но сие занимало время, и к арке, а затем и к убегающей на нижний уровень винтовой лестнице я добрался не за пятнадцать минут, а за битых три часа. Спуск преодолел без приключений, но и дальше продолжал двигаться медленно и осторожно наученный горьким опытом.

К тому же основной уровень Лимба не отличался ясной структурой и планом. И потому приходилось подолгу искать дорогу, строить маршруты. Часть района представляла собой жуткое переплетение коридоров, галерей и гротов, раскиданных на различных этажах. Эдакий лабиринт, выстроенный в хаотическом порядке с множеством ответвлений и тупиков — как черви грызли.

Я вполне закономерно заблудился. В первый раз, перепутав ход и долго идя по длинному тоннелю, уперся в тупик. Во второй кружил по коридорам и выбирался в один и тот же зал. Лишь спустя час, прокляв все на свете, отыскал нужную галерею и выбрался во вторую часть района — длинный грот с низким потолком. Низким относительно верхнего города, тут хотя бы виднелся в свете фонарей, да и высота зданий не превышала пятнадцати этажей.

Но и здесь стало не сильно легче. Ведь строилось в разные времена и с разными подходами, концепциями. В одной части древние строители пытались отдаленно повторить район аристократов, в другой нагородили однотипные здания-колонны, но в весьма странном порядке и при том отчего-то забыли расставить какие-либо указатели. Можно идти по почти точной копии города поверхности и оказаться посреди ряда гигантских домов-ульев, похожих друг на друга как две капли воды. И через какое-то время совершенно неожиданно встать на краю обрыва, где вместо вменяемых лестниц лишь гнилые стремянки.

Скорости не прибавляло и то, что в отличие от района лордов тут имелось не в пример больше разрушений. Развалившиеся здания, провалы в полу где-то наполненные водой, а кое-где и липкой маслянистой жижей неизвестного происхождения, источающей ядовитые миазмы и явное дыхание Тьмы. И следов сражений хватало. То и дело приходилось карабкаться через баррикады, груды мусора, огромные воронки в полу. Под подошвами хрустели битые стекла, звякало ржавое железо когда-то бывшее оружием, влажно хлюпали гнилые тряпки. Останков опять же нет, но воображение невольно восстанавливало картину, дорисовывало недостающее.