Сергей Дмитриев – Книга Half-Life (переработанное и дополненное произведение Глеба Тимошука) (страница 4)
– Мы также уже установили спектрометр и готовы к проведению анализа, – добавил доктор Стелли, – спектрограф установлен на 105%, анализатор на чувствительность 0,9 единиц.
– Сегодня мы должны провести исследование минерала и предоставить отчет
С этими словами Кумер подошел к двери, ведущей в лабораторию, наклонился над сканером сетчатки, после чего дверь открылась, и Фриман направился на самый нижний уровень. Спустившись на лифте и пройдя по коридору, Гордон зашел в комнатку, ведущую в лабораторию с образцом минерала. В комнатке стояли два помощника Фримана и о чем-то оживленно говорили:
– …это исследование связано с риском.
– Да, но у нас есть на это причины. Это самый чистый образец, который мы когда-либо видели.
– И самый изменчивый из всех, что мы видели. Я думаю, что если применить стандартные процедуры анализа, у нас все получится.
– Думаешь? Судя по нашим данным, очень велика возможность возникновения резонансного каскада. Я не знаю, но…
В этот момент они заметили Фримена:
– Вот и ты, Гордон. Образец минерала готов к исследованию. Я думаю, нет смысла ждать, надо работать.
– Да, я тоже так думаю, – согласился Гордон, но вдруг насторожился, – Подождите, что вы только что говорили про резонансный каскад?
– Не бери в голову, Гордон! Это – всего лишь волнение… Нервничаю, знаешь ли…
– Ну, Гордон, мы на тебя надеемся, – сказал второй помощник, после чего подошел к сканеру сетчатки глаза. Второй помощник подошел к другому сканеру, и через насколько секунд дверь в лабораторию открылась.
Гордон зашел в огромное помещение с таким же огромным спектрографом посередине. На дне спектрографа лежал прозрачный желтый кристалл правильной пирамидальной формы, тот самый аномальный минерал. Полюбовавшись на красивую форму и цвет кристалла, Фриман направился к лестнице, ведущей к главному компьютеру.
В этот момент в микрофоне, висящем под потолком, раздался голос:
– Проверка, кхе-кхе, проверка. Нормально. Гордон, все готово. Залезай по лестнице на платформу и включай роторы спектрометра. Пока прибудут образцы, мы подготовим основной минерал для окончательного исследования.
Гордон не заставил ждать, быстро взобрался на платформу и включил спектрометр. Огромный агрегат начал раскручиваться, и когда раскрутился до номинальной скорости, в микрофоне опять раздалось:
– Отлично. Включаю первый уровень энергии через три… два… один…
Послышался сигнал, и из основного источника вылетел луч плазмы, направленный на минерал. Голос в микрофоне продолжал:
– Я наблюдаю ранее предсказанную реакцию… Включаю лазерный анализатор.
Через секунду лаборатория осветилась зеленым светом от трех анализирующих лазеров, направленных на минерал.
– Верхние границы установить на один… нет, лучше на пять процентов, – а это уже говорил не доктор Стелли, кто-то другой. Гордон, напрягшись, вспомнил, что это голос профессора Ричарда Келлера. Странно, как Клеллер
– Гордон, ты ведь не планировал иметь детей?
– Нонсенс! Ничего не было доказано!
"Чего?!" – глаза Фримана расширились, и он с ужасом и яростью поглядел на окно контрольной комнаты. Но бесполезно – отсюда они его не услышат. Гордон начал нервно прохаживаться по платформе. Ну и устроит же он им, как только выйдет отсюда!
Послышался еще один сигнал, и луч плазмы, вместо зеленого, стал ярко-желтым.
– Гордон, мы не знаем, сколько времени займет считывание и сколько сможет работать система на этом уровне, поэтому работай с максимальной скоростью, на которую ты способен.
Тем временем Гордон спустился с платформы и подошел к системе доставки, ожидая образцы.
– Гордон, образцы прибыли. Они будут у тебя через пару секунд…
Вскоре под окошком, где стояли ученые, открылся люк, и выехала большая тележка, на одном из концов которой был закреплен желтый непрозрачный кристалл – искусственно созданная модель того аномального минерала, который находился под спектрографом. По плану этот кристалл нужно было вставить под луч спектрографа для исследования реакций двух минералов. Гордон подошел к тележке, взялся за рукоятку, но толкать ее в анализирующий порт не торопился. Тем временем из комнаты управления передали:
– Все готово! Продолжай, Гордон, вставь тележку в анализирующий порт.
Гордон, еще раз злобно посмотрев на окно контрольной комнаты, взялся за рукоятку крепче и начал, не спеша, толкать ее к основному образцу. Доктор Стелли, глядя на Гордона, подбодрил его:
– Да не волнуйся, Гордон. Мы все проверили двести раз. Это абсолютно безопасно.
"Ну-ну…" – Гордон начал толкать тележку быстрее.
И вот, когда на основной минерал попал луч, прошедший через кристалл, неожиданно раздался треск. В микрофоне послышался обеспокоенный голос Стелли:
– Черт! Гордон, отойди оттуда! Отключите спектрограф! Быстрее!
Фриман отпрыгнул назад к стене, и в этот момент раздался взрыв. Подняв глаза, Фриман увидел, что взрывается спектрограф. По всей лаборатории начали разлетаться обломки от аппарата. Из комнаты управления слышались испуганные голоса:
– …сейчас отключу! Боже, он не отключается! Я не могу его выключить! Не…
И в этот момент прогремел очередной взрыв, и из главного излучателя во все стороны полетели лучи плазмы, один из которых попал прямо в комнату управления. В микрофоне раздался крик, после чего микрофон, оглушительно визжа, отключился.
– ВНИМАНИЕ!!! – раздался голос оповестительной системы, – КРИТИЧЕСКИЕ НЕПОЛАДКИ С ПОДАЧЕЙ НАПРЯЖЕНИЯ К МОДУЛЮ 5!
Гордон, тем временем, стараясь избежать встречи с плазменным лучом, побежал к двери и нажал кнопку, чтобы открыть дверь. Но кнопка не работала. Гордон, поняв, что ему не выбраться оттуда, беспомощно глядел на вышедший из-под контроля аппарат. Теперь он излучал не лучи плазмы, а как будто непрерывные зеленые молнии, которые, попадая на стены и пол, плавили и сжигали металл, оставляя черные следы. Затем в воздухе начали появляться непонятные облака какого-то газа, которые возникали из ниоткуда и затем исчезали в никуда. И вдруг лаборатория осветилась очень ярким светом. От такого яркого света Фриман на секунду зажмурился, а когда открыл глаза, вокруг не было ничего. Абсолютно ничего, кроме черного пространства, казавшегося непрозрачным, и звука дыхания Фримена. Это продолжалось секунд пять, затем в пустоте вокруг Фримана начали мелькать зеленые молнии, и он опять очутился в рушащейся лаборатории. Потом еще одна вспышка и…
Перед Фриманом стояли два чудовища, напоминавшие крокодилов, только вместо пастей были длинные, красные щупальца. Две твари что-то деловито выискивали в небольшом пруду с розовой рябью на поверхности. Сам Фриман стоял по колено в воде среди серых скал из непонятного, почти мягкого материала. Эти камни были словно живыми, они слегка шевелились. От ужаса Гордон отпрыгнул назад, прижался к скале и дрожащими ногами передвигался вдоль этой скалы. Два монстра стояли в воде, занимались своим делом и как будто не замечали Фримана, бледного от ужаса. Фриман оглянулся кругом и заметил в одной из скал пещеру. Поскольку других путей выбраться не было, он побежал к ней.
Через метров пять безумного бега появились зеленые молнии, и опять Гордон оказался в абсолютной темноте. Треснул воздух под напором зеленых молний – он вдруг нашел себя в небольшом освещенном круге все той же странной почвы. Все было объято мраком, словно он стоял в темном поле, и лишь круг луча прожектора под ногами. По краям стояли… несколько существ, отдаленно напоминавших мутировавших людей из фильма ужаса. Ростом они были с человека, с отвратительной коричневой кожей, тремя руками, одна из которых, почти атрофированная, росла из груди, и множеством красных глаз различных размеров, окружавших один из них, самый большой. Казалось, что вся голова этих существ представляла собой огромный глаз.
Гордон стоял посреди круга, руки и ноги его дрожали, лицо покрылось холодным потом. Монстры замахали своими руками в сторону Фримена, но, видимо, не хотели убивать его. Они начали издавать ворчащие звуки, наклоняя головы. Гордон закрыл глаза, ожидая, что сейчас его схватят и разорвут на куски, и, не выдержав нервного напряжения, упал, потеряв сознание…