Сергей Долгов – Без единого выстрела [сборник] (страница 7)

Так что, было Ленечке о чем подумать.

За спиной каблучки простучали. Пахнуло духами и дорогой косметикой для тела.

— Я за расчетом, — произнес мелодичный голос.

— Держи, — бросил на стойку конверт бармен.

Тонкие пальцы достали несколько купюр.

— Тут и половины нет, — заметила девушка.

— Согласно договору здесь все, а о чем вы с хозяином договаривались, мне неведомо, — отозвался бармен.

— Тебе повезло, что у меня нет пистолета, — вздохнула гостья. — Но, может быть, в

следующий раз я зайду сюда с автоматом. Постарайся умереть до этого времени сам.

Она аккуратно сложила банкноты в бумажник и пошла к выходу.

— Эй, куда ты торопишься? Мы еще не закончили, — плотоядно ухмыльнулся бармен, а наперерез девице уже двигались вышибалы.

У Ленечки пистолета тоже не было, зато в тазике прямо перед ним лежал нож для колки льда. Его он в руки и взял.

— Ты чего, это из–за нее твоего дружка посадили. Сейчас мы ее к койке привяжем, рожу страшную тряпочкой она сама уже прикрыла, и будем развлекаться, пока не надоест, — пустился в пояснения бармен.

— Я понял, я умный, — сказал Ленечка, — только вы в мои планы не вписываетесь. В них только я и она. А вас там нет.

И, держа стальной штырь на излете, взял девицу под ручку и двинулся к выходу. На такой поворот любители развлечений не рассчитывали и остановились. Двери парочка миновала без приключений.

Не успели они отойти на квартал, как девушка остановилась. Развернулась лицом к

Ленечке и приподняла плотную вуаль. Свежий багровый шрам пресекал все лицо, левый глаз был практически закрыт, и разорванные губы сложились в глумливую перекошенную улыбку.

— Если все еще хочется, придумывай быстро, куда пойдем. У меня самолет в Африку через два часа, — сказала девица. — Только личико я закрывать не буду, не надейся.

— Не люблю суетиться, — ответил Ленечка. — Так когда у нас рейс и куда?

Лететь пришлось с двумя пересадками. Сначала из Киева во Франкфурт, а уже оттуда — в Бозум. Тот в последнее время стал новым центром мира. Там после переворота разрешили свободное употребление любых наркотиков, легализовали все виды проституции и азартных игр. Каждую минуту в аэропорту садилось и взлетало шесть самолетов. Любители экзотики и рабы страстей летели в новый Эдем.

Опорой нового владыки страны являлась старая элитная часть юга Африки –

антипартизанская бригада «Черная мамба». Надоело им пиво пить на задворках жизни, и взялись они опять за оружие — отвоевывать себе долю лучшую. И отвоевали. Все солдаты стали офицерами, сержанты — старшими офицерами, а бывшие командиры превратились в банкиров, владельцев казино и плантаций, министров и дипломатов. Официальной религией страны стал культ Сети. Владельцы военных передатчиков считались его жрецами. Они

могли обратиться к Духу Сети за помощью и советом из любого места и в любое время. И действительно получить поддержку. Словом, деньгами и пулеметным огнем. В Центральном Африканском Королевстве их было не больше трех тысяч, и иметь устройство связи было престижнее, чем личный самолет.

На выходе вновь прибывшим предлагали расписаться на туристическом ваучере. На этом все формальности считались законченными. Перед Ленечкой и его спутницей еще стояла небольшая компания наркоманов из Бенилюкса, когда висевший у него на шее переговорник перешел на активный режим.

— Срочное сообщение по общему каналу. Массовые беспорядки в секторе с-4. Возможна попытка прорыва в гостиничный комплекс «Пирамида». Вывожу схему на тактический экран, — сказал привычный голос оператора.

В воздухе повисла голографическая картинка. К ней подбежал начальник пропускного пункта. По привычке козырнул, а потом задал вопрос. Оператор непринужденно перевел.

— Что будем делать? Ведь мы ближе всех?

Ленечка потер лоб.

— Объясни мне на словах, что нам надо делать и зачем? И какими силами мы здесь

располагаем? — спросил он у связиста.

— Рота охраны аэродрома и пять бронетранспортеров. Помощь уже идет.

— По машинам! — скомандовал Ленечка.

Война всегда начинается неожиданно, и тут главное не теряться. Кто не успел, тот

опоздал. И, возможно, — уже навсегда.

Наличие офицерского передатчика на белом и гражданском человеке было достаточным основанием выполнять его приказы. Африканцы полезли на броню, а Ленечка потащил за собой и бывшую исполнительницу стриптиза.

— Черт его знает, что сейчас начнется, будь рядом, — пояснил он ей свои действия.

— Из изолятора вырвалась толпа носителей ВИЧ-инфекции. Рвутся к туристической зоне.

Там девки непуганые, выпивка и наркотики. Все что нужно, чтобы умереть счастливым. Их пока тысячи три, но всего вокруг города их около ста двадцати тысяч. И тысяч десять в элитных секторах, — нарисовал картину оператор.

На схеме высветился удобный для перехвата перекресток. Ленечка скинул координаты на навигатор группы.

— Возможны жалобы со стороны пострадавших, — предупредил о возможных

неприятностях сержант с пропускного пункта.

Славянин недоуменно посмотрел на него.

— Ты, что, служивый, вчера с пальмы слез? Какие пострадавшие? Там три тысячи уродов смерти ищут. И сейчас их мечта осуществится. Рота, слушай мою команду! В плен не брать, уничтожать всех. Раненых добивать, убегающих преследовать и ликвидировать. Это приказ.

Руководитель акции — Леонид Пантелеев, сталкер Зоны отчуждения. Мы не просим пощады и не даем ее.

Негритята, услышав железо в самой команде, не удивились переводу. Вот такие люди и могут общаться с Духом Сети — не знающие сомнений и жалости.

— Без команды не стрелять, подпустить ближе, еще ближе… Огонь!

Тот, кто не видел, что делает с человеком крупнокалиберная пуля, ничего о жизни и о себе пока не знает. Посмотри, рекомендую. Прислушайся к своим чувствам, когда кусок свинца расплескивает чужие мозги и внутренности по камням и песку, принюхайся к запаху сгоревшего пороха и пролитой крови, и один вопрос станет тебе ясен. Тварь ты дрожащая или право имеешь.

Толпа ни разбежаться, ни повернуть не успела. Так и легли все прямо на дороге.

— Эй, связист, — сказал сталкер, — ты решения принимать можешь, или так — подай–принеси?

— Ну, кое–какие могу — ответил ему Умник. — В основном по мелочи.

— Мне деньги нужны, жене на пластическую операцию. Ножевое ранение в лицо. У вас здесь сто двадцать тысяч живых покойников. Жрут, гадят, жалуются. Хочешь, мы с моими негритятами их за пару месяцев зачистим? Или тебе посоветоваться с кем–то надо? — предложил оператору Ленечка.

— Нет, по таким пустякам не надо. Принимай третий отдельный батальон девятого

Африканского легиона, и начинай с завтрашнего дня работать. На операцию денег не надо — медицинская страховка офицеров распространяется на всех членов их семьи. Завтра с утра заедут из штаба, отвезут ее на пункт перехода, а оттуда — в лучший в мире госпиталь. Работай спокойно, боец. Ты среди своих, о тебе позаботятся.

Над Бозумом вставал рассвет нового дня.

Сталкер на все времена

Мишаня, по хорошему подпитию собутыльников Михаил Васильевич, болел сильно. Ох, и плохо же ему было, хоть ложись и помирай! Денег на поправку не было, продать тоже было нечего, а слово «кредит» ничего, кроме легкой брезгливой усмешки у бармена не вызывало.

Зона кругом, братцы, Зона. Сегодня ты еще жив, а завтра умер. И поэтому никто и ничего тебе без предоплаты не даст. Если только в морду. Кажется, вчера так и вышло. Потрогал Мишаня рассеченную бровь и поморщился.

— Эй, выпить хочешь? — раздался ангельский голос.

Сталкер с надеждой протянул руку и вцепился в железную кружку до краев полную

живительной влагой. Выпив ее до дна мелкими глотками, Мишаня резко выдохнул. Не водка марки «Казаки» была там, но слегка разведенный медицинский спирт, напиток богов, для тех, кто понимает.

— В поход идем. Третий нужен, — сказал ангел с бутылкой спирта. — Пойдешь с нами?

— Хоть на ЧАЭС, — честно ответил Мишаня.

За литр огненной воды бледнолицые пришельцы из–за моря у краснокожих воинов Нью — Йорк купили, чего бы ему и в поход не сходить?

Второй спутник кинул в него надкусанной галетой. Мишаня сразу вцепился в нее зубами. Не ел он уже два дня. И вчера не закусывал. Нечем было.

— Куда пойдем? — поинтересовался благодетель.