Сергей Джевага – Когда оживают Страхи (страница 14)

Неужто опасения оправдались и Старик ошибся? Или ячейка экстремистов быстренько свернула деятельность, опасаясь облав и преследования, и заметает следы?..

Чужой настороженный интерес я почувствовал ровно в тот момент, когда скрипнули мелкие камешки под чьими-то ботинками. Резко обернулся и столкнулся взглядом с бородатым мужиком в замызганной робе, что вышел из сумрака тоннеля. Оттуда, где, как я полагал, рабочая зона заканчивалась.

– Что-то ищете… мистер? – густым басом поинтересовался работяга. Остановился и расслабленно сложил руки на необъятном пузе, слегка наклонив голову.

– Возможно, – нейтрально ответил я, ощутив появление нескольких людей.

Один крался в сумраке за спиной бородача. Двое выглянули из проема люка соседнего цеха и неторопливо приближались, обтирая руки грязной ветошью. Как один рослые и мощные, широкоплечие, с простыми лицами пролетариев – морщинистыми и грубыми, раскрасневшимися.

Нападать не торопились, опасливо меня разглядывали, явно предполагая, что под плащом может скрываться оружие. Лишь окружили, давая знать, что готовы кинуться вместе и задавить числом в случае чего. Один из тех, что подкрались сзади, достал из кармана массивный гаечный ключ, второй, якобы развлекаясь, гнул в руках стальной прут.

Интересно, а если б я пришел не один, вообще показались бы?

– Простите, но мастерская закрыта, – с намеком сказал бородач. – И закрыта давно. Если вы вернетесь на сотню ярдов, там вам помогут.

– Боюсь, что выполнить заказ смогут только здесь, – вежливо сказал я. Помедлил, и веско добавил: – Я ищу Айомхара.

Ни один мускул не дрогнул на лице толстяка. Он безмятежно меня рассматривал, поглаживая массивный живот. Но подчиненные не обладали такой выдержкой – что с них взять, работяги. Один изменился в лице, второй напрягся и наклонил голову, готовый ринуться в драку. А в сумраке за спиной бородача, где скрывался последний, раздался характерный щелчок взводимого курка.

– Не знаю такого, – равнодушно сказал предводитель. – Мистер ошибся.

– Мистер точно знает, куда шел, – парировал я. – Прийти сюда рекомендовал Мол. И вы должны понимать, что имя я не мог услышать от случайных людей.

Прикрываться кукловодом рискованно. Я не знал паролей и отзывов, или как там отличали друзей от врагов бунтовщики. Но я прекрасно сознавал, насколько осторожны гностики и как не любят светиться среди посторонних. Вероятно, знал и бородач, так как от него повеяло сомнениями. Но опасался. Ведь он наверняка не был в курсе, кто мог выжить после неудачного налета на грот Мак-Молоуни, кто мог проболтаться. И мое появление весьма подозрительно. Не выглядел я тем, с кем привыкли общаться, – слишком чистенький, слишком от меня веяло верхним городом.

А отпускать меня наверняка опасно. Так как слишком много знаю. Следовало разобраться, откуда получил сведения, как намерен с ними поступить. И, судя по изменяющемуся эмоциональному фону, толстяк мыслил примерно в том же направлении.

– Я по-прежнему не разумею, о чем ты толкуешь, мистер, – усмехнулся толстяк. – Но вижу, что тебя тревожит нечто. Хорошо. Уделю пару минут и, возможно, мы сможем прояснить ситуацию.

– Меня устраивает, – вернул я улыбку.

– Тогда иди за мной, – сказал бородач. Повернулся боком и сделал приглашающий жест в темноту. – Тут недалеко.

Проследовав за предводителем, я окунулся в темноту. Почувствовал, что парни за спиной тоже сдвинулись, несколько напрягся. Нападать никто не стал, но настороженностью повеяло сильнее. А также страхом и злостью.

Буквально через несколько шагов в полумраке появился незаметный провал в стене, практически щель. Если стоять чуть под углом, то и вовсе не заметная. Я пропустил вперед бородача и шагнул внутрь. Через мгновение уперся в стену, но определил направление и повернул направо, а затем налево.

Узкий коридор, в коем не развернуться, не говоря о том, чтобы драться. Причем абсолютно темный и изгибающийся – идеальное место, чтобы держать оборону. И лишь шагов через десять показался тусклый аварийный фонарь над металлической дверью.

Бородач пару раз тихонько стукнул по створке, что-то пробормотал в открывшееся окошко. Лязгнули засовы и петли, дверь открылась, и оттуда явственно потянуло опасностью.

– Проходите, мистер, – усмехнулся толстяк, воспитанно указал на проем двери ладонью. – Поговорим.

Сразу за дверью обширная комната. Слесарные столы и станки, ящики для инструментов и отходов, разнообразные стеллажи, в углу небольшой горн для плавки металла. Обычная мастерская на вид вроде бы.

Я не увидел внутри ни одного человека, но ощутил чужую злость, готовность действовать.

Очевидно, засели у стены рядом с входом. И явно с оружием.

– Хорошо, – сказал я. Украдкой пошарил в кармане и достал медную монетку, сжал в пальцах, пока не появилось легкое покалывание. А затем поднял руки и шагнул в комнату. – Я не собираюсь драться. Не стреляйте.

Не выстрелили, слава богу. Но и бездействовать не собирались. Один из конвоиров, плотный широкоплечий парень с руками толщиной с бедра, предсказуемо метнулся вперед и замахнулся стальным прутом, целя по затылку. И каково же было его изумление, когда орудие оглушения, вместо того чтобы врезаться в череп, рассекло воздух. Работяга провалился, сделал несколько шагов по инерции и встал посреди мастерской, глупо моргая и осматриваясь.

– Где? – рявкнул бородач, проталкиваясь вперед. – Ищите! Ищите, мать вашу!..

– Там! – крикнул один из тех, кто стоял у стены с револьвером в руках. – За станками!..

– Как мог там оказаться?.. Быстрее! Хватайте и вяжите!..

Намерения не отличались оригинальностью. Оглушить, а затем обезоружить и связать, устроить допрос с пристрастием. Тем паче что эмоции говорили за горе-экстремистов. И конечно же я предугадал ход их мыслей, но сдаваться на милость бандитов-работяг не собирался.

Невзрачный с виду теургический артефакт обладал силой, схожей с действием печати пустоты, делающей пользователя невидимкой в воображении обывателей. Но дополнительно он отличался милой способностью рисовать новую реальность в головах тех, на кого воздействует. Причем в отличие от аналогичных поделок гностиков бил по площадям, независимо от количества людей. И видения создавал коллективные, влиял на органы чувств комплексно.

Стоя рядом с проемом двери, я с любопытством наблюдал, как заметались по мастерской горе-террористы. Трое с револьверами присоединились к сопровождавшей меня компании и ринулись гоняться за фантомом по залу. Но едва настигали в одном месте, образ схлопывался, как мыльный пузырь, и появлялся в другом. За стеллажами, потом у станков, у ящиков с металлической стружкой.

Причем двойник, что характерно, еще и язык показывал, и рожи корчил. А преследователи больше ярились, лупили по воздуху кулаками и арматурой. Один выстрелил пару раз. Но в неверном свете тусклых ламп так и не понял, что пули легли в цель, а призрак и ухом не повел. Зато рикошет чуть не зацепил бородача, и тот отвесил горе-стрелку сочную плюху, гаркнул нечто злобное.

Видимо, когда-то давно, до Исхода и нашествия орд Люцифера, монетка являлась детской игрушкой. Сейчас же превратилась в довольно серьезное оружие.

Наблюдать за злоключениями бунтовщиков забавно. Как за искренне увлеченной кошкой, гоняющейся за бантиком. Но я помнил и о деле. Уловив поток эмоций откуда-то сверху, поднял голову и углядел смутную фигуру на втором уровне мастерской. Там располагался мостик, ведущий к галерее и каким-то помещениям, к кран-балке под потолком.

Неизвестный не предпринимал попыток вмешаться, лишь с любопытством и настороженностью следил за развернувшимися боевыми действиями.

Аккуратно продвинувшись вдоль стены, я поднялся по лестнице и на цыпочках подобрался к наблюдателю. Немолодой кряжистый мужчина с внешностью обыкновенного слесаря или литейщика. Мускулистый, плотно сбитый, с проседью в волосах и открытым подвижным лицом, черными как угли глазами. Но что-то в том, как смотрел, как двигался, как реагировал, отличало его от тех, что бегали внизу.

Возможно, яркий огонек мысли в зрачках. Или некий флер скрытой властности.

Вновь сжав монетку, я послал импульс власти в артефакт. А затем слегка качнулся, позволяя подошве ботинок скрипнуть о металл.

Мужчина ничем не выдал эмоций. Хотя для него я буквально соткался из воздуха и теней, обрывков света. Более того, лишь на миг от него повеяло испугом, а затем фон вновь выровнялся до любопытства. Скосил глаз и лениво повернулся, окинул изучающим взглядом.

– Вероятно, убийство не входит в ваши планы, – констатировал он. – Иначе б не стали показываться.

– Хорошо, что вы это сознаете, – вежливо сказал я.

– Я не думал, что нас найдут так быстро, – заметил мужчина, размышляя вслух.

– В вашем случае убежища необходимо менять постоянно, – прокомментировал я. – За перемещениями труднее уследить.

– Здравая мысль, – кивнул он. – Я почти решился, но оттягивал момент. Тяжело передвигаться, таская за собой необходимые материалы и инструменты.

Мужчина небрежно махнул рукой, а я мельком глянул и мысленно хмыкнул. На станках оставались весьма характерные заготовки, напоминающие стволы револьверов и ружей, корпуса самодельных гранат.

– Предводитель такой организации должен быть осторожней, – нейтрально произнес я.