Сергей Дроздов – Глупость (страница 2)

Так, с этой ссоры, всё и началось. Семя глупости, удобренное гордыней, упало в почву их душ и дало первые всходы. Каждому предстояло теперь пронести свою «истину» через жизнь, как крест, и возрастить её до размеров собственной катастрофы. Ибо глупость, возведённая в принцип и облачённая в гордыню, – не останавливается. Она развивается. Взрослеет. И требует жертв.

Контора открылась. Приём посетителей – то есть, всего остального человечества – объявлен.

Глава вторая. Алчность, или Скотский подход к вопросу о бессмертии души

Ссора из-за комода, как кислота, разъела последние родственные связи. Братья разбежались по своим углам, каждый накрепко захлопнув дверь своей Всемирной Конторы. Но странная вещь: отринув живое родство, они с каким-то болезненным жаром ухватились за идею наследства. Не за конкретные табуретки, а за саму призрачную материю владения. Комод, этот уродливый ореховый монстр с бронзовыми набалдашниками, стал для каждого осью, вокруг которой завертелся новый, более низкий и более жуткий виток их глупости.

Ибо что есть алчность, как не гордыня, опредметившаяся? Если в первой главе они жаждали владеть Истиной, то теперь им захотелось, чтобы эта Истина имела вес, объём, слышала звон и могла быть запрятана в сундук. Их глупость, до того парящая в абстракциях, спустилась с небес на землю и принялась копошиться в сундуках.

Степан, философ числа Три, начал коллекционировать… тройки. Но не живые, а застывшие. Три медных пятака одного года. Три идентичные пуговицы от мундиров разных ведомств. Трехногого пса, которого он подобрал и гордо именовал «живым доказательством своей системы». Его квартира превращалась в склад абсурда. Самой ценной его находкой стала трёхрублёвая ассигнация старого образца. Он вставил её в рамку и повесил над кроватью, как икону. Он не тратил её, нет! Он молился на неё, как на святую Троицу в банковском выражении. Его алчность была мистической, нумерологической. Он копил не богатство, а доказательства. Каждая вещь, связанная с цифрой три, была для него кирпичиком в храме его гения. Он ссорился с торговками на рынке, требуя, чтобы те продавали ему яйца и огурцы исключительно тройками, а не парами или десятками. Мир стал для него гигантской кладовой, где он искал и требовал свою троичную дань. Глупость его обрела плоть и начала вонять нафталином.

Пётр, апостол гербовой бумаги, пошёл иным путём. Он понял: истинная сила – не в идеях, а в документах на владение. Он заперся в своей канцелярии и начал великое дело: составление полного реестра своей жизни. Он писал и требовал бумаги:

– Справку о беспорочном испражнении мысли с 1881 по 1890 год.

– Акт осмотра и одобрения собственных убеждений комиссией в составе его же.

– Дубликат метрического свидетельства, но с золотым тиснением, ибо оригинал казался ему недостаточно торжественным.

Но венец его алчности был иным. Узнав, что у старого помещика в их губернии есть редкая, коллекционная печать с двуглавым орлом, употреблявшаяся при Екатерине, Пётр возжелал её. Не для продажи. О нет! Для того, чтобы, приложив её к обычной промокашке, ощутить доказанную, запечатанную древность собственного бытия. Его алчность была архивной, бюрократической. Он хотел присвоить не деньги, а вес, санкционированный историей и параграфом. Он предложил помещику обмен: печать на безупречно составленную родословную, доказывающую, что помещик происходит от Рюрика (Пётр был готов подделать её за две ночи). Его глупость, облачённая в мундир, теперь жаждала нацепить на себя все мыслимые и немыслимые регалии, даже если их приходилось выписывать самому себе. Он копил не вещи, а права на них, даже если прав этих никогда не предъявит.

Иван, борец за светлое будущее, был самым сложным случаем. Он презирал «мещанский хлам». Его алчность приняла утончённую, идеологическую форму. Он возжелал… всеобщего признания своей жертвенности. Он начал копить отречения. Отрекался от обеда в пользу «голодающих пролетариев» (заказывая себе потом двойной ужин). Отрекался от удобного кресла, сидя на табурете «в знак солидарности». Он жаждал накопить моральный капитал, такой огромный, чтобы в один прекрасный день предъявить его человечеству с криком: «Вот! Я всё отдал! Теперь вы должны мне – ВСЁ!».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.