Анатолий Луначарский в студенческие годы. Киевская гимназия. (РИА «Новости»)
А.В. Луначарский. Париж, 1897–1898. (РИА «Новости»)
Отцом же будущего наркома был управляющий контрольной палатой, статский советник А.И. Антонов, с которым его мать А.Я. Ростовцева имела романтические отношения и к которому переехала из Полтавы в Нижний Новгород, когда Анатолию было около 4 лет. То, что он был незаконнорожденный, Анатолий Васильевич старался не афишировать, и фамилия Антонов, которую ему следовало бы носить, осталась только в архивах. Эти факты подтверждают несостоятельность того мифа, что нарком просвещения имел якобы еврейское происхождение. Как он писал сам, его дед по матери Ростовцев «был великоросс», а его прадед по отцу был, «по-видимому, литовец»: «У моего отца и у меня – литовский профиль. К этому надо добавить, что обе мои бабушки были польки». В 1919 г. Луначарский в «Правде», отвечая на утверждения, что «вот-де я еврей», написал, что «не только я сам, но и мои отцы и деды – русские и православные, т. е. я был крещен, как православный, а теперь, конечно, не православный, не еврей, а коммунист».
П. Басинский: К удивлению, узнал, что в киевской гимназии Луначарский дружил с будущим религиозным философом Николаем Бердяевым. Вообще удивительно, сколько выдающихся личностей русской культуры вышли из Украины и непосредственно из Киева, «матери городов русских»! Сегодня об этом особенно больно думать… Бердяев, как и Луначарский, начинал свой путь как марксист и революционер, подвергался арестам, ссылкам и т. д. Это было общее настроение для молодых интеллектуалов того времени?
Автор: Луначарский поступил в Киевскую гимназию в 1886 г. после смерти отца и переезда его с матерью и братьями в Киев и вскоре окунулся там в атмосферу революционных настроений. В то время именно подобная среда – в семье, в гимназии – постепенно вовлекала многих молодых людей в революционный круговорот. Не избежали этого и Бердяев, и Луначарский, которому будет суждено пережить несколько арестов, 17 месяцев в тюрьме, 3 года ссылки и более 14 лет жизни за границей.
П. Басинский: В отличие от Володи Ульянова, в гимназии Луначарский учился скверно, один раз оставался на второй год, поэтому и окончил ее в 20 лет. Откуда же такая его легендарная эрудиция и знание многих иностранных языков?
Автор: Да, энциклопедически образованный, знавший много языков Луначарский, по его собственному признанию, «школу презирал», «учился плохо, на тройку». Разгадка начитанности и энциклопедичности Анатолия – это его самообразование, которое он активно, порой даже до чрезмерности, продолжал и в годы учебы, и в годы эмиграции, и находясь на посту наркома. «Капитал» Луначарский, например, штудировал еще в 4-м классе гимназии. Начало своей революционной деятельности он относил к 1893 г., когда закрепил за собой роль «бойкого агитатора-пропагандиста» и, главное, начал в гектографической социал-демократической газете свое «писательское творчество», которое продолжалось потом всю жизнь в самых разных жанрах – от публицистики, прозы и литературоведения до поэзии и драматургии. Яркий агитатор и талантливый автор – эти две ипостаси революционера Луначарского формировались именно в гимназические годы. Тогда же он открыл в себе и еще одну страсть, ставшую его визитной карточкой, – углубленные занятия философией, которые после увлечения модным швейцарским профессором Авенариусом подтолкнули его поехать в Цюрихский университет, где ему удалось, правда, проучиться менее года. Чисто формально Луначарский так и не имел законченного высшего образования.
П. Басинский: Оказавшись в эмиграции, Луначарский сходится с большевиками и Лениным. Вы пишете, что Ленин особенно ценил Луначарского, прежде всего как опытного газетчика, блестяще владеющего пером и много сделавшего для большевистских газет «Вперед» и «Пролетарий». Ленин выделял в Луначарском, как он говорил, «французский блеск», хотя и отмечал, что «легкомыслие у него тоже французское». Но вскоре наступает резкое расхождение Ленина с Луначарским, как и с Горьким, с которым Луначарский, наоборот, тесно сближается. Это связано с периодом «богостроительства». Я убедился, что в «богостроительстве» мало кто понимает, его постоянно путают в «богоискательством». Но Луначарский, как и Горький, с юности был убежденным атеистом. Зачем им было «строить» Бога? В случае с Горьким я понял это так. «Бог умер», по словам Фридриха Ницше, которым Горький в молодости сильно увлекался. Но Его нужно вновь «создать» в форме «религиозного, весь мир связующего сознания труда». Не подневольного, а свободного, творческого труда. Это и есть социализм – новая религия народных масс. Собственно, об этом и написан роман Горького «Мать». А как понимал это Луначарский? И почему «богостроительство» вызывало такую ярость Ленина?
Автор: Термин «богостроительство» придумал именно Горький, но глубоко развил эту теорию Луначарский, который, если говорить кратко, хотел соединить марксизм и религию, справедливо полагая, что при созидании нового общества большинство населения страны, и пролетариат, и крестьянство, не обойдется без религиозных взглядов и необходимо, придав социализму некую «богоустановленность», постараться заменить Бога именно на «научный социализм», который должен стать новой формой религии, выполняющей роль не «опиума для народа», а «социального организатора». Понятно, что такой вывод не мог не привести в шок многих однопартийцев Луначарского, в том числе и Ленина, возмущавшегося тем, что «из идеи бога убирается прочь… предрассудки, освящение темноты и забитости», а «вкладывается добренькая мещанская фраза «бог = идеи будящие и организующие социальные чувства».
В.И. Ленин в Париже. 1910-е гг.
А.В. Луначарский – натура романтическая. 1910-е гг.
Богом Луначарский называл «цельное социалистическое отечество»: «А кто б о г о с т р о и т е л ь? Конечно, пролетариат… Бога нужно не искать… его надо дать миру. В мире его нет, но он может быть. Путь борьбы за социализм, то есть триумф человека в природе, это и есть богостроительство». Луначарскому удалось предвосхитить и сформулировать те черты особой «религиозности», которые несла в себе практика общественной жизни в стране 1917–1930-х гг. В облике российского социализма, как бы ни ругал «богостроителей» Ленин, не могли не отразиться в измененной форме глубокие религиозные корни русского и других народов, строивших новое общество. И важно, что эти черты и явления находили конкретное проявление в практике общественной жизни, взять хотя бы, например, революционные праздники и обряды, культ «новых вождей» с ленинским Мавзолеем и портретами членов Политбюро на демонстрациях. Неудивительно, что впечатлительный М. Горький еще в 1907 г. писал: «Вижу Луначарского ежедневно и – восхищен его умом, его идеями. Скоро выйдет его книга о религии, он часто рассказывал ее содержание – это глубоко интересная и страшно нужная вещь…»
П. Басинский: Новый этап расхождения Ленина с Луначарским начинается после Октябрьской революции. В Москве шли серьезные бои с противниками большевиков. Бомбили Кремль, пострадал Чудов монастырь, который потом, в конце 1920-х гг. вообще был снесен, как и кремлевский Вознесенский монастырь. И тут Луначарский выступает как горячий защитник церковной культуры. Вы приводите любопытный разговор Ленина с Луначарским, где Ленин убеждает его, что победа в классовой борьбе важнее сохранности памятников прошлого. Победивший социализм построит куда более великолепные памятники. И здесь, как мне кажется, наступает время главного расхождения первого наркома просвещения с новой властью. Что важнее: победа мировой революции (которая так и не состоялась) или сохранение культурного наследия? Давайте посмотрим на это из сегодняшнего дня. Кто победил в этом споре?
Автор: Борьба за сохранение культурного наследия, причем в самых разных сферах, музейной, театральной, литературной, церковной, научной, велась нешуточная. Луначарскому и его сторонникам приходилось сдерживать левацкие порывы «сбросить богатства прошлого с корабля современности». И в упомянутом вами споре, несмотря на огромные потери того времени, особенно в области церковной архитектуры, удалось все-таки сохранить основные культурные богатства страны, о чем могут свидетельствовать сотни музеев, театров, литературных журналов, вузов, школ и т. д., которые начали создаваться именно в первые годы революции и сохранились до сих пор. Луначарский был на этом фронте истинным Дон Кихотом, воевавшим против ветряных мельниц варварства, и знаменательно, что конкретным поводом для его отставки в сентябре 1929 г. стала его резкая критика распродаж сокровищ Эрмитажа и других музеев, а также протест против сноса в Кремле Чудова и Вознесенского монастырей. Самые вопиющие потери в области культуры, особенно музейные распродажи и взрывы церквей, произошли в 1930–1934 гг., когда Луначарский уже не находился на своем посту.
П. Басинский: Крайне важным документом является несостоявшаяся переписка Владимира Короленко с Луначарским в 1920 г. Письма писателя к наркому были опубликованы только в 1988 г. Короленко выступал против разжигания большевиками гражданской войны, против репрессий, удушения свободы слова. И его аргумент был неотразим, ведь именно против этого революционеры боролись с царской властью: цензура, политические преследования, тюрьмы… Анатолий Васильевич здесь оказался в сложном положении. Признать это публично он не мог, а согласиться с Короленко, как член ленинского правительства, тоже не мог. По сути, он был вынужден сидеть на двух стульях. Меня, например, покоробила фраза из его статьи к юбилею Короленко в «Петроградской правде», где он пишет о его взглядах: «Какая все это мелочь, какая все это моральная дребедень по сравнению с мировыми событиями, их горечью и их славой!» Ведь здесь он повторяет позицию Ленина, с которой сам же недавно спорил. Вы согласны?
