Сергей Дышев – Экипаж лейтенанта Родина (страница 51)
– Можно попросить, чтобы сюда не ходили и не заглядывали? Чувствуешь себя как мартышка в клетке.
Конечно, историю переодевшейся в мужчину девчонки на следующий день знал весь госпиталь. И механик-водитель Александра Деревянко, хочешь, не хочешь, стала местной достопримечательностью.
– А кто заглядывает?
– Все, кто ни попадя…
Умнов строго обещал принять к таким любопытствующим самые жесткие и беспощадные меры…
Но вот дверь широко распахнулась. В голове делегации – начальник госпиталя, предупредительно отойдя в сторону, он громко представил:
– Вот, товарищ командующий, наша героиня!
От волнения Умнов позабыл фамилию Саши.
– Товарищи офицеры! – привычно скомандовал Чугун, тоже забыв, что в госпиталях эта команда не подается.
Генерал Прохоров улыбнулся, махнул рукой, отставить. Эту встречу он откладывал уже несколько раз и вот сегодня утром дал распоряжение адъютанту подготовить ее.
– Так вот ты какая у нас, Надежда Дурова бронетанковых войск! Она была кавалерист-девица, а ты у нас – «танкист-девица»! Как, не против?
– Нет, не против, – Саше только и осталось соглашаться, других вариантов тут не было.
Все присутствующие в свите генерала засмеялись. Кроме упомянутых начальника госпиталя и адъютанта командующего здесь были корреспондент и фотокор из армейской газеты и начальник медицинской службы армии.
– Ты смотри, не против! Тогда давай знакомиться, – и Прохоров протянул руку.
Она пожала генеральскую руку, крепкую и мосластую, подумала, такую надо, чтоб держать уздечку необъезженного коня.
– Саша, то есть рядовой Деревянко.
– Очень приятно. Прохоров Федор Филиппович, командующий армией.
Александра вытянулась по стойке «смирно», Родин на всякий случай ее поддержал.
– А по-моему, – строго сказал командующий и глянул в сторону адъютанта, – здесь в палате нет рядовых Деревянко.
– Так точно, нет, товарищ командующий! – ответил капитан и мгновенно извлек из своей папки сержантские погоны.
– Держи, сержант Деревянко!
Прохоров протянул погоны Саше и сказал:
– Ну а теперь самое главное!
Адъютант вновь открыл свою папку и стал читать приказ от имени Президиума Верховного Совета Союза ССР о награждении еще пока рядового, но уже
Приказ был кратким, но и за это время щеки Саши стали такими же пунцовыми, как лучи ордена. Федор Филиппович вручил орден Красной Звезды, заметив, что на халат прикручивать не будем.
– А мы вот мундир подготовили! – не выдержал и сообщил еще об одной приятности Сидорский.
Он извлек из неизвестно откуда взявшегося пакета форму с сержантскими погонами и повесил на спинку койки.
Генерал кивнул, молодцы.
А тут и лейтенант из армейской редакции газеты «В бой за Родину!», самое время было, подскочил, протянул развернутую газету:
– Вот, статья вышла про тебя!
– Елки-моталки! – только и вырвалось у Сани, когда увидела свой портрет в танкисткой форме и материалом с заголовком на первой полосе: «Александра Деревянко: “Королевские тигры” поджали хвосты!» И тут она вспомнила этого лейтенанта, он появился на третий или четвертый день ее госпитальной жизни. Саня уже не помнила, что ему рассказывала, ее тошнило, и сильно болела после контузии голова. Он записывал в блокнотик, а потом она по его просьбе села, прислонившись к спинке койки, и он щелкнул своим фотоаппаратом. А танковый комбез на снимке, видать, эти ловкие газетчики приклеили. Санька подивилась еще раз: все это было впервые в жизни, и так ярко, чудно и необычно. Как в хорошей, доброй сказке. И как в сказке должен был, конечно, появиться добрый волшебник, исполняющий три желания…
– Есть ли у тебя какая-нибудь просьба, Александра? – тут и спросил генерал.
И вот он, тот самый счастливый случай, когда решается судьба: или сейчас, или уже никогда… Санька глубоко вздохнула, как перед стартом в школьном кроссе.
– Товарищ генерал, есть у меня просьба, прошу оставить служить механиком-водителем в родном экипаже!
Прохоров недоуменно глянул на Сашу, покачал головой: ну что с ней поделаешь, не навоевалась девчонка.
– И-и… это самое, как ты будешь с мужиками, ну, в общем… сама понимаешь, бытовые нюансы.
– А в штабе у вас, товарищ генерал, женщин за стеклянными перегородками держат? – Отступать было некуда, и Саша еще добавила: – Занавесочку повесим за сиденьем механика-водителя…
Экипаж чуть не поперхнулся от смеха, Чугун от такой немыслимой дерзости побагровел, и его огромный шрам на щеке стал просто фиолетовым. Но командующий тоже рассмеялся, а вслед за ним и свита.
– Ну, если экипаж не против, то у меня никаких возражений!
– Экипаж не против, другого механика нам и не надо! – за всех тут же ответил Родин.
– Раз так, после лечения принимайте героя! – дал «добро» Прохоров, потом добавил:
– А за «королевского тигра», товарищи танкисты, вам особая благодарность! Теперь мы будем знать все слабые места этого «зверя».
– И не такой он уж страшный, товарищ командующий! – пискнула Саня, от волнения у нее получилось фальцетом.
Но Прохоров уже повернулся и так же стремительно прошел к выходу. Свита исчезла вслед за ним.
Александра села на койку, закрыла лицо руками.
– Ребята, мне так стыдно перед вами, что обманывала вас… Вы правда берете меня в экипаж?
– Ну, вот тут начинаются чисто женские… – недовольно отреагировал Иван.
– Нюансы, – подсказал Кирюха.
– Сам ты нюанс! – резко сказала Саша. – Я, между прочим, гвардии сержант!
– И, между прочим, еще с не обмытым орденом! – все так же «не в духе» произнес Родин. – Кир, что стоишь, как «во поле береза»?
– Командир, да это мы мигом!
Из того же особого вещмешка Сидорский вытащил в одно мгновение большую алюминиевую кружку, нарезанные черный хлеб, белоснежное сало и флягу. Налил из нее добрую половину кружки. Саша поняла, что ей выпала честь первой положить свой орден, вслед за ней Красные Звезды опустили Кирилл и Руслан и орден Красного Знамени – командир.
Иван протянул кружку Саше, она не зажмурилась, как в тот первый раз, но сейчас вкуса спирта и не почувствовала; боевые ордена сверкали рубином и сталью, они хранили в себе энергию и огонь боя, и Александра знала, что эти мгновения и через годы для нее и для ребят будут самыми лучшими в жизни. И выдохнула:
– А ведь мы смогли, ребята… Наша взяла! Как барана в стойло этого «короля» привели!
– Хорошо надраили им жопы! – согласился Киря.
– Королевские…
Кружка пошла по кругу.
– Тяжела, – сказал Кирилл, приняв в руки.
– Пока до командира дойдет, совсем легкая станет! – хмыкнул Руслик.
– Намек ясен, – усмехнулся Кир, но глотнул прилично.
Иван принял кружку от Руслана, видно, что он переживал.
– Мы выжили, ребята. Значит, будем воевать! И побеждать будем. За наш экипаж! Ура!
От троекратного «ура» зазвенели стекла в палате.
И потом все вчетвером обнялись в едином круге, в одном порыве.
– А помнишь, Кирюш, ты учил меня двум правилам оборудования окопов в обороне? А третье, сказал, сам поймешь, – с хитрой рожицей спросила Санька.