Сергей Джевага – Искусственный отбор (страница 32)
– Никого, – пробормотал агент, стирая испарину со лба. – Я с личным визитом.
– Ври, – вальяжно разрешил Ирбис. – Люблю, когда интересно врут. Только не стал бы Рус посылать нас лишь… м-м-м… для личного визита.
– Законник, – с неохотой вновь подал голос Кнут. Чуть повернулся и внимательно посмотрел на пассажира. – Мой друг-шутник хочет спросить, что нас ожидает? К чему готовиться? Неприятности будут?
Взгляд лысого Игорь выдержал, на секунду заколебался. Покосился на водителя, но тот уже куда-то подевал ухмылку. Маску балагура снял и выбросил, стал серьезным и сосредоточенным. Метаморфоза мгновенная и яркая. И тем сильнее заметно – профессионалы.
– Мы тебе не нравимся, – внятно и спокойно произнес водитель. – Поверь, чувство взаимное. Будь моя воля, вывез бы тебя в ближайший лесок и поупражнялся в стрельбе по живой мишени. Но у нас приказ. Сейчас сидим в одной лодке, и не хотелось бы глупо утонуть.
– Согласен, – вынужденно кивнул законник. – Но разве Рус не дал никаких указаний?
Тон получился невинный, да и выражение лица сделал простецким. Преступники же переглянулись, в воздухе повисла беззвучное «и везет нам на придурков!» Кнут резко дернул губой и отвернулся, а Ирбис снизошел до объяснений:
– Конечно. Обычно звучит так – ребята, поезжайте туда-то и устраните проблемы. Но времени на подготовку дается побольше. Мы попросту не успели ни изучить обстановку, ни составить какой-либо план. Даже схемы района пришлось выхватывать из Сети на бегу, и ситуация неудобная. Считай, сунулись в темную нору, рискуя получить по голове дубиной.
– Угу, – промычал Миронов. Мысленно чертыхнулся – идиот, вот тебя и макнули. Вооружился, а адресок не проверил. Можно было додавить старого негодяя, выпросить дрона-разведчика. Но поспешил на радостях, ринулся сломя голову за ответами. Ребята же действительно спецы. И больше похожи на опытных военных, чем на заурядных бандитов.
– Рад, что мы достигли взаимопонимания, – осторожно сказал Ирбис. – Итак?..
– Визит, правда, личный, – пожал плечами агент. – Собираюсь просто поговорить с неким Весенским Олегом Григорьевичем, профессором нейрокоммуникаторики.
– Случаем не потомок того Весенского, что работал над Нейронетом? – удивленно присвистнул водитель.
– Наверное, – пробормотал Игорь. Покопался в памяти и выудил кусочки досье. А ведь верно, отпрыск знаменитого ученого. И удивляться нечему, в Войну и Темные годы знания часто передавались от отца к сыну, сложились династии. И подобное происходило не только среди ученых, техники и врачи следовали аналогичной практике. Позже, когда возникли векторы и биореакторы, родовую линию укрепляли модификациями, выращивали детей с определенными наклонностями и талантами. Жесткая кастовая система не прижилась, но некая научная аристократия появилась. Неформальная, конечно, весьма уважаемая, опора правительства.
– Хм… – изрек Ирбис. – Тогда какого хрена живет в занюханном районе?
– В немилость попал, – механическим голосом ответил Кнут. Судя по остекленевшим глазам, лазил по Сети, собирал сведения. – Сболтнул лишнего. Хотел сболтнуть еще, но припугнули.
– А-а-а, – протянул водитель с облегчением. – Хуже нет лезть в особняки богатеев, здесь справимся и с наскоку. Подъезжаем. К камерам подключился?
Последняя фраза подняла рейтинг боевиков в глазах агента еще на пару ступенек. Удивительно разносторонние личности. Не каждый оперативник АКМ, насколько помнил Игорь, мог взломать защиту муниципальной сети. А Ирбис и Кнут переговаривались спокойно и деловито, будто занимались подобным день через день.
Сердце неспокойно толкнулось в груди, вновь обуяли подозрения насчет Руса. Но поддаться не успел, потому как лысый внезапно вздрогнул и издал непонятный звук: нечто среднее между раздраженным шипением и удивленным вздохом. Мотнул головой, уже ровно сказал:
– Странно.
– Что? – быстро спросил Ирбис. – Засекли?
– Нет, вошел нормально. А вот дальше не пробиться.
– Кто-то специально постарался?
– Не знаю. Но надо быть осторожнее, мы слепы.
– Я могу ошибаться, но лучше отключите коммы, – сказал агент. – И вообще снимите.
Оба обратили на Игоря вопрошающие взгляды.
– С чего бы? – поинтересовался водитель. – Минут пять ехать, а без коммуникатора машина не послушается.
– Пройдемся. Заодно изучим обстановку.
Бойцы снова переглянулись, лысый чуть нахмурился.
– Ты не объяснил…
– Считайте просто предчувствием, – ответил Миронов, умолк и закусил губу.
На мгновение показалось, что не послушаются. Засомневались, посматривали с недоумением, что-то прикидывали про себя. Но через минуту лысый принял решение, прикоснулся к пластине за ухом. Дождался выключения, аккуратно снял. Ирбис ругнулся и заставил авто съехать с главной дороги, завел в дворик потемнее, заглушил двигатель и тоже отрубил связь.
– Надеюсь на твою интуицию, парень. Без связи работать неудобно, станем уязвимыми.
Агент промолчал. И так прекрасно знал, что оперативники, действующие в группах, часто используют прямую нейронную спайку. В таком режиме ощущаешь каждый вздох и движение союзников, каждую мысль. Результативность повышается многократно.
Но сейчас в подобной тактике таилась опасность. Он мог и ошибиться, но после неприятностей в башне корпорации предпочитал перестраховаться. К тому же оставались безопасники. На Геринга работают целые отделы аналитиков, для них ничего не стоит поднять последние сетевые запросы, на всякий случай устроить наблюдение. Сам бы так поступил.
Хмурый Кнут первым выбрался из машины, зябко поежился и с неприязнью посмотрел в огненно-рыжее небо большого города. Вокруг унылые приземистые пятиэтажки, отстроенные в прошлом веке, густые заросли кустов и чахлые клены. Во мраке подслеповато горело несколько окон, там мелькали смутные тени.
– Гребанные полуночники, не спиться им, – беззлобно фыркнул Ирбис, захлопнул дверь и встряхнулся. – Что за лето такое? То тропические ливни хлещут, то полярным холодом тянет.
– Климат после Войны переменился.
– Я в разведку?
– Иди, – разрешил Кнут. – Мы следом. Медленно. Если что, успеешь вернуться и предупредить. И по крышам не сигай, небо светлое.
– Не учи папу делать детей. Осмотреться тоже нужно.
Прежде чем кто-либо успел возразить, боец мягко скользнул к стене ближайшего дома. Разбежался и оттолкнулся от стены, в прыжке дотянулся до скрытой в темноте пожарной лестницы. Качнулся и, использовав инерцию, рванулся вверх, ловко вскарабкался по перекладинам. Вскоре на фоне оранжевого зарева мелькнула черная фигура, тут же пропала.
– Пойдем, законник, – скупо обронил лысый.
– У него нет ночного зрения, – нейтральным тоном заметил Миронов. Напряг и расслабил мускулы, потрогал рукоять игломета. Затем расстегнул молнию куртки, чтобы не тратить время, если придется схватиться за пистолеты.
– Нет, – подтвердил Кнут. – Но света достаточно. Да и ПНВ еще производят.
Они двинулись по узкому тротуару, что петлял между замерших в дреме домов, старались избегать света фонарей. Пахло свежескошенной травой и тухлыми яйцами – очевидно, где-то рядом протекали коммуникации дом-систем. Царила звенящая тишина: ни шума покрышек, ни людских голосов. Тьма надежно скрывала и трещины в асфальте, и скамейки.
Вскоре пятиэтажки закончились и показалось открытое пространство заурядного частного района: вереницы фонарей, беговые дорожки, аккуратные коттеджи в окружении низких заборчиков, стриженные газоны.
Стиль откровенно слизан из старых американских фильмов, но теперь об этом мало кто знал. И скрытно идти здесь намного труднее. Разве что садами, но там есть вероятность нарваться на злого пса или хуже – на модифицированного кота. На фоне свирепого теленка с огромными клыками и когтями пасуют и охранные дроны, те хоть предупреждают: мол, стрелять буду… буду-буду!..
Преступник сделал остановку, вместе с Игорем спрятался в густых зарослях кустарника у дороги. На гладком безволосом лице не отразилось ни единой эмоции, но глаза стали цепкими и внимательными. Агент то и дело косился, пытался угадать, какие способности использует.
Все-таки странный тип, боевых имплантатов нет. А по виду явно изменен – отсутствие волосяного покрова и поведение, да. Но как? Регенерация? Маловато для преступника. И не сенсорик, сейчас так же слеп как и Миронов.
Впрочем, внимание агента быстро переключилось, так как вдалеке мелькнул пучок света, проворчал двигатель. Дальше, на границе района полыхало тусклое алое зарево, виднелись изломанные силуэты сервисных роботов, облака то ли пара, то ли дыма.
Хм, это что такое?..
На той стороне дороги в тени раскидистых яблонь мелькнуло черное пятно. Ирбис показался на миг, поманил.
– Ну? – угрюмо спросил лысый, когда он и законник преодолели освещенный участок, вломились в заросли.
– Не понукай, не запрягал, – огрызнулся боевик. – Дом я нашел, там тишь и гладь. Два дрона патрулируют на высоте: один рядом, второй на границе чувствительности первого. Зуб даю – хозяева у стрекоз разные.